Identity V: Второе поколение

      Фредди как всегда сидел у себя в конторе, думая о своем и, практически, ничего не делая. Зачем он вообще ходит на работу? Он не знает. Райли знает только одно, что дома его ждет Пирсон, который, вероятно, выкинул очередную проказу, поставив на кон мирные отношения с соседями, добавив к неординарным мужчинам еще одно подозрение на то, что они вовсе не просто сожители. Юрист прикрывает глаза. Кричер переехал в квартиру Фреда пару месяцев назад, но уже знает каждый уголок и каждый ящичек, куда адвокат обычно кладет карты, документы или даже алкоголь. Фредди не протестовал против исследования Кричером своей квартиры, но иногда ловил себя на мысли, что неплохо бы проверять наличие документов и денег изо дня в день.       Адвокат взглянул на карманные часы. Шесть вечера. Пора бы собираться домой. Фредди встал, потянулся, распрямляя затекшие руки и ноги. В спине что-то хрустнуло. "Старость -- не радость", -- подумал Райли и начал собирать кипы бумаг, что были разбросаны по всему рабочему столу. Он запихнул их к себе в портфель, выключил свет в комнате и пошел домой, по дороге вспоминая о том, когда в последний раз кормил Пирсона, и не голоден ли он.

***

      Фредди поднялся по ступенькам и достал ключи от квартиры, гадая, что же предстанет перед его взглядом, когда дверь все же распахнется. Адвокат мог ожидать чего угодно, хоть фабрику по изготовлению мофия. Фредди открыл дверь. Пред мужчиной предстала звенящая тишина, обволакивающая квартиру своим спокойным гулом. Довольно странно, хоть и приятно было осощнавать, что твое же собственное жилище не потерпело крушение или же пожар за время отсутствия. Пирсон любил выпить, любил нести бред и распускать руки. Но все же это можно было держать под контролем, куда без этого. Адвокат снимает лакированные черные туфли, протертые неискончаемое количество раз, вычещенные практически до дыр в погоне за абсолютным идеалом. За обувью следует и пальто, которое вешается совсем рядом, укрытая в последствии и коричневой опрятной шляпой. -- Пирсон? В доме странная тишина, я даже удивлен, -- начинает Фредди, проходя вглубь дома. Ответом была лишь звенящее ничего, которое уже начинало пугать. Подозрительно. Ладонь ложится на дверь в гостинную, осторожно приоткрывая ее, лишь чтобы обнаружить вора лежащим на полу, окруженного бутылками спиртного. Не удивительно. Лицо дергается в отвращении. Он не терял надежды вернуть того человека, с которым предложил съехаться пару месяцев назад. Дверь закрывается.

***

      Фредди уже готовил что-то ароматное у огня, учитывая то, что готовить из этой пары умел только он. Кричер тем временем стирал пыль со стола и накрывал скатерть, пользуясь моментом своего просветления и воздержания от алкоголя, которое приходило и уходило в самые ненужные моменты. Райли опять думал о своем, практически не следив за готовкой, а его руки машинально перемешивали еду, будто адвокат занимался этим с самого рождения. Фредди уже давно мучала одна довольно странная, и в какой-то степени пугающая мысль. Фред хотел ребенка. Утрата Марты повлекла за собой разрушительную силу самобичевания, и вина с каждым разом усиливалась, как только мужчина вспоминал о своей неродившейся дочери... Надо забыть. Райли прекрасно понимал, что у него с Кричером физически не может быть детей, но он продолжал мечтать и представлять, каким мог бы быть их ребенок. Фредди почему-то представлялся веснушчатый мальчик с волосами по плечи и щербинкой меж зубов. В какой-то степени, адвокат даже завидовал гетеросексуальным парам, их возможностям в обществе. Ведь если хоть одна живая душа узнает о том, чем Фредди и Кричер занимаются по ночам, их могут посадить или даже убить, но остальным парам за сексуальную связь ничего не будет, они нормальные. Нормальные, в отличии от них с Пироном. Звери Фредди потер виски и закрыл глаза. В голове мешались мысли, и ему показалось, что у него в голове что-то гудит. В тот момент к нему сзади подкарался Кричер и тронул любовника за плечо. — Ты в порядке? — в голосе вора слышалась растерянность и даже страх. — Ничего, все в порядке. Просто плохие мысли. Не бери в голову, Крич, — Фредди взглянул ему в глаза. Гетерохромная радужка ему невероятно шла, он выглядел, словно кот. — Расскажи мне, что тебя тревожит. Ты можешь на меня положиться, я те обещаю, — свойственный ему задор звучал в голосе, пускай и без фирменного обращения к себе в третьем лице. Фред над этим поработал.       Фредди отошел от огня и сел на стул. Кричер пододвинул свой и сел напротив Райли. — Кричер, это прозвучит очень странно, но обещай, что не будешь смеяться, — Фред поднял на него взгляд. — Да без проблем. — Я.. я всегда мечтал о ребенке, -- вздохнул он, стискивая губы. Нельзя показывать грусть, нельзя выглядеть слабым. Ты чертов адвокат. Тебе противопоказано отступать.       В груди Пирсона что-то екнуло, и какое-то неприятное холодное чувство разлилось по всему телу. Ладноь вора ложится на плечо Фреда, как-то успокаивая. -- Кричер... То есть я.. -- начинает вор, пытаясь сформулировать у себя в голове хоть что-то, что могло утешить, дать веру в лучшее. -- Хорошо. Это не столь важно, и я бы не зртел зацикливать на этом внимание, -- отрезает адвокат, вновь принимая личину холодного джентельмена.       Фредди встал и подошел к плите, начав снова что-то готовить, пытаясь отмести от себя эти паразитирующие мысли.

