Кровавый закат

Я глянула на пуффендуйский стол, но там вроде всё было спокойно. Джессика шныряла глазами, пытаясь найти Ньюта, который на нее внимания абсолютно не обращал и спокойно разговаривал с какими-то пуффендуйскими приятелями. Наконец, она его нашла. Секунды три пялилась, потом усмехнулась чему-то своему и перевела взгляд на наш стол. А затем пристально уставилась прямо на меня. Наши взгляды встретились. Краем глаза я заметила безмолвно ржущего над нами Фреда. Я смотрела прямо и спокойно. Мне не за что было на нее злиться или ненавидеть. Она — не Лиза. Внезапно я обратила внимание на то, что эта самая Лиза каким-то образом заметила мой молчаливый диалог с ее сестрой и зло посмотрела на меня. Я улыбнулась и показала ей средний палец. Она покраснела от гнева. Фред, который уже булькал от сдерживаемого смеха, наклонился и шепнул мне: — Ньют наблюдает за вами и ржет. Хех. *** После пира ко мне подошла Джессика Забини и напрямую заявила: — Я тебя знаю. — Да ладно? — усмехнулась я. — И вот, — продолжила она, не обращая внимания на меня, — мне интересно — правда ли то, что моя дорогая сестрица о тебе рассказывала? Будто бы ты ругаешься матом, прогуливаешь уроки и носишь непонятные штуки маггловского происхождения, несмотря на свою чистокровность? — Правда, — я озадаченно почесала голову. — А че? — Да так… — внезапно смутилась Забини. — Кстати, в друга твоего я с первого взгляда не влюбилась, так что можешь расслабиться. Я ухмыльнулась, глубоко в душе радуясь. Вдруг подошла как всегда строгая и холодная Лиза. — Джесси, мне нужно с тобой поговорить, — быстро произнесла она, казалось, не обращая на меня внимания. Хотя вероятность того, что она меня не заметила, была нулевой. — Ладно. Пока, — кинула она мне. Старшая Забини бросила на меня один-единственный враждебный взгляд и увела сестру. Я же, набросив на себя Дезиллюминационные чары, направилась за ними. Очень уж интересно, че они там болтать будут. Наблюдать за ними со стороны было довольно весело. Как будто за близнецами наблюдаешь. Одинаковая гордая осанка, аристократическая небрежность на красивом лице (а что я Лизу прыщавой обзывала… так это просто преувеличением было, так-то у нее прыщик всего один), угольно-черные волосы чуть ли не до середины спины… вот только если у Лизы глаза были непроницаемо-синего цвета, то у Джессики — темно-зеленого. Впрочем, об этом я уже говорила. Лиза же, остановившись в каком-то уголке, начала допрос с пристрастием: — Ты пошла на Пуффендуй ради Ньюта? Джессика хрипло рассмеялась. Странно, а голос у нее прям как у актрисы какой-нить — тонкий такой, мелодичный. — Нет, конечно, сестричка! Зачем мне твой Ньют, Мерлин! Куча других парней есть, покруче этого дрыща! А вот щас обидно было. Я же собственноручно ребят все лето на тренажеры таскала, чтобы дрыщами не были! И теперь они все похожи на древнегреческих атлетов (почти). Хех. — А, ладно… — облегченно вздохнула Лиза. — И еще… — она сбавила тон, — о чем ты разговаривала с Евой Полянской? — Мне стало интересно, правда ли то, что ты рассказывала, — честно ответила Джессика. — Правда. — Не общайся с ней! — Лиза сделала страшные глаза. — Она тебя сделает похожей на себя! Такой же! — Знаешь, ты ее вот ненавидишь, а надо бы поучиться, — задумчиво произнесла младшая Забини. — Смотри: вот ты так хочешь быть с Ньютом своим, а ему ведь такие, как видишь, и нравятся. А ты ведешь себя в точности наоборот. — Я уверена, что, когда он повзрослеет, то полюбит меня, а эта Ева станет шлюхой! — вспыхнула Лиза. — Может быть. Ну давай, я спать. — Хорошо. Я тоже. И они направились в противоположные стороны. А я, когда сняла Дезиллюминационные чары и увидела сделавшего то же самое Ньюта, устало заржала как ненормальная (да, обычно говорят «устало рассмеялась», но сейчас я именно заржала как ненормальная). Ньют подхватил мой смех. Наконец, я отсмеялась и предложила: — Пойдем по спальням, поздно уже. И мы отправились отдыхать после такого тяжёлого дня. *** Интерлюдия Несмотря на кажущуюся враждебность, у Забини, пожалуй, были самые теплые семейные отношения среди