"Колыбель осени"

— Где она??? — кричал мужчина в телефон. — Как ты мог допустить такое!!! — Я все объясню, Кэтсу… — Мамору, ты должен был её найти!!! Она должна быть целой и живой! Или ты захочешь калеку??? — зло выплюнул Кэтсу. — Она мне любая нужна! — ответил Мамору, — Но, главного ещё я тебе не сказал… — он хотел сгладить свою вину перед ним, за то что вышло именно так. — Что ещё!!! — Уса, то есть Бани и Миледи Лиса, одно лицо… Она водила нас за нос. — Что???? — не веря своим ушам стих Кэтсу. — Этого не может быть… — Да именно так и есть… — придя в себя, он ответил в своей любимой высокомерной манере. — Как она сейчас? — Тяжело, только утром её перевели в реанимацию, она в коме… — Заплати там всем, что бы за ней был должный уход. И да, сделай так не привлекая особого внимания. — Уже, Кэтсу. — Возле неё кто-то есть? — Тено, какие-то девки и группа " Три Звезды». — Их только там не хватало… Что они вообще там забыли? — злобно выкрикнул он. — Уса встречается с одним из них. — фыркнул Мамору в телефон. — Бл.ть!!! Продажная шваль!!! Как только придет в себя, то через пару дней увези её оттуда, если будут мешать — устрани их на время. — Будет сделано. — довольно ответил парень. — Мало мне было их родителей убрать, так теперь их отродье мешает моим планам… — шипел Кэтсу. — Так, Мамору, отчёт мне каждый день! И держись в тени, мне не нужно, что бы Тено увидел тебя и узнал все преждевременно. — Да, шеф. — он выключил телефон, тяжело вздохнув, направился с кабинета в спальню. — Ну где ты был так долго? — надув губки промолвила Рей. Девушка лежала на красных атласных простынях нагая. Она прикрывала грудь простыней. — Дела, зайчик, дела… — он залез к ней отбрасывая простынь и резко взяв за талию перевернул на живот. Прижав её сверху, спросил: — Ты ведь этого ждала??? — Да. — томно ответила она. Он довольно хмыкнул, ему нужно было согнать на кому-то злость, пыл и страсть. И эта девуля хорошо подходила для этого дела. * * * Длинная дождливая ночь сменилась таким же серым днём. Серые тучи которые нависли над этим городом вчера, сегодня его покидать не собирались. Дождь все не прекращался и наполнил переполненных улицы из разноцветных зонтов непроницаемой стеной. Сейя отошёл от окна, нервно сжимая кулаки. Прошло пару часов после операции и его куколку перевели в реанимацию. Туда никого не впускали, что жутко раздражало. Никто не двинулся с места и все расположились в холле. Мина сидела в объятиях Ятена положив ему голову на плечо и грустно поглядывая на остальных. К Харуке приехала Мичи и Триша, которая была в кепке с порциями кофе и пакетами выпечки. Небольшой перекус необходим всем. Ами и Тайки, что-то обсуждали тихонько друг с другом. Время от времени Тайки вытирал слёзы у любимой. Все жутко волновались. И не понимали причин её поступка. Уже дважды приходил инспектор и проводил допрос. А так же врач говорил с Хару о состоянии девушки и не было ли у нее повода покончить жизнь самоубийством. Хару выругался и еле сдерживая себя довел обратное. Сейя себе места не находил и винил во всем себя. Если бы только он выслушал её, то ничего этого бы не было. Она бы не поехала в то утро на мотоцикле в такую погоду и в наушниках и была бы цела. Он видел свою любимую мельком, когда её с операционной отвозили в реанимацию. На очень бледном лице, была покрыта царапинами и ссадинами вся правая сторона. Её хрупкое тело было прикрыто простынею. Врачи её так быстро увезли, что он не успел её особо разглядеть. Сердце сжималось от боли. Глаза жгло и ком стоял в горле. Ятен. Как он был благодарен брату за то, что не раздумывая поделился с ней кровью. Он без минуты сомнения верил ей, в отличии от него самого. Разозлившись на себя он встал с кресла и снова подошел