Dark and light

       Этот рык, наверное, раздался по всей Японии. Ужасный, кричащий с хрипотцой, как динозавр или другое существо, заставлял на миг уйти из мира. Бледнея от страха от снова появившегося Ному, Минори хотела убежать, как все эти люди внизу, и звать на помощь героев. Наверное, страх — естественное чувство, которое может либо остановить человека перед своей целью, либо заставить сделать шаг в бездну. Бездну, в которую он будет падать больно до слез, понимая, что стоило ему протянуть руку к небу, и он дотянулся бы до звезд. Страшной оказывается та неизвестность, неясность, неопределенность, что ждет их, если они поступят по-другому: бросят работу, разведутся. Сознанием и способностью адекватно рассуждать целиком и полностью овладевает страх, оставляя ни с чем.        Минори, сглотнув, сделала один шаг назад, стараясь не привлекать внимание монстра. От страха тряслось все тело, зрачки сужались с каждой секундой, сердце было готово проломить грудную клетку, а голова была пуста, не единой мысли. Эти глаза, которые смотрят прямо в душу, голодные и жаждущие кровопролития.        Взрыв. Ещё один взрыв в другой стороне улицы. По спине прошёлся холодок — признак Смерти. Ному продолжал смотреть на Минори, которая мысленно уже прощалась с жизнью. Крики и вопль людей, плач детей и крики матерей, потерявших своей детей. На месте двух прогремевших взрывов вознеслись языки пламени пожаров. Ному развернулся и убежал в другую сторону. Минори тяжело выдохнула, простонав, такого напряжения ещё никогда не было. Страх перерос в нечто другое, в чувство приближающейся смерти, которое заставило даже чуть не заплакать девушку. Она обняла себя руками и успокаивала, переводя дыхание.        Вкус смерти доступен лишь тому, кто низвергнут с небес: но, опять же, не каждому, а только наделенному жестоким даром, способностью ощущать привкус бессмертия. Этот привкус есть некое удовольствие, обретаемое в сфере символического и исчезающее тут же, в момент возвращения.        — Дарклайт, спускайся, скорее!        Мысли и напряжение перевёл на себя Алый Бунтарь, который стоял перед Ному. Девушка спустилась с крыши вниз, подбегая к герою.        Послышалось ещё пара взрывов. Алый Бунтарь протянул руку в сторону, чтобы девочка не подходила ближе, Ному яростно зарычал. Неужели сейчас Алый Бунтарь будет биться с ним? Алый Бунтарь оцепенел, потрясённый силой ненависти Ному. В нем были следы хладнокровной рассудочности. Он планировал своё отмщение, вынашивал мысль о массовом убийстве жителей, но в пылу увиденного перед собой героя, гнев вспыхнул сильнее, как сухой вереск от удара молнии.       — «Надо… Надо помочь Алому Бунтарю и увести отсюда людей, как можно скорее, » — Дарклайт направила поток света на героя, покрыв его своим световым укреплением. И пусть его причуда в разы сильна и имеет невероятную непробиваемую защиту, укрепление лишним не будет. Герой напоследок улыбнулся девушке и пошёл в атаку на разъярённого Ному. Дарклайт осмотрелась. Лежали зажатые и раненные люди под обломками зданий, убегали и пытались спрятаться от нападения злодеев, дети, потерянные, громко плакали от ужаса. Сколько помощи нужно оказать, а она всего одна! Рядом с девушкой лежал зажатый мужчина:        — Герой, помоги мне, пожалуйста!        Дарклайт, не медля, направила левую руку в сторону зажатого человека. Вышедший сгусток тьмы поднимал обломки, освобождая раненого. Раненный мужчина сильно застонал, встав на ноги.        — Герой…— набирал легкие воздухом, — спасибо…спасибо!        Дарклайт молча побежала дальше спасать людей. Каждый раз использовала свет или тьму в разных ситуациях: достать, поднять, сломать, помочь. Каждый человек каждый раз благодарил за спасение свою «героиню». Каждого человека вытаскивала из-под завалов, каждого ребёнка она вручала одному из взрослых, который бежал в пункты помощи. Бой между Алым Бунтарем и Ному продолжался.        Прогремел взрыв, и послышался знакомый рёв.        Обегая улицы и кварталы, несясь на всех парах на вопль, перед ней встал он, Ному, державший в лапах окровавленную маленькую девочку.        