Кровавый закат

Так вот. Ничего не подозревая, я больше всего ждала конца этого ненавистного мне урока, чтобы побыстрее отправиться в Крыло, к Ньюту. Стемпинс, конечно, гад, каких поискать! За что он так? И главное — эта загадочная фраза перед тем, как Ньют отключился… про Наследника Слизерина. Это очень странно. Вообще, вся эта ситуация с змеёй и наследником напоминает мне Тайную комнату. Я, как и Гаррик, учусь на втором курсе. Правда, главные герои всей этой катавасии — Ньют и Стемпинс — учатся на третьем… ну да пофиг. Одна малина. Какой-то левый пацан возомнил себя «Наследником Слизерина» и всеми повелевает. Почти. Ещё бы он кровью на стене чё-нить написал, вообще круто было бы. А, ладно. Гарри выжил, и мы выживем. Конечно, если найдём книжечку в питерской библиотеке и поймём, что там написано. Иначе не выживем. Хех. Ладно. Сколько времени? Я включила телефон. Показывало тридцать пять минут. Ну штош, осталось совсем немного мучений. Астрономию точно прогуляю, преподу скажу, что… блять, что сказать преподу? Раньше-то я прогуливала без проблем, только МакГи иногда триггерилась с этого и баллы с меня снимала. А мне на это пофиг. Теперь же они ВСЕ поголовно ввели тактику «прогуляете — пишем родителям!». Я знаю своих родаков, как они относились к моей учёбе в старой жизни, а здесь и подавно они, наверное, помешаны на моих оценках. Как начнёт папа нудить: «Ну во-о-от, Ева-а-а, как же та-а-ак…». Задолбало! Но вернёмся к нашим баранам. Что сказать Джейсону? Вариант с больничным крылом отпадает, профессор обязательно спросит у фрау Шприц, лежала ли я там. Заблудилась? Тупо, не поверит. Натали толкнула меня под партой. — Ева, — прошептала она, — я ж забыла… Я — представительница Совета Хогвартса! И мне нужно подготовить план выступления на конференции таких ребят, проходящей раз в полгода! Надо же. Что должно было произойти, чтобы Натали что-нибудь забыла? Упал метеорит? Прошла мировая война? Наступил апокалипсис? Я усмехнулась и деловито поинтересовалась — так же шёпотом, так как между рядами ходила Макгонагалл: — Когда конференция? Натали вздохнула. — Перед четвёртым уроком, — пришлось признать ей. Блэд… Охуеть, не встать! Сейчас же, етить его через подворотню, второй урок! И он уже на исходе… десять минут осталось. Видимо, она увидела моё смятение и поспешно заверила: — Да ладно, как-нибудь выкручусь… Ну уж нет! Выкручиваться ты, подружка, никогда не умела. Потому что никогда не была в ситуациях, где нужно было это делать. У тебя ещё совсем детский жизненный опыт! (голосом умудрённого старца, который на самом деле двенадцатилетняя девчонка) Ладно. А теперь прекращаем прикалываться и реально помогаем, а то говорить-то горазды… — Сомневаюсь, — тихо фыркнула я. — Давай сейчас что-нибудь придумаем! Натали развела руками, как бы говоря — идей нет. Это у неё нет. А я писатель! (слишком громкое название для фикрайтера, пишущего фигню, которую никто не читает, раз в месяц) — Давай ручку, ща напишем, — попросила я, стараясь сохранять спокойствие. — Потом перепишешь. Там же надо сдавать, чтобы твой почерк был? Заметно повеселевшая Натали кивнула, завороженно глядя на красивый пергамент, который я — вот будто как раз на такой случай! — всегда носила в рюкзаке. «Итак, начнём», — подумалось мне, когда я получила ручку. Она у нас хранится ещё с моего прошлогоднего визита в 2018 год. И нет, я не бог. Я просто скопировала её тогда на всякий случай, хех. А так я, конечно, как и все нормальные люди, половину копий уже посеяла. Хм, вступление. Но тут уже встряла Натали и сказала: — Вступление я сама напишу, оно везде стандартное. Я кивнула — дескать, валяй, а я пока на стульчике посижу. Скоро звонок — через пять минут. Не знаю, почему, но мне вспомнилась ещё одна моя «подруга» в кавычках — Карина. Она была в некоторой степени аналогом знаменитого «сына маминой подруги» — дочка маминой подруги. Только обычно таких в пример приводят, а мама и сама считала её тупой. Ну в этом мире, конечно, она бы, наверное, приводила её в пример — мама ж здесь стала вообще не моей мамой. Ну вот. Но дружить мы были должны. Карина очень любила врать. Она врала постоянно, на каждом шагу. Как-то она сказала мне: — А у нас на звонке стоит Элджей. «Минимал». Ага, так я и поверю. Но тогда я заверила её, что считаю это чистой правдой. Тем временем Натали устало откинула ручку в сторону. Я очнулась и поймала ручку на самом краю парты, когда она уже готова была упасть. Пробежалась