к окну. Уже столько времени прошло. Ами с Тайки и Мина с Ятеном вышли, чтобы где-то покушать. Прошел обед и Хару кто-то позвонил и они с Тришей и Мичи уехали. Сейя все не отходил. Он думал, что так хоть будет рядом с ней. Возможно она почувствует и выйдет из этого состояния. Где-то через час вернулись братья и девушки. Но старшая медсестра попросила остаться только самых близких и пару человек. Поэтому ребята уехали домой ожидать новостей. Оставшись один, его полностью поглотила вина. Он не мог так быть. Если бы с ней было все хорошо, пусть бы кричала, прогнала бы его, игнорировала или же наоборот. Но он бы её видел. А так… Парень со злости вцепился в подоконник так, что пальцы побелели. " Как я так мог??? Дурак!!! Я её потерял…» — он тяжело вздохнул. " Она когда придет в себя, она меня не простит… И вряд ли захочет видеть. " Он опустил голову. И не услышал как к нему подошёл Хару и положил руку на плечо. — Сейя… — он вздрогнул от неожиданности. Сейя очень погрузился в свои мысли и чувство вины, что не заметил как вернулся Хару и Мичи. — Все будет хорошо. — произнес Хару, протягивая ему кофе. — Ты себе не представляешь какая она сильная. Она со стольких передряг выходила целой. — Да? — недоверчиво спросил он. — Да. — Хару попытался улыбнуться, но и у него это плохо получалось. Он очень боялся за котёнка. Он не представлял, как будет если потеряет её. Парень всегда говорил себе, что не отдаст её больше в руки Мамору или Кэтсу. Но он никогда не задумывался о том, что будет если с ней что-то случиться. — Ты можешь немного рассказать мне о ней? — спросил Сейя. — Что ты хочешь узнать? — Какая она была в детстве, твои лучшие воспоминания. Пока я спрошу у тебя это, а потом если она меня простит, я спрошу у неё. — Она простит тебя, ты ей очень дорог. — Ты думаешь? — недоверчиво посмотрел Сейя. — Ну возможно при других обстоятельствах, она бы заставила тебя понервничать. Но эта ситуация все перевернула… — и вновь печаль легла на его милое личико. — Знаешь, был случай, мы очень дружили и к своему удивлению она перебрала от меня любовь к гонкам. Я не понимал её, она столько в жизни пережила и дальше живёт в этом аду, и тянется к такому экстриму. — теплые воспоминания отразились на его лице и лице Сейи, где-то кольнула ревность, но было другое чувство, которое заполнило его. Он был благодарен и рад, что у неё был Хару, хоть кто-то, кто дорожил ею. А парень продолжил: — Она часто оставалась у нас на ночь, не считая того, что частенько забегала днём, на завтрак, обед или ужин. Мама её обожала и часто баловала панкейками с мёдом. Ты не представляешь как меня она раздражала сперва, пытаясь ходить за мной хвостиком и спрашивать что я делаю. Но когда я уехал учиться она не пришла ко мне проститься, она так злилась на меня, что я её бросил. Даже когда приехал она, некоторое время, избегала меня и не приходила к нам. Ну как приходила, она тайком сбегала чтобы её не видели. И когда она не пришла днём, я пришел вечером к ней. Она ночевала в конюшне на заднем дворе. Это было небольшое задание, этажа в полтора, где стояли лошади, и где, под накрытием, хранилось сено. А под крышей, где хранился всякий хлам, хоть она там все и убрала, обустроила себе такую комнатку. Но в эту комнату нужно было подыматься по стремянке. Она так злилась на меня, что была не то, что не рада меня видеть. Я пришел с подарками к ней, зная что она дуется. Но она скинула меня вместе со стремянкой на пол, хорошо что там было сено. — Сейя улыбнулся. Они перешли медленно к диванчику, на котором сидела Мичиру, и присели. Когда они устроились на диванчике она взяла Хару за руку и они продолжили болтать, вспоминая разные истории, которые вспоминал Хару, и пили кофе. Мичиру слушала и любовалась Хару, он с такой теплотой и заботой говорил о Усе. И хоть она видела её однажды, все равно прониклась к ней симпатией. Уса была частью жизни Хару и его семьёй. Молодые люди не заметили как прошло время, на часах было около часу ночи. В это время к ним подошёл доктор.  — Тено-сан? Коу-сан? — парни поспешили к нему. — Да доктор? — Есть какие-то новости? — Да, мисс Цукино, удачно пережила эти сутки. Она вышла из комы, но учитывая её состояние и столь тяжелые повреждения, что мы вкололи ей снотворное. Сейчас её перевозят в обычную, отдельную палату. — Ну слава богу. — выдохнул они. — Она проспит как минимум до утра, так что может остаться кто-то один. Не волнуйтесь все будет хорошо. Теперь я вас уверяю, она крепкий орешек. — и он ушел по коридору оставляя их одних. Хару видел усталость Мичиру, понимал и то, что после всего Сейю не отогнать от Усы, он с тяжелым сердцем попрощался с Сейей, оставляя его одного с котёнком. Через двадцать минут к Себе подошёл врач и провёл его к ней в палату. Там было пару стульев и мягкое кресло, в котором можно будет немного поспать, если у него это, конечно, получиться. Неуверенным, тяжелым шагом он приблизился к кровати где лежала его куколка. Она была зафиксирована и неподвижна. Голова была перебинтована, вся правая сторона была побита. Рука в гипсе, зафиксированные плечо и шея. Он наклонился и хотел было прикоснуться к ней, но боялся причинить ей больше боли. Её милое личико было в ссадинах и царапинах. Он подвинул стул и присел возле кровати. * * * Хару ехал на своей Феррари вместе с Мичиру. Уже было поздно. Ночь. Свет фонарей отражался на мокром асфальте. Мелкий дождь все не прекращался. Фонари мелькали в окне. Но в салоне было тепло и уютно. Тихо играла музыка. Каждый был погружен в свои мысли. Мичиру нравился Харука, но она почему-то считала, что это все не взаимно. Она ещё раньше видела новости и знала, как и все, о его отношениях с Лисой. Какие-то проявления чувств, она списывала, что он хочет отвлечься или заставить ревность Лису. Ведь кто она на самом деле, не знал никто. Но он упорно продолжал ухаживать за ней и вскоре, она почему-то поверила ему. А спустя некоторое время, Хару открыл ей, личность Лисы. Она положила свою руку на его. Он посмотрел на нее, улыбнувшись, она не сводила с него глаз. Так они и ехали по ночному Токио. * * * Уса открыла глаза. Свет был ослепительным. Он разил и было больно смотреть. Спустя пару минут она немного привыкла к свету и смогла рассмотреть, где находится. Стены были совсем белые и все тело жутко болело. Она кажется не могла двигаться. Страх заполнил её душу. Девушка попробовала легонько пошевелить пальцами, но это получилось сделать только одной рукой. Вторая рука была очень тяжелой и давила на грудь, которая адски горела. А вот поднять руку, которой она вроде могла пошевелить, что-то мешало, а точнее кто-то. Уса встретилась с темно-синими глазами Сейи. Сердце затрепетало в груди. Обида и злость наполнили её. Она вспомнила, как он уехал и оставил её совсем одну. Но его глаза, которые сейчас смотрели на неё пробирали до мурашек. В них читалась и радость, и страх, и волнение. Чего он боялся? Он же здесь… С ней… «Кстати, а где я?..» — она хотела осмотреть все вокруг, но не могла пошевелить головой. — Тише, куколка, тебе нельзя двигаться. — произнёс он. — Где… Где я? — прохрипела тихо она, во рту жутко пересохло и было тяжело говорить. — Ты в больнице… — В больнице? Почему? — Разве ты ничего не помнишь? — спросил Сейя. — Я проснулась, мне было очень плохо… Почему… А, ты разве не злишься на меня? — Нет, моя любимая. Прости меня идиота, прости… Молю, прости, что не выслушал сразу, ты же знаешь какой я нетерпеливый и вспыльчивый. Дальше что? Ты