Кровавый закат

Мы тихонечко приоткрыли дверь и зашли. — Здрасте, — в воцарившейся тишине церемонно поздоровался Ньют. — Мы опоздали потому, что заблудились. Не, ну мастер отмазок, конечно… — Как можно было заблудиться так, чтобы не найти дорогу в Большой зал? — возмутилась Макгонагалл, пока все остальные охуевали. — Ньют, ну чего ты все путаешь? — притворно возмутилась я. — Вон Тесей с лестницы упал, ногу подвернул, мы его залечивали. Правда ведь? — я повернулась к нему, взглядом показывая, что если он не ответит «да», то ему будет пиздец. — Конечно! Чистейшая! Вот, я все еще хромаю, смотрите! — Тесей показательно продефилировал по залу. — Садитесь уж, — вздохнул на этот раз Дамбик. Мы радостно помчались садиться к нашим. «Хромота» Тесея была позабыта. Когда мы подошли, я внимательнее вгляделась в своих бывших (бывших ли?) друзей. Фред осунулся. В его карих, обычно спокойных и немного насмешливых глазах появилось что-то незнакомое, волчье. Темные каштановые волосы растрепались, а школьная форма была накинута небрежно. Никогда не видела я Фреда таким. Натали. Обычно такая взрослая, с золотыми, собранными в хвост волосами, строгим взглядом и в идеально выглаженной форме, сейчас выглядела немного… растерянной? Косички как у первоклассницы, шокированные светло-зеленые глаза… да, обычно о глазах не говорят «шокированные», но сейчас они были именно что шокированными. Лета… ну нихуя се она, конечно, изменилась! Ваще стала, как в Тварях… И четверку нашу замыкает Адриан, который как был четырнадцатилетним подростком с взглядом малыша, так и остался. Тут ничего особо не изменилось. Ньют первым бухнулся рядом с ними, показывая, что сейчас будет серьезный разговор. Они подозрительно покосились на меня и Тесея. — Итак, — вполголоса обратился к ним Ньют, не обращая внимания на Диппета, который разглагольствовал что-то про начало года. — Господа, микрофон передаем Еве. Я поражен нашим — и вашим в том числе — наплевательским поведением. Я приняла из его рук импровизированный «микрофон» и драматическим тоном начала: — Когда вы, мои друзья, бросили меня, я была убита. Раздавлена. Я не знала, как убедить вас в том, что я не встречалась с ебаным мудаком Сашкой Малфоем. Я ему уже и по роже врезала, а вам все равно похуй и на меня, и на мои самые что ни на есть аргументные аргументы. Как будто не было целого года вместе… — я сделала трагичное лицо. — А если серьезно, то мне повезло, что я отходчивая. Потому что после попытки спрыгнуть с Астрономической башни не каждый ходит со спокойной харей. И мне осталось лишь наблюдать за их офигевшими рожами. Натали в ужасе зажмурилась, все остальные тоже знатно прихуели. Фред прошептал: — Как? Я вздохнула и тихо пересказала им все. И то, как медленно сходила с ума, и то, как прыгала с башни, и то, как Ньют нашёл меня. Только про Тесея не рассказала. Нет уж, спасибо, мне не нужно, чтоб в меня полетели какие-нибудь хитроумные чары Лестрейнджей. — Мерлин… Это ужасно! — высказался Адриан. Ребята, кажется, не верили, что я на такое способна. Как так — это же я, весёлая девчонка, не могла я так! Однако, могла. Они меня совсем не знают. Несколько минут мы сидели в неловком молчании. Ребята думали о чём-то своём, а я размышляла о каких-то совершенно посторонних вещах. Уроки на завтра, контрольная, первый альбом One Direction… Удивительно, о чём человек может думать после попытки самоубийства! Хотя… ну я ж говорю, я отходчивая. Чересчур отходчивая. Наконец, Фред нарушил тишину: — А доказательства? Ну, что ты с Малфоем не встречалась, — и фыркнул. Я удивлённо взглянула на него. — Совсем пидор, что ли? — разъяренно зашептал Тесей, пока я торопливо размышляла, что мне делать. — Как она тебе «предъявит»? За справкой сходит в районную поликлинику? Фред хотел было что-то сказать (кажется, в оправдание. А чего оправдывать, не поняла?), в то время, как я обмозговывала идею дать какую-нибудь клятву, чтобы он отъебался, но… — Стойте, — подала голос Лета. Все взгляды наших обратились на нее. — А давай ты Непреложный обет дашь? — уже ко мне. — Основателям-то поклясться — это каждый сможет, да вот только иногда лагает. А Обет не лагает. — Окей, — кивнула я. Все остальные сидели тихо, даже Натали как-то беспомощно смотрела на меня. — Только нужно как-нить свалить отсюда. И у меня уже есть идейка на этот счет… — Но я же шутил! — беспомощно воздел руки к небу Фред. Но никто его уже не слушал — всех слишком увлекла идея Непреложного обета… *** Свалили мы с помощью потайной двери, которую я обнаружила еще давно во время ночных похождений по школе. Когда мы (наконец-то!) вышли на улицу, где светило ещё яркое, почти летнее, солнце, трава была такая зелёная, как будто с картинок, а дышалось гораздо легче и свободнее, чем в школе (я в очередной раз подумала, какой же надо быть дурой, чтобы добровольно отказаться от этого всего), то я взглянула на Фреда и поинтересовалась: — Ну что, Фред, тебе там доказательства были нужны? Давай руку. — Не, мне не надо. Давай Ньюту лучше, мне страшно. — А давай мне, — охотно согласился Ньют. — Кто-нить знает, как это вообще делается? А то знаний из «Принца-Полукровки» как-то недостаточно. — Я знаю! — солидно ответила Лета. — Папаня такие Обеты миллион раз давал каким-то дядькам! Беритесь за руки, как в фильме в том. — Окей… че дальше? Лета достала палочку, взмахнула ей и произнесла какое-то заклинание. Наши руки опутались голубой херней, как у Снейпа с Нарциссой. — Говорите! — Клянешься ли ты, Ева Полянская, — предельно серьезно начала Лета, — что никогда не была в отношениях с Александром Ричардом Малфоем? — Клянусь, — кивнула я. Подождали немного. Нихрена не произошло. — Фух, — одновременно вздохнули мы всемером. — А я здесь что, для украшения был? — притворно возмутился Ньют. — Все ведь вы сделали! — А тебе клятву давали, — я похлопала его по плечу. Так с друзьями все и уладилось. *** Вечером я думала. Думала долго и, если можно так сказать, тщательно. Так сказать, конечно, нельзя, но я все равно скажу. И вообще, я подводила итоги. Во-первых, я вернула друзей. Это очень классно — просто ОЧЕНЬ! И они были счастливы, я видела. Пусть они ошиблись, пусть — я тоже ошибалась. Они еще маленькие в душе, Тесей прав. Всегда, когда я дружила со сверстниками, они были меньше меня психологически. Но разница была в том, что общению с одними это конкретно мешало, а на дружбу с другими — абсолютно не влияло. Во-вторых, Малфою я еще покажу. Пиздец ему будет. И в-третьих, я люблю только Ньюта. Теперь я это окончательно поняла. Тесей друг. Лучший, но друг. Он, как-никак, единственный поддержал меня, когда все остальные бросили. А что фигней страдал — так с кем не бывает?