чистокровных. Посмотреть вон хотя бы на Малфоев, которые любили только одного сына, а второго чуть ли не ненавидели, или на Лестрейнджей, которые вообще свою дочку Круциатусом пытали… определенно, эти итальянские маги-мигранты были самыми гуманными. Наверное, потому, что у них было целых трое детей в семье. Том и Лиза родились 18 марта 1897 года. Будучи двойняшками, они, однако, были мало похожи друг на друга. У Лизы были черные волосы, синие глаза, прямой холодный взгляд, волевое лицо. Том же был гораздо более труслив и бесхарактерен, хоть и пытался показать себя иначе — жестоким и злым (все его таким и знали, кроме его семьи) что отразилось и на его внешности — водянистые голубые глазки, светлые волосы, но враждебное выражение лица… Правда, эти различия не мешали Тому с Лизой быть не разлей вода. Казалось бы — идиллия, двое неразлучных детей. Третий только помешает. Но случилось то, что случилось — 21 июня 1899 года родилась маленькая Джессика Забини. Вот она-то как раз была похожа на Лизу, как будто являлась ее настоящим близнецом. Очень скоро они сблизились. И нет, Лиза не забросила Тома — просто теперь у нее было два близких человека. Джессика же Тома раньше побаивалась (сейчас у них были нейтральные отношения) — он мог быть жесток с ней. Зато Лизе она могла доверить все свои секреты. Прошло девять лет с момента рождения Джессики. Она повзрослела. Теперь Лиза рассказывала ей о Хогвартсе, о парнях, они смеялись над ними. И все было хорошо, пока не начался второй курс Лизы. Вернее, пока она не приехала домой на маленькие осенние каникулы. Еще на вокзале младшей Забини показалось, что сестра приехала какая-то грустная. А дома Лиза рассказала все. Все про какого-то Ньюта, который встречается с какой-то первокурсницей Евой, про то, как она сама втрескалась в него по уши… А потом пошла и помолвку придумала. Тогда Джессика на нее наорала — что за тупость, считала она, жалея Ньюта, который, по Лизиным рассказам, был довольно-таки ошарашен этой новостью. В итоге Забини уехали во Францию. Там Тома и Лизу отдали в Шармбатон. А потом, когда глава рода Малфоев Арнольд отпустил их в Англию, пообещав охранять, Том так и остался в Шармбатоне, потому что на него учеба там действовала хорошо. Его теперь даже собираются помолвить с одной француженкой оттуда. «Неужели и меня тоже с кем-нибудь помолвят? Но я же этого, блин, не хочу!» — думала тогда Джессика. Когда Ньюту хватило смелости сбежать с первой помолвки, она более-менее его зауважала. Ей захотелось узнать, кто его друзья. Поэтому она однажды тайком стащила у Лизы неизвестно откуда взятую фотку всей компании тех ребят. Тогда она размышляла: «Хм, эта девчонка в каких-то странных штанах и футболке жутко нагло ухмыляется — прям как пацан. И чего она не в юбке? И выражение лица у нее дерзкое до невозможности. И еще — что это за штуки у нее на ушах? Наверное, это та самая Ева. А этот мальчишка в школьной форме? Лохматый, как Пушкин (очень удачное сравнение!) только не черноволосый… На Тома чутка похож. Правда, у этого вид поспокойнее. Стеснительный, видать, и трусливый. Вроде не урод. И, если сопоставить с рассказами Лизы («глаза, как бездонные омуты, волосы золотые, как у Аполлона, взгляд мудрый и взрослый…»), то получится, что это… Ньют», — такой вывод сделала младшая из сестёр Забини и с усмешкой подумала: «Тоже мне объект любви. Задрот какой-то. Я-то себе красавчика представляла. Но штош, посмотрим дальше. Вдруг реально кого-нить нормального увидим.» Так-с, это, кажется, Фред. «Обычный какой-то, средненький. С ним можно замутить, но… да нет. Тут вообще красавчики есть?» — злилась Джессика. Сле-едующий! Кареглазый и светлый пацан в очках — это Поттер. Он занудный, поэтому… нафиг, Джессике он не подходит. Так-с, это у нас Лета «не будь такой, как она». Еще какая-то невзрачная желтоволосая девчонка… всё понятно, дальше ещё был какой-то здоровенный лоб, непонятно как попавший в эту «организацию». «Ясно, нормальных парней в этой компашке для меня нет», — с грустью подумала девочка. — «Ну ничего, поищем за пределами.» Конец интерлюдии