хотела покончить с собой? — Чтоооо??? Нет, конечно. Я мчалась по трассе, шёл дождь, мне хотелось лететь, хотелось, чтобы скорость и адреналин заполнили сознание, чтобы ветер унес мои чувства и мысли, и боль. — Дальше что? — Я слишком поздно заметила скользящий легковик, я просто не успела вывернуть руль… — Ясно… — он наклонился и легонько поцеловал её. Уса ответила на поцелуй, внутри трепещали бабочки. — Больше никогда не делай так куколка. — на сердце у парня чуть отпустило, она не хотела наложить на себя руки. — Постараюсь… — ответила она, как двери открылись и кто-то вошёл. — Как она? — услышала знакомый голос Уса. — Очнулась. — И ты молчал! — набросился на него Харука. — Я только открыла глаза, — вмешалась Уса. — Приветик, — обратилась она к Хару, голова которого показалась из-за плеча Сейи. Она пыталась улыбнуться и не показывать как ей плохо, чтобы они оба ещё больше не волновались за неё. Все тело горело как в аду. Голова раскалывалась на части. Больно было не то, что дышать, даже смотреть. Через пару минут в палату зашёл врач, и выгнал парней в коридор. После небольшого осмотра и уколов девушка провалилась в беззаботный сон. Шли дни. Уса шла на поправку. Хоть она была в больнице, но чувствовала себя счастливой. Каждый день был у неё Хару и приносил сладости, все, что она любила в детстве. Также делали Мина и Ятен. Уса очень радовалась за друзей, они были великолепной парой. Они светились счастьем и излучали его на метры от себя. То, как они держались за руки, как едва касались плечами друг друга, как смотрели друг на друга… Это была любовь. И любовь была и в её жизни. Сейя. Он был так заботлив и ласков. Уса порой забывала обо всем на свете, стоило ему появиться на пороге палаты и все время останавливалось. Он не отходил от нее ни на час. Девушка помнила, его выражение глаз, его улыбку, как он небрежно проводил по волосам своим рукой… А его прикосновения оставляли ожоги на её теле. Она каждой клеточкой любила его. В это утро она сидела и смотрела, как солнышко ласкает золотые листья, которые почти осыпались. Наконец то дождь закончился и девушка надеялась, что черная полоса её жизни тоже. Она вспоминала Сейю, их вчерашнее прощание. Они долго болтали, почти не о чем. Сейя много расспрашивал о ней, о её детстве, о её вкусах, привычках. Слушая её истории, он держал её за руку. Это была игра из пальцев. Они перебирали ими или он выводил по ней круги. — Сейя, ты должен знать… — Я все знаю. — спокойно ответил он. — Не нужно, объяснять. — он протянул руку и начал на палец наматывать её локон. — Знаешь, золотые волосы тебе больше идут. Они такие мягкие. Они твои и ты как солнце, ты согреваешь всех вокруг. — Это не так, — возразила она. — От меня одни проблемы. — Нет, куколка… Ты всех нас изменила. Ты подарила Ятену, Мину. Знаешь я думал после Акэйн, он никого не полюбит… А ты помогла ему. — Он её сильно любил? — спросила Уса. — Даже больше, чем нужно… Он дышал ею. А она, продавала инфу конкурентам и журналистам. А потом мы узнали, что она спала с мужем Ясу и они просто качали из нас деньги. Конечно, мы, все сделали тихо… Но Ятен возненавидел женский пол, он презирал их, кроме Ясу, которая была такой же жертвой как и он. — Боже… И как он это выдержал… — Закрылся в себе, он неделями, после выступов или репетиций не выходил из комнаты. А потом озлобился на весь мир. После Сейя провёл большим пальцем по её губам, внутри загорелся огонь. От наслаждения она закрыла глаза… Уса вспоминая это, также закрыла глаза и своим пальчиком провела по губам. Вспоминая последующий поцелуй… Дверь палаты открылась и вошёл Мамору и два амбала, за ними показался врач. Уса оторопела от неожиданности. — Что… Что ты тут делаешь? — Тише малышка… — он сел