Кровавый закат

В конце урока Истории, минут за пять-семь до звонка, Забини дочитала свою книжку и заинтересованно уставилась на меня. Заметив её взгляд, я давно привычным движением отодвинула наушник и поинтересовалась: — Что, Лиза? Можешь спрашивать, я не кусаюсь. — Слушай, а вот я тут читаю про Россию… — торопливо заговорила она, — и мне интересно стало — правда ли то, что у вас там вся классика грустная и все умирают? Я еле слышно вздохнула. Скажу честно — мне всего двенадцать (не может быть!), и поэтому про классику я знаю только то, что там есть книжки «Горе от ума», «Мастер и Маргарита» и «Преступление и наказание», а ещё очень длинная книга «Война и мир», которую написал Толстой. Ещё я знаю то, что этот самый Толстой был не такой уж и классный мужик, он жену свою не любил, заставлял работать и рожать кучу детей. Кстати, ещё немного про него — я помню, как нам на литературе рассказывали, что он умер 20 ноября 1910 года. Получается, в этом мире он умрёт через пять дней. Зашибись! Ещё раз убедись, Ева, в какую седую древность тебя закинуло! Немного подумав, я решила ответить правду: — Фиг её знает, я не читала. Зато я много чего могу рассказать в принципе о России. В частности — медведей не выгуливаем, водку вместо завтрака, обеда и ужина всей страной не употребляем, на балалайках две трети населения играть не умеет. Удивительно, не правда ли? — Да нет, — фыркнула Забини, смешно вскинув тёмные брови. — Это всё я и так знала. Расскажи, как там в школах учатся? Недолго думая, я принялась мечтательно вспоминать: — О, это было класс… крут… здорово! У нас был… — я запнулась, подыскивая подходящие слова НЕ из 21 века, — великолепный класс, отбитый на всю голову, но весёлый. А ещё там можно было на уроках незаметно для учителей читать телефон — это вот эта маггловская штука, — я показала свой невзрачный чёрный смартфон в чехле-книжке, — а уроки английского проходили очень ржачно, — тьфу ты! — В смысле, забавно. Все обсуждали всякий там маникюр, комиксы — маггловские книжки с картинками — и очень плохо говорили по-английски, — ну и нахера, Ева, ты всё это ей рассказываешь? Дура набитая. Лиза усмехнулась — да так загадочно, что меня настигло чувство дежавю. Опять она при моём зашифрованном рассказе о будущем себя ведёт как-то странно. Хотя… не думаю, что она знает — откуда бы? Скорее всего, это я себя просто накручиваю. А затем она вопросила: — Ты уверена? Я читала, что там гимназии и всё очень строго. В гимназиях не изучают английский — только греческий и латынь. Ещё раз спрашиваю — ты уверена? Твою ж мать! Диагностирую себе страшное редкое заболевание «идиотка»! Приспичило мне ей в подробностях жизнь в школе 21 века выложить, надо было не выёбываться и рассказать про гимназии, я ведь тоже про них знала… Дебилка! Хотя, по сути, я тоже училась в гимназии. В гимназии №44. Но это было немножко не то, что дореволюционные гимназии. Наконец, совладав с собой, я еле придумала слабенькое оправдание (врать не умею, что поделать): — А я в элитной школе училась, там всё другое. Лиза кивнула, сделав вид, что поверила. А тут и звонок раздался. Я облегчённо вздохнула, наскоро закинула все вещи в рюкзак, схватила его и наконец-то пулей вылетела из душного класса Истории магии. *** Больше уроков, слава Мерлину, сегодня не предвиделось — точнее, их отменили. Хз, из-за чего, да и не колышет это меня — я просто счастлива. Даже не удосужившись пойти поискать друзей, я решила уже отправиться в гостиную Когтеврана, но вдруг вспомнила, что мне ещё литературу на следующую неделю МакГи задала (вы, мисс Полянская, уж слишком весёлой выглядите — а, между прочим, оценки по Трансфигурации у вас всё ещё оставляют желать лучшего! Так что прочтите-ка мне…). Поэтому — в библиотеку! Вздохнув глубже, я привычно сорвалась с места, чтобы, будто профессиональный бегун или наш класс в столовую (что, в принципе, одно и то же), побыстрее домчаться до «обители книг»… *** Не знаю, сколько времени прошло. В библиотеке было тепло, уютно и стоял мягкий диванчик. А ещё — интересные книги и чай. Чай — это напиток богов. Его можно пить бесконечно. И вот, когда я допивала уже хрен знает какую чашку чёрного чая с кучей сахара, в библиотеку ворвалась Натали. Я нахмурилась, подняв голову — это было для неё совсем нетипично. — Ева! — взволнованно воскликнула она. — Тебя почему на ужине не было? Там такое сказали! — А что, уже прошёл ужин? — несказанно удивилась я. И что же там такое сказали, интересно? Задавать этот вопрос мне не пришлось — подруга сама на него ответила: — Дамблдор… — я сжала кулаки. От старого гомосека (стоп, он же пока не старый… и не гомосек, а гей! Толерантность надо соблюдать!) ничего хорошего никогда ожидать не приходилось, — решил устроить соревнования по маггловскому спорту! В обязательном порядке для всех — кроме тех, у кого освобождение от врача! Твою ж мать! Дамба окончательно, похоже, руководство моей прекрасной школы в Питере покусало! И про освобождение от врача… Мерлин! «Как же он заебал», — промелькнула в голове мимолётная мысль. Дамбик, блять, идиот. Нахуя ему это надо-то? Как будто он специально хочет нас третировать. Ну что ж… Как бы ни банально это не звучало, но… будем выживать!