***

      В три ночи Фредди просыпается в холодном поту от стука в дверь. Сначала Райли подумал пропустить его мимо ушей, притворившись, что хозяев нет дома, но с каждой минутой стук только нарастал, поэтому Фред сорвался и соскочив с кровати, полусонный, поплелся к двери. На его голове был бардак, а рубашка была расстегнута на груди. Открыв дверь, адвокат застыл от удивления. Всю квартиру в миг озарил яркий белый свет, который исходил будто бы из самого Эдема. В центре этого белоснежного огня стояла фигура в капюшоне, Фредди попытался определить пол оного, но это ему не удалось. — О. Мистер Райли? Наконец мне выпала честь познакомиться с вами лично. А где же ваш любовник, мистер Пирсон? — от этих слов у адвоката пробежали мурашки по коже. Как он про них узнал? — Не беспокойтесь, о вашей тайне знаю лишь я, — фигура хихикнула. — Н-но как? — Фред не мог вымолвить ничего путного, поэтому вякнул что-то бесполезное, лишь бы не было молчания. — Я все знаю. Даже о вашем вчерашнем разговоре, — Фредди будто бы молнией ударило. Ему было так стыдно. — Собственно об этом я и пришел поговорить. Я смогу подарить вам ребенка. При чем родного вам обоим. От вас требуется только позвать вашего любовника, и как можно быстрее.       Фредди задумался. А не ложь ли это? Хоть все это и звучит очень фантастично, но как любой человек может объяснить свечение солнца посреди ночи, не иначе, как волшебством. Вдруг все это правда, и у них с Кричем появится ребенок. Настоящий родной ребенок. Стоит хотя бы попытаться. Фредди побежал в спальню и начал судорожно будить вора, тряся его за плечи. — Кричер, проснись, прошу тебя, — кричал Фредди на ухо своему любовнику, неистово того тряся.       Через три минуты Пирсон, что больше походил на мертвеца, уже стоял в коридоре. — Я могу подарить вам обоим ребенка, как уже было упомянуто, — Кричер насторожился, но не произнес ни слова, он доверился Фреду, который бы никогда не причинил вред своему вору.       Ангельский гость дотронулся двумя пальцами до лба Фреда. Райли пронзило невиданное ранее чувство, будто по его венам течет электричество, вместо крови, проникая во все уголки тела и сознания. Затем он сделал то же самое с Кричером, а потом остановился. — Надеюсь, вы и вправду готовы, — вымолвил гость, а затем прикоснулся к грудной клетке кричера, на которой образовался свет, что потом расползся по всему солнечному сплетению. — Через девять меяцев я вернусь, чтобы материализовать полученную от вас силу в ребенка. А пока ждите. Хорошего вам дня, — прогремел над головами наших героев голос ангела. А затем свет пропал, а дверь сама захлопнулась. — Наша мечта начинает сбываться, прошептал Кричер, а затем упал камнем на Фредди, ктоторый донес его до кровати на руках.