возле неё и погладил по щеке. Усе были противные его прикосновения к себе. Но отвернуться она не могла из-за фиксатора на шее. — Ты стала ещё красивее, зайка… — он наклонился к ней и тихо прошептал на ухо. — Жду не дождусь, когда возьму тебя, когда от похоти ты будешь произносить моё имя. — она не выдержала и ударила его. Он почти сразу словил её за руку. — Это лишнее… Я тебя научу быть построптивее. Берите! — он обратился к врачу. Тот подошёл к ней и достал шприц. — Нееееет! — вскричала Уса. — Только не это!!!!!! Вы не знаете кому меня отдаете?! Это убийцы и торговцы чёрным налом!!!!! — тут затрещина Мамору остановила поток её слов. — Заткнись с…ка! Ты думаешь, разжалобить доктора, так не утруждайся, он знает на кого работает. И знает, что получает за это. А ты молчи, а то я оставлю тебя Кэтсу!!! И ты знаешь, что он сделает с тобой! — она зло сверкая глазами произнесла: — Лучше пусть меня убьет Кэтсу, чем быть твоей шлюхой! Ты тряпка, ты ничтожество!!! — выплюнула она эти слова. Его челюсти опасно сжались. — Ты, дура, если думаешь, что после того, как он узнал, что ты Лиса, он тебя убьет… Ты станешь его игрушкой в постели и постели кто заплатит больше! Поверь, со мной тебе будет лучше! — Нет… — рыдала Уса, мечась по постели. — Держите её! Сильно!!! — двое амбалов, привстали возле неё. Схватили её за руки и удержали на месте. Врач сделал укол и силы начали покидать её. Тело словно налили свинцом, вскоре её глаза закрылись. Но перед этим она видела его улыбающееся лицо… * * * — Где. Она. — рычал Сейя сквозь зубы, держа врача за халат над землёй. — Где куколка? — Не… знаю… — прохрипел он. Ну что он мог ему ответить. Он действительно не знал, где та девушка. Он только знал кто её забрал, точнее по чьему указанию это сделали. Да, он был одним из тех кто работал на Кэтсу. Он должен ему. От этого авторитета зависела жизнь его младшей трёхлетней дочурки. Именно эти люди смогли оплатить лечение и операцию на сердце. А теперь и реабилитация в лучшем месте, где он и мечтать не мог. И услуга вроде этой… Он просто старался не думать о последствиях. Его дочь спасена. Пусть это эгоистично, но… — Отвечай!!! Немедленно!!!!! — давил Сейя. — Оставь! — сказал Хару. Он положил руку на плечо Сейи. — Он не знает ничего. — Ты ошибаешься! Он знает… — Нет. Не знает… — проговорил Хару. — Пойдём. — Сейя бросил взгляд на уходящего Хару. — Ты об этом ещё пожалеешь… Я носом чую, ты что-то скрываешь… Сейя поспешил к выходу за Хару. Тот сидел в кабриолете и курил. Это порядно удивило Сейю. Парень сидел с растрепанными волосами и в расстегнутой рубашке. Сейя сел в машину. — Может объяснишь, что ты имел ввиду? — Он не знал, куда её забрали. Скорее всего он один из должников Кэтсу, он просто закрыл глаза на то, что её увезли… — Кто?! — Сейя сжал кулаки. Хару же затянулся и ответил. — Кэтсу. — Её забрал дядя? — Он не просто дядя ей… И скорее всего это сделал Мамору. Ты его видел… — небрежно бросил Хару. — Да? Кода??? — Он, это новый парень Рей Хино. — Да ладно. И ты знал, что он здесь и ничего не предпринял? — Это было решение Усы и нам нельзя было действовать необдуманно. Это выказало бы нас давно. — Сейя запустил пятерню в волосы. — Допустим… Где нам её искать? — Может быть, что она не у Кэтсу. — размышлял потрёпанный Тено. — А где? — У Мамору… Тот давно хотел её заполучить. Ты даже не представляешь о какой сумме они с Кэтсу говорили. Он хотел её купить. И зная, теперь, что она Лиса, Мамору мог скрыть её от Кэтсу. — Вопрос тот же. Где нам её искать? — Сейчас… Подожди… — Хару достал телефон и набрал на быстром наборе Двойку. Минута и ему ответили. — Её нашли… Да, исчезла… Да, знаю… Буду через десять минут… — он посмотрел на Сейю и сказал: — Я не один… Хорошо, жди…