А что если..., А не важно

Pow Рита Мы возвращались с экспедиции. Все было плохо. Эрена вызывали в столицу, а Леви все равно травмировал свою ногу, когда я и Ям-чи спихнули Эрена с ветки. Когда я шла по коридору то услышала мат. Он исходил из одного злосчастного кабинета. — Леви, что делаешь? — Тц. Конец Pow Рита Рита зашла в кабинет и взглянула на ногу человека, который сидел на диване и у него красовалась глубокая царапина. Рядом с диваном на тумбочке стояла почти на половину опустившая бутылка с каким-то очень крепким, судя по запаху, алкоголем. — Кто разрешил тебе войти? — Тебе не стоит пить в таком количестве. — Рита проигнорировала его замечание. — Ты меня вообще слушаешь? — Да что с тобой?! — Что со мной? Да что с тобой?! Ты меня совсем не знаешь! Ты даже не представляешь, что я чувствую!!! — Не смей на меня кричать! — Ты лишь глупый ребенок. Тебе даже не ведомо, какого терять товарища! После этих слов Рита не выдержала и дала Леви пощечину. — Это ты ничего не представляешь, что я чувствую. И ты никогда не пытался меня понять. — Злость кипела в ее крови, она развернулась и хлопнув дверью громко сказала — Я ухожу! *** — Даша! — А? Даша повернулась. В ее руках была маска. Удивления не было на ее лице, но она тщательно пыталась его изобразить. — Ты что-то хотела? — Как будто сама не знаешь. — Знаю, знаю. Даша бросила Рите ту самую маску, потом мельком взглянула на рюкзак, стоявший в углу комнаты, и кивнула в его сторону. — Вон возьми. — Ты как всегда меня понимаешь. Так что пойду оставлю прощальный подарок. — Как хочешь, если что зажигалка в комоде. — Хах — Рита улыбнулась — Гений!. — Ну мы же аферисты. Я тебя понимаю, как никто другой. — Это было ожидаемо. Рита надела маску и сказала: — А она удобная. — но голос был словно не ее. Он полностью изменился — Ты хорошо поработала. — Спасибо… Рита сняла маску, зацепив ту за пояс, и надела плащ черного цвета. Вновь оглядев комнату она молвила подруге официальным тоном: — Передай Ям-чи, что она мой приемник пускай работает за меня, пока что… — Оки-доки. Я ей передам. На прощание Рита махнула рукой и вышла через дверной проем. — Удачи вам. — И тебе того же. Рита подождала вечера, точнее ужина, пока Леви выйдет из своей комнаты. Она не знала зачем, наверное для мести, поэтому подожгла ковер. После вырезала на его столе надпись, чтобы тот понял на их языке «Идиот». Открыв окно, она села на подоконник, ковер уже полыхал, дверь открылась, послышался голос: — Что ты тут…? Рита повернула голову ее взгляд был печален. Леви свернул уже догорающий ковер и кинулся к окну, но девушка уже подбегала к лесу, на ее спине виднелся рюкзак не очень больших размеров. — Куда это она? — посмотрев на стол он заметил надпись — Идиот? Она смерти моей хочет… Pow Рита Я вошла в лес и тяжело вздохнула. Я решила посмотреть, что же Даша положила мне в рюкзак. Там были: гамак, термос, одежда, еда, спички, жестяная тарелка, блокнот, ручка и карта местности. — Даша положила все что надо, но алкоголя зараза не положила. Это печально. О, а тут и заметка имеется. Рита зачитала ее в слух. — «Удачи. Там все что необходимо. Твое УПМ лежит в лесу. Ты его легко найдешь, я отметила его на карте и также там отмечена хижина в лесу, что я на досуге построила. Даша». Конец Pow Рита — Действительно все что нужно. Рита нашла УПМ и нацепив его на себя в прохладную темную мглу деревьев. Было так тихо и так спокойно, Никто не ходил ночью, луна тихо схватила в небесах. — О, Луна что же ты мне скажешь? Она кувыркалась в воздухе. Убеждаясь что преследования нет. Девчушка продвигалась дальше в лес периодически сверяясь с картой. — Хижина должна быть где-то здесь. Она приземлилась на землю и поискала глазами дом, а ведь с воздуха она ее даже не увидела. — Умно… Рита осторожно приоткрыла дверь. Внутри было только одна дверь, и судя по надписи там туалет. В доме был деревянный пол, который на пол метра ниже земли, это все было больше похоже на землянку. В доме было очень сухо. Под потолком была лампа со свечкой, Рита ее зажгла и осмотрелась получше. Заново осмотревшись можно было увидеть окно, из-за земли оно немножко было закрыто. Стоял стол около этого окна. Рядом стоял стул. Так же внутри на стене были крюки с двух сторон, догадавшись девушка повесила его между ними. Еще стояла печка. Рита выложила оставшиеся вещи на стол. Взяв блокнот она сразу же записала «845 год — прорыв стены Марии». Потом закрыв его она нарисовала в воздухе круг, но видимых изменений не было. Рита вздохнула и положила блокнот на печку, просто с верху была небольшая ниша для книг. Еду она положила в печку, чтобы не испортилось, она все равно прохладная внутри. Затем сложила одежду под стол, а оставшиеся вещи оставила на столе. Для осторожности Рита закрыла дверь на щеколду изнутри от греха подальше. Затушив свечку в лампе она подошла к гамаку и легла в него уснув крепким сном. Следующим вечером, у Даши Даша сидела на башне свесив ноги и тихо напевала: В небе надо мной, В бездне ночной Можешь страх скрывать И просто лгать. Свой путь выбирай, К мечте шагай! Крылья расправляй, Пусть в крови, И живи! Она остановилась. — Капрал Леви, что вам от меня нужно — она развернулась и с серьезным выражением лица посмотрела на него. — Куда она ушла? — на лице этого человека красовалось красное пятно. — Хм… На ее месте я бы поступила похожим образом. — А теперь поясни. — Это не обязательно. — Что ты имеешь в виду. — Ну, она сама даст о себе знать, когда прилет время. — И когда же оно прилет? — А вот это уже не мое дело. — Другими словами ты мне не скажешь — Леви поднял меч к горлу девушки, но та лишь ухмыльнулась и посмотрела ему в глаза. — Ну что вы, не стоит. — Тц. — Леви убрал меч — Скажешь, если что-нибудь узнаешь. — Вам и вправду не стоит много пить. — Что? Даша обошла Аккермана и не обернувшись сказала: — Человек, что своим оскорблением попал в больное место, будет отомщен и побежден… А, ладно мне пора. Чао… Леви оставшись долго думал над словами Даши. — Что же она хотела от меня. И что же я тогда… В памяти возникло лицо, но оно было раздраженное, злое. В голове послышались слова: «Ты обо мне ничего не знаешь». Они эхом отозвались в его голове, из-за чего Леви положил руку на нее и тяжело вздохнул, вспоминая тот злостный момент. — Вот же ж черт — головная боль мешала ему вспомнить.