***

      Девять месяцев тянулись для них невероятно долго, будто это было целой вечностью. Фредди даже и не думал, что где-то внутри его Кричера их ребенок, ибо Пирсон не менялся, ни внешне, ни по характеру. Может их просто обманули? Хотя все выглядело так правдоподобно. Нет, все точно будет, надо только подождать.       Одной ночью, опять в три часа. В дверь постучали. Фредди опять хотел проигнорировать эти стуки, но что-то острое пронзило его грудную клетку, поэтому, он вскочил и подбежал к двери. Фредди одним движением распахнул дверь и перед ним открылась такая же картина, как и в прошлый раз. Ангельский гость стоял напротив него, все так же излучая солнечное свечение. — Как поживает мистер Пирсон? С ним все в порядке? — осведомился ангел — Да, все в полном порядке, — немного нервничая сказал Фред. — Будьте добры, позовите его.       Фредди бросился сломя голову в спальню, шепча что-то себе под нос. — Кричер, встань, ради бога, твердил адвокат, все так же треся вора.       Кричер встал и прыжками добрался до коридора с нетерпением ожидая чуда. Ангел коснулся грудной клетки Кричера, так же, как и в прошлый раз, но теперь, он выудил оттуда сгусток голубой энергии, что сиял у него в руках, преображаясь в маленького ребенка. Фредди смотрел, как завороженный. — Это чудо, — было единственным, что мог вымолвить тогда Фредди.       Ангел отдал уже сформированного ребенка в руки адвоката. Ребенок не кричал и даже не нервничал, а лежал спокойно. — И как же будут звать вашего ребенка? — Энтони Райли, — уверенно сказал Фред, будто репетируя этот момент еще задолго до него. — Но как же документы и прочее? — в разговор ворвался Кричер. — Фредди Райли — законный отец, мать умерла по неизвестным причинам. — Все ясно... — Кричер выглядел немного разочарованным. — Тони был создан с помощью мощнейшей магии и силы ваших душ. Любая магия оставляет след своего присутствия, так что волосы юного Энтони будут голубыми. — И это никак не исправить? — спросил Райли. — Нет, придется с этим смириться, — сказал ангел, немного насмешливо. — Как мы можем вас отблагодарить? — спросил Фред, обнимая маленького наследника. — Жизнь покажет — опять, как и в тот раз прогремел над их головами голос ангела, а затем свет потух, а в головах обоих раздавалось только «хорошего дня».

***

      Тони рос умным мальчиком. Как и предсказывал ангел, волосы Энтони были голубыми, так же как и глаза, что были словно драконьи, такие же, как у Фредди. Энтони был маленькой копией Фредди, но и сходства со вторым отцом тоже были. Фред даже говорил, что форма лица Тони напоминала форму лица Кричера. Сам Пирсон только был рад этому.       Когда Тони немного повзрослел, Фредди отдал его в школу. Приходилось почти каждый день красить волосы мальчика в какой-то странный черный цвет, который делал пряди на ощупь больше похожими на чертову метелку. Тони был даже неестественно добрым и общительным. Он все прощал. Пока кто-то не сказал что, его отец был замечен с неким мужчиной, по имени Кричер. Тогда в Тони будто бы проснулся некий зверь, он оскалил свои крупные зубы с щербинкой и прищурил драконьи глаза, а затем налетел на обидчика с кулаками, жестоко избив до синяков. Фреда вызывали в школу. Тони молчал, как рыба, глазея на директора своими драконьими глазами. После этого школа узнала, что Тони не тот, кем кажется. Но, как и ожидалось, эта история быстро замялась, умело скрытая натуральным обаянием и добротой юноши, который с каждым годом все больше походил на своего отца.       Тем временем деньги Фреда заканчивались, и он начал брать в долг. Кричер помогал ему, как мог, но и даже скудной украденной доли Кричера не хватало, чтобы оплатить квартиру, школу и купить поесть. Фредди уже тонул в долгах к тому моменту, когда Энтони исполнилось 19. Фред уже не мог оплатить даже еду. Пришлось работать на нескольких работах сразу. В груди Тони что-то екнуло и он решил во что бы то ни стало помочь своим отцам выбраться из этого плачевного положение. Но в один момент случилось некое просветление, возможность повернуть время вспять. Письмо от неизвестного было доставлено в руки ребенка-чуда. У Энтони был лишь один выбор: рвать все на своем пути, лишь бы выпутаться из того, что свалилось на голову. Звериный инстинкт "бей и беги". Письмо из особняка. Дикое чувство дежавю.