глазами по написанному тексту (всё по стандарту там было) и вздохнула. До звонка три минуты. Время на исходе. Нет, конечно, есть третий урок, на который по такому случаю можно всё-таки сходить… Скучающая Лета на первой парте, куда её посадила МакГи, заинтересованно глянула на нас. Бедная — ей ни в телефон поиграть, ни даже в морской бой… Так! Начинаем писать! — Слушай, а сколько слов нужно? — поинтересовалась я. — Эм… нужно, чтобы полторы страницы было… — сконфуженно ответила Натали. Ага. Воду я лить во всяких важных бумажках умею. «Это было очень продуктивное полугодие для нас», — написала я и остановилась. Полугодие же ещё не закончилось! Но тогда зачем собрание устраивать? А, ладно, оставим. — «Второкурсники активно принимали участие в различных конкурсах», — ну было же! К Дню Победы, например! Хм… можно ещё написать: «А также помогали учителям». Мы же готовились к Хэллоуину! А дальше что? Мой мысленный процесс прервал противный дребезжащий звонок. Эх, даже «Минимал» был бы лучше. Да что там, даже Егор Крид лучше, чем наш звонок! А это о многом говорит! Все сразу же вскочили и помчались прочь. Но их вернул грозный окрик Макгонагалл: — Куда? А домашнее задание? Блэд. — Напишите эссе по теме «Трансфигурация в будущем»! Можете представить, как разовьётся эта наука через, допустим, пятьдесят лет! Вдвойне блэд. Маккошку что, наша училка по русскому покусала со своими вечными творческими заданиями? — А если фантазии нет, профессор? — храбро спросила Лета. А если фантазии нет, то я тебе помогу! Не надо к МакГи лезть! — Ничего, у всех детей есть воображение! — ответила Макгонагалл. Я внутренне поморщилась. Не люблю, когда нас называют детьми. Бесит. Лета уныло кивнула, как бы говоря «а, похуй, всё равно чё-то выдумывать придётся!». Как я тебя понимаю! Я, конечно, типа «писатель», но сочинения по типу «расскажи о своём друге», «напиши рассказ про знаки препинания», а особенно «опиши репродукцию картины «Девятый вал»/«Три богатыря»/«Весенняя берёза»» я никогда писать не умела. Более того — словосочетание «описание иллюстрации» у меня до сих пор вызывает нервную дрожь. Похоже, здесь это практически то же самое. Фред выскочил из класса сразу. А Лета, в очередной раз грустно вздохнув, подошла к нам. — Чё вы там последние минуты урока писали? — поинтересовалась она. Мы рассказали ей всё, пока вместе шли до ближайшего подоконника. — Одна голова хорошо, две — лучше, а три — вообще супер! — сделала правильный вывод она. — Так что я тоже попробую что-нить придумать. Мы трое, как Человеки-пауки (Люди-пауки?), взлетели на него и собирались уже было начинать мозговой штурм (прости, Ньют, у нас очень важное дело, как напишем, сходим к тебе), как вдруг услышали знакомый весёлый голос: — Покорно приветствую, прекрасные дамы, великие писательницы, так сказать, начала двадцатого века, и одна великая писательница, если можно так выразиться, из начала двадцать первого века! Тесей всегда любил лихо завернуть фразочку (а точнее — запутать всех и запутаться самому). Иногда у него это получалось, и он запутывал слушателя. Но чаще всего он сбивался и ржал. Лета подняла голову, пока мы с Натали молниеносно придумывали ещё какое-нибудь предложение в «отчёт». — Мы тебя тоже покорно приветствуем, прекрасный кавалер, великий зельевар — Снейп, короче, — усмехнулась она. — Девчонки как раз придумывают отчёт, который Натали нужно подготовить к четвёртому уроку. — Так давайте я вам помогу, — предложил он, запрыгивая на подоконник рядом со мной. — Может, вчетвером чего-нибудь да и надумаем. Так постепенно подошли все наши — кроме Ньюта, конечно. Хорошо, что подоконник длинный был. Мы так увлеклись придумыванием правдоподобной полезной деятельности второго курса Когтеврана за это полугодие, что даже не заметили, как все как-то незаметно улетучились и начался следующий урок. Точнее, заметили — но уже тогда, когда написали заключение. — Блять! — первым возопил Тесей. — У меня же контроха по Чарам! Окей, я пошёл! Более интеллигентный и культурный Адриан, не ругающийся матом, глубокомысленно отметил: — Ох, я же на Травологию опоздал… Я ему искренне посочувствовала. Опоздать на Травологию — себе дороже. — А я — на Зелья! — вспомнила Лета и тотчас умчалась. Натали только успела крикнуть вслед друзьям: — Спасибо, ребят, вы меня выручили! Я похлопала её по плечу: мол, ништяк. И мы втроём — я, она и Фред — отправились на Астрономию, совершенно не представляя, как будем выкручиваться.