И ей фиолетово...

      Кофе горчит на языке, оседает горечью на горле, выжигает гортань.       На теле распускаются, словно бутоны, яркие синяки, цветут гематомы, проступают брызги кровоподтеков, зияют провалы-раны. Она ударяется руками, локтями, коленями. Налетает спиной на стену.       Это уже почти норма, почти правильно.       Ее костюм где-то сломался. Перестал работать как надо.       Кофе горчит, разносится горечью по телу.       На лице маска. Розовые очки, позабытые, пылятся на полке.       Она прыгает по крышам, врезается в стены, ударяется о твердый асфальт, поднимается и… Все повторяется, раз за разом одно и то же. Стена с радостью принимает ее в свои объятья, как горячо любимую подругу.       

***

      Врач спрашивает: «Чем вы занимаетесь?».       У вас сотрясение мозга и трещины в костях. Плохие показатели крови… Нервное истощение…       Врач говорит: «У вас был микроинсульт. Одумайтесь, вам нет двадцати!».       Она устало слушает, моргая медленнее, чем надо, и отвечает, стоит врачу замолчать.       «Занимаюсь… гимнастикой. Воздушной.»       Врач настоятельно рекомендует сменить род деятельности, потому что воздушная гимнастика — это не ее. Потому что микроинсульт в таком возрасте — это ненормально.       Кофе горький и отвратительный на вкус.       

***

      Быть супергероем весело и увлекательно.       Замечательно скакать по крышам и творить добро. Битвы кажутся незначительными и не особо сложными. Ты не воспринимаешь происходящее всерьез, особенно когда твои враги все как один похожи на злодеев из детских мультиков.       Это замечательно… когда тебе еще пятнадцать.       Когда тебе уже двадцать — это лишний геморрой.       Теперь это не весело и не увлекательно. Ты уже не ребенок и прекрасно осознаешь всю опасность того, что происходит. Мультяшная внешность врагов теперь не дурачит тебя — ты с ужасом понимаешь, насколько грозными противниками они могут быть.       А твой костюм где-то сломался. Помнишь?       Ты усердно учишься и думаешь, как бы везде успеть и не вылететь из института. У тебя занятия, подработка, помощь родителям. И чертова маска супергероя, в комплекте с которой идут круги под глазами, нервный тик на левом глазу и изобилие травм по всему телу.       Ты выскребаешь остатки кофе из жестяной банки.       Он на вкус — анархия на пополам с апокалипсисом. И приправлен хаосом.       Розовые очки на полке протерты от пыли.       

***

      Ей скоро двадцать два, и она хочет забить на весь мир. Мир — удовольствием отвечает ей взаимностью и забивает на нее. Круги под глазами становятся больше, нервный тик не прекращается.       В руках она вертит красную маску и розовые очки.       Враги появляются все чаще, времени становится все меньше. Ей бы ходить на вечеринки, ходить с друзьями в кафе-кино — куда угодно. Ходить на свидания, устраивать личную жизнь. А не вот это все…       Из друзей — только Алья.       Она пишет ей раз в месяц, звонит — раз в два, видится — раз в три.       Кот Нуар — некая смесь надёжного товарища и недопарня.       Она обводит проступающий через черную ткань абрис мышц, ведёт тонкими пальцами по его телу. Рука замирает у застёжки молнии.       И застегивает ее посильнее.       Эти недоотношения отбирают силы и не приносят удовлетворения. Она верит Коту-напарнику и не верит — совсем — Коту-парню. Да и как можно верить в любви тому, кого не знаешь в лицо?       Это напоминает акт добровольного мазохизма. Целуя его в губы, обнимая его, отдаваясь ему, в мыслях она позволяет цветсти и благоухать недоверию. Кого еще он обнимает этими руками, кого еще целует этими губами? Кто еще есть там, в его жизни без маски?       Это верю-неверю разрывает ее, мучает разум.       Ей думается, что встречаться на расстоянии и то проще.       

***

      Ей скоро двадцать два. У нее есть почти-уже-не-подруга Алья, Кот-напарник-недопарень, которому она не совсем верит, куча проблем и апокалипсис на десерт.       Мир катится в тартарары, стремится к первородному хаосу под взмах дирижёрской палочки Бражника.       В голубых глазах усталость вперемешку с безысходностью.       Мир катится к чертям собачим, а людям вокруг них на это фиолетово. Им наплевать, они этого не видят, не понимают, не знают.       Есть только вы.       Два вечных стража между миром и… Лучше не думать.       Дети, на чьи плечи водрузили мир, не спросив их желания.       Розовые очки заговорщицки подмигивают бликами стекл.       

***

      Банка с кофе пуста.       От чая в кружке идет теплый, ароматный пар. Она поглубже вдыхает этот дивный запах и блаженно прикрывает глаза. Чай теплой волной растекается по телу согревая изнутри.       Маска сброшена и отправлена по почте к чертям новому адресату.       Она смотрит на мир лучистыми голубыми глазами через розовые очки…       И ей ф-и-о-л-е-т-о-в-о…