За спиной послышался женский крик о помощи. Мать, просящая через крик помощь.        Внутри все смешалось. Ному стоял перед ней и рычал во всю глотку.       — «Я не смогу сражаться с ним, но спасти людей я должна!» — Минори сконцентрировала причуду в руках и превратилась в тень. Ползая по земле, она приблизилась к Ному, который пытался найти ее. Обойдя злодея, Минори придумывала план освобождения девочки, пока Ному не взял другой лапой за голову девочки.        Ещё бы чуть-чуть и голова девочки была бы оторвана и выброшена в сторону. Дарклайт вышла из режима тьмы и ударила Ному в лапу и в челюсть. Девочка вылетела из лап злодея, отлетая в сторону, и, во время поймав ее, вручила девочку маме:        — Скорее, бегите отсюда!        Мать и ребёнок начали убегать, как Минори не заметила сзади замахнувшегося на неё Ному. Удар. Минори врезалась всем телом об стену. Миллион иголок вонзились в нее, она медленно начала шевелиться и «вылезла» из стены. Было невероятно больно. Тяжело дыша, Дарклайт услышала тяжелый бег. Да, Ному бежал снова. Нужно было что-то предпринять.       — «Мои атаки бессильны, постоянно прятаться в тени тоже не могу, — Дарклайт снова превратилась в тень и оказалась в тылу злодея, который искал ее. — Необходимо его временно обезвредить»        Минори выпрыгнула из тени.       «Что мне сделать, чтобы его на время обезвредить? Связать не выйдет, разорвёт, идти в атаку бессмысленно. Хотя… Есть один выход»        — Эй, злодей!        Ному яростно повернулся назад. Сзади Дарклайт держала правую руку вперёд:        — Отдохни пока!        Минори выпустила залп света, который ослепил Ному, и связала его своими теневыми нитями. Эффект взяла долгий — 30 минут.        Отряхнув с себя пыль, в наушнике послышался тяжёлый голос Алого Бунтаря:        — Дарклайт, уводи людей! Идите на улицу Токо, там будут пункты эвакуации.       «Дали приказ — значит выполнять, отказа быть не должно, » — так говорил вначале практики Алый Бунтарь. Минори, собрав волю в кулак, побежала в сторону стоявшей толпы людей. По дороге попались полицейские, которые утвердили месторасположение пункта эвакуации, и Минори указала на место захваченного Ному.        Люди стояли в страхе, порванная одежда, в пыли, одинокие, дети и пожилые, беременные и инвалиды. Дарклайт подошла к маленькой толпе и объявила, как можно убедительнее:        — Я вас отведу в пункты эвакуации, прошу не отставать!        Люди смотрели на свою героиню с каплей надеждой. Вот он, герой, пришёл на помощь. На лице заиграла улыбка.        — Всем бежать за мной и никуда не уходить!        Толпа молча кивнула в знак согласия.        — Эвакуироваться нужно быстро отсюда, поэтому будем бежать настолько, насколько это возможно. Если есть дети, возьмите их на руки, по дороге кричите другим людям следовать за Вами.        Люди послушались своей спасительницы: кто-то взял на руки потерявшихся детей, кто-то прямо помогал другим выбраться из-под завалов. Минори ещё секунд 10 стояла и смотрела на толпу, за которую она сейчас в ответе. Настало время вернуть себе необычайную преобразующую силу этого единственного слова: ответственность. Применяйте его в своей жизни и наблюдайте за тем, как разворачивается эта сила.       Дарклайт сжала руки в кулак и отправилась вперёд, за ней же побежала толпа с десяток с чем-то человек. Она и другие вытаскивали людей из-под завалов по дороге, и ещё много пострадавших примкнулось к колонии. Минори бежала впереди всех, убирая по дороге препятствия. Колонна убежала довольно далеко от эпицентра битвы, пока кто-то из людей не окликнул героиню:        — Эй, герой, там люди!        Минори посмотрела в указанную сторону. Недалеко от них стояла толпа людей и здание, которое вот вот рухнет. Людям бежать было некуда из-за завалов вокруг них, им осталось лишь кричать о помощи. Минори остановила колонну и сама побежала вперёд. Здание начало скрипеть и разрушаться прямо на глазах.        Внутри, где-то в легких, будто дрожал воздух. Липкое и слабое, но все же паническое чувство, как если бы девушка состояла целиком из желе, и к нему бы прикоснулись электрической зубной щеткой.        