Нити нашей жизни

Моя теория, что поворотные моменты определяют то, кем мы являемся. Но я не задумывался о том, что будет, если однажды, не вспомнишь ни об одном из них… ***       — Леона! — тонкий и звонкий голос подруги пробирался через тьму, что была в глазах, — Леона, — повторила она. Я еле, еле открыла глаза и посмотрела на подругу, — Ты очнулась, как хорошо, — счастливая подруга кинулась обниматься.       Оглядевшись по сторонам, я заметила, что мы находились в моей квартире, в моей комнате, в комплексе.       — Как я тут оказалось? — ведь в голове я четко помню, что была на концерте… Я видела его… Но… Кого? Нет, стоп. Я ведь точно с кем-то встречалась. Но с кем? Голова тут же отозвалась сильной болью и легким головокружением. Я схватилась за больное место и с мольбой посмотрела на подругу. Та, сразу же сообразила что к чему и потянулась к тумбочке, на которой лежали необходимые лекарства и стоял графин с водой.       — Вот, выпей, — протянула мне две пилюли и стакан с водой.       — Почему мы тут? Разве мы не были на премии? — выпив долгожданные таблетки, поставив стакан на место и сев в вертикальное положение, решила замучить свою подругу вопросами.       — Были, но мы даже до середины не досмотрели, так как ты потеряла сознание. Доктор уже осмотрел тебя, и он сказал, что это из-за стресса, шума и духоты, — объяснила Элла, параллельно поправляя одеяло. Я похлопала возле себя, предлагая ей сесть рядом. Та с широкой улыбкой взгромоздилась на кровать и довольно разместилась рядом со мной, кладя голову на мое плечо.       — Эл, скажи, что вчера произошло? Мы с кем-то виделись? — я перевела взгляд на подругу.       — Что последнее ты помнишь? — задала встречный вопрос она.       — Помню, как мы долго собирались на премию, хотели встретиться с ребятами. Потом, мы ехали в машине и говорили о Юнги…       — Ты вспомнила? — обрадовалась Элла и была уже наготове прыгнуть обниматься.       — Я помню только имя, — объяснила ей. Элла вновь положила голову на плечо и взяла за руку.       — Солнце, мы так и не встретились с ребятами, хотя очень сильно хотели. Мы успели посмотреть только их первое выступление. После небольшого перерыва случилось то, что случилось, ты потеряла сознание, и чтобы лишний раз не беспокоить мальчиков, мы с Ши Хеком отвезли тебя домой.       — Ши Хек? — задумалась я, вспоминая разговор в машине, — подожди, а разве я не виделась с…? — задумалась вспоминая имя мужчины, но Элла меня опередила.       — Ты про Чонгука? Нет, ты с ним не виделась, ты что, вспомнила его? — удивилась она.       — Нет, — виновато опустила глаза и начала теребить одеяло, — может… мне приснился сон? Я помню мужчину, но никак не могу вспомнить его лицо. Я точно его где-то видела, но никак не могу понять, где? Я помню, он выступал на сцене, пел. Потом мы обнимались и… целовались… но я не помню как он выглядит… — на глазах появились слезы, — Эл… Я запуталась… У меня в голове каша, ничего не хочет вставать на свои места. Я словно в лабиринте, бегаю по темным коридорам, не в силах найти выход… — закрыв глаза руками, я легла на колени к подруге и та, по родному, я бы сказала, по матерински, начала гладить по голове.       — Ох… Лео… Когда-нибудь ты его вспомнишь… ***       — Хорошо выглядишь, — глядя мне в глаза, Чан Ук, внимательно осматривал меня. Проверил давление, температуру, реакцию зрачков и все остальное. Такую проверку я прохожу чуть ли не каждые две недели, — как себя чувствуешь? Что-то беспокоит? — отодвинувшись от меня, он садится за стол и начинает что-то печатать на компьютере, не отрывая взгляда от монитора.       — Знаешь, — задумалась, глядя на одну из его картин, что висели на стене. Я не особо разбираюсь в искусстве, но эта картина мне очень понравилась. На ней изображены два человека, двое возлюбленных. Девушка, сидела на прекрасном белом коне, в красивом, нежно голубом платье и тянулась к мужчине, что придерживал любимую, за талию. Они находились где-то в поле, где было огромное количество различных цветов. Красных, желтых, белых, различных форм и видов. Влюбленные смотрели друг на друга не отрываясь, отдавая друг другу самих себя… http://img.fruugo.com/product/5/97/14204975_max.jpg       — Лео, — махал перед глазами друг. Когда я обратила на него внимание, он облегченно выдохнул и сел на место.       — Я с трудом могу отличить где реальность, а где сон. Я вижу настолько яркие сны, что мне кажется, это было на самом деле. Но когда просыпаюсь, я забываю. Проснувшись, я четко могу пересказать их, но лица никак не могу вспомнить. Я знаю, что мы знакомы, но никак не могу понять кто эти люди, — виновато опустила глаза.       — Лео, — оторвался от печатания текста Чан Ук, подъехал ко мне на стуле и взял за руки, — жизнь к тебе благосклонна. У тебя была тяжелейшая травма, после которой мало кто выживает. Естественно, у тебя будут различные последствия. Будет плохая координация, баланс не всегда сможешь держать, но с этим, я думаю особых проблем не будет. Тебе надо просто потихоньку садиться на лошадь и хотя бы просто шагать. Про память я просто молчу. Ты будешь часто путать события, быстро забывать то что, на первый взгляд должно оставаться в памяти на всю жизнь. Зрение будет достаточно быстро садиться. В общем, жизнь у тебя будет сложной и ты должна это понимать, — я внимательно слушала друга и кивая головой, пыталась понять и принять все его слова. Глаза вновь оказались на мокром месте. Я была не в силах сохранить спокойствие, ведь я прекрасно понимаю, что из-за полученных травм я стала очень уязвимой и в любой момент мне может стать хуже. Я должна это принять, но это безумно сложно… — то, что ты часто путаешь сон с реальностью, это вполне нормально. Ты проживаешь день, затем ложишься спать и на утро тебе кажется, что вчерашний день был совсем другим, нежели на самом деле.       — Верно, именно так и происходит.       — Именно так и работает твой мозг. Он пытается восстановить утраченное и предоставляет тебе такую возможность. Но ты сама блокируешь эти воспоминания. Ты боишься того, что можешь узнать.       — Но я, ведь, уже знаю про родителей и справилась с этим, — немного не поняла друга.       — Узнав про родителей ты чуть не погибла, да и помимо них, за это время с тобой многое произошло. Возможно, ты боишься узнать именно то, что было после гибели родителей.       — И что мне делать?       — Живи как раньше, не думай о прошлом. Если надо, ты все вспомнишь. А так, просто не думай об этом. Ты можешь начать жизнь с чистого листа, причем в прямом смысле этого слова, так как большая часть населения думает, что ты погибла. У тебя есть шанс сделать свою жизнь так, как ты этого хочешь, а не так как хотят этого другие.       — А что, если я забыла какого-то важного для себя человека?       — Говори своими именами. Я ведь, знаю, что ты про Чонгука, — улыбнулся теплой улыбкой друг и откинулся на стуле.       — Ну да, — засмущалась его прямолинейностью, — я не знаю как мне быть. Все мне говорят о нем, во сне я с ним встречаюсь, но проснувшись, не могу вспомнить. А лично мы с ним ни разу не виделись. Это больше похоже на любовь какого-то кумира, которого никогда не сможешь увидеть.       — Что ты помнишь? — Чан Ук вернулся на сове место, облокотился о стол, скрестил между собой пальцы и начал внимательно слушать.       — Я не помню ничего. Но… — немного замедлила, задумалась и вновь посмотрела на картину, — я помню прикосновения, но не помню чьи они. Помню глаза, улыбку, смех, но никак не могу сопоставить картинку с воображением. Может это вовсе не он, — задумалась глядя на возлюбленную пару, что так красиво была изображена на картине.       — Я понял, — улыбнулся друг, — давай пока отложим наш разговор, тебе пора на реабилитацию, — проговорил Чан Ук, написал мне направление и вручив его мне, направил на процедуры.       После выхода из комы, я регулярно посещаю физиотерапевта, ревматолога, невролога и остальных врачей. Для более быстрого восстановления, меня направили на реабилитацию, где многие люди, примерно как я, делают различные упражнения, своего рода, качалка для инвалидов. И я одна из них. Придя в зал, я не обнаружила ни одного человека. Не было ни больных, ни физиотерапевтов. Я остановила мимо пробегающую, смущенную девушку.       — Прошу прощения, а где все? — оглядела зал, показывая медсестре, что обычно помогает нам в упражнениях. Та лишь засмущалась еще сильнее, захихикала и ускакала прочь.       Недопонимая происходящего, я как обычно подошла к первому снаряду. Так как в зале не было ни докторов, ни медсестер, я решила начать с простой разминки. Разместившись на коврике для занятий, я начала аккуратно разминать отдельные части тела: кисти, локти, плечи, голова и.т.д       — Ты делаешь немного неправильно, — из-за стены выходит высокий мужчина. Его черные волосы были слегка небрежно уложены, челка падала на глаза. Одет был в черную футболку и спортивные штаны, а на шее красовалась достаточно большая и длинная цепочка. В ушах небольшие серьги, на некоторых пальцах красовались кольца. Его слегка игривая, завораживающая ухмылка, привела меня в ступор. Я медленно разворачиваюсь к мужчине и не побоюсь этого слова залипаю. Его идеальные черты лица, прямой, но слегка скругленный кончик носа, его чуть припухлые губы, выразительные глаза, спортивное и умеренно накаченное тело. Он идеален. Но после наглого, пристального осмотра моей персоны, я немного нахмурилась. А чего это он так пялиться на меня?!       — Что? — приподняла бровь, вопросительно глядя на мужчину, что с довольной улыбкой смотрел на меня.       — Ничего, с этого дня я твой новый тренер, — мои уши ласкал его приятный баритон. Такой шелковый, такой мягкий, но в тоже время уверенный в себе и даже не дает и шанса усомнится в сказанном. Я неловко кивнула головой, давая свое согласие. Но мужчина никак не хотел начинать занятие, ибо он все так же продолжал смотреть на меня.       — Вы меня знаете? — после ещё минутного молчания и гляделок друг на друга, я все же решила задать этот вопрос, так как он никак не мог оторвать свой взгляд от меня. Еще секунда и он падает на колени, прикрывая руками глаза. Боже, что случилось? — Что случилось? — забеспокоилась и постаралась дотянуться до него, не вставая на ноги, так как для меня это достаточно тяжело, а мужчина находился на расстоянии вытянутой руки. Едва прикоснувшись к его шелковистым, бархатным волосам мужчина поднял на меня свои глаза. Оказавшись на одном уровне, я могла разглядеть его лицо до мельчайших деталей. Его темные, проникающие в глубь души глаза, четкие черты лица. Где-то я уже видела эти черты. После того, как он успокоился, на выдохе спросил:       — Ты меня не знаешь? — я лишь пристальнее посмотрела на него и отрицательно покачала головой, не распознав знакомые черты. Мужчина пожал плечами, вытер тыльной стороной руки остатки влаги на щеках, поднялся на ноги и подошел ближе, — Смотри, разминку надо выполнять так, — он сел рядом и начал показывать упражнение, но я смотрела на него и старалась вспомнить...