Минори на бегу, скрепя зубами с бешеным сердцем, направила руки вперёд. Пока она жива и рядом с людьми, она давала всем основание и смысл. И сколько она сейчас значит для попавших в беду. Иногда герою приходится пожертвовать всем ради тех, кто ему дорог.        Вышедший свет устремился вперёд на толпу, создав огромный купол, который закрыл людей. Такой…тёплый белый свет, переливающийся в чёрных тонах, издаваемый тихий импульс, заставлял чувствовать себя в безопасности. Люди внутри него, завороженно рассматривали свою защиту и пришедшего к ним на помощь героя. Здание рухнуло прямо на купол. Дарклайт тяжело стояла на ногах, причуды оставалось совсем мало. Спасённые радостно закричали и побежали в колонну к остальным. Сколько причуды ушло. Слабость. Потемнение и раздвоение в глазах. Слабо, но она вела людей дальше. Пробежав ещё километр, Минори увидела шатры и пункты помощи. Девушка облегченно вздохнула, она это сделала.        — Вы только посмотрите!        — Она же с факультета героев на 1-м курсе. Я ее видел на фестивале!        — В таком случае, за будущее можно не переживать!        — Скорее к ней на помощь!        Люди радостно побежали вперёд героини. Дарклайт облегченно облокотилась о дерево и схватилась за бок. Весь путь до сюда болел…окровавленный бок, в который ударил Ному.       — Уличный проход на улице 4-2-10, там требуется помощь, срочно.        Мужской знакомый голос отвлёк Дарклайт. Сзади стоял Старатель, все такой же грозный и серьезный, который тяжело вздохнул. Минори нахмурила брови и пошла в сторону указанного места.        Минори быстро достала телефон и открыла недавнее сообщение от Изуку. Адрес совпадал с адресом Старателя!        — Что там случилось? — спросила бледная Минори.        Старатель грозно посмотрел на девушку и нахмурил брови. Видимо, ему что-то не нравится или…? С каждой мыслью и догадкой, девушка не верила самой себе. Дарклайт побежала по адресу как можно скорее, даже не глядя на то, что причуды мало.        Пробегая мимо людей, улиц, героев, ещё Ному, девушка волновалась, как никогда. Ещё чуть чуть и будет тот самый проход. Поворот налево.       «Вот он, проход! И что там?»        На земле лежал Тенья и ещё один герой. Шото тащил тело злодея, а Изуку тяжело стоял на ногах. Что тут произошло?        — Изуку! Тенья! Шото!        Одноклассники повернулись на пришедший голос.        — Смотрите, вон они!        Сзади появилась подмога Гран Торино с другими героями.        — Что случилось? Все в порядке? — спросила Минори, подбегая к Тенье.        — Да, все хорошо! Ты как? Как остальные?        — Пригнитесь!        Минори увидела впереди летевшего в ее сторону Ному, который схватил с собой Изуку.        Ному взлетел вверх. Убийца Героев разрезал связанные веревки, и молниеносно атаковал одного героя, пырнув его ножом, и пошёл в атаку на Минори, проткнув ее плечо насквозь, коснувшись языком ее щеки. Убийца догнал Ному и, раскромсав ему мозги, убил его, взяв себе Изуку. Минори не смогла двигаться, хотя бы схватиться за плечо. Боль была пронзительная.       — Минори!        Иида сзади подбежал и поймал Минори. Кровь вытекла из плеча, тихо стонав от боли, Минори тяжело пригнулась.        — Ничего, все….все нормально, Тенья.        Минори застонала от боли и наблюдала за убийцей. Он отпустил Изуку и начал нести бред про героев и то, что его убить сможет только Всемогущий. Вскоре он скончался, а вместе с ним и его эффект причуды. Минори смогла двигаться снова.

***

      В больнице        Минори оказалась в больнице, ей забинтовали раненное плечо и скоротечно отпустили домой. Сказать, что ей было хорошо, нельзя. Было тяжело, особенно морально. Перед ее глазами были лишь те самые раненные люди, обломки, потерявшиеся дети, пожилые… Даже в голове не укладывается, живёшь, все хорошо, и внезапно чья-то жизнь обрывается… Зато появился опыт, есть представление. Она спасла жизни людей. Была полезной. Тяжело было думать, если бы ее не оказалось в том самом месте и времени.        В палате медсестра принесла обычную одежду, которая хранилась в офисе. Значит, заходил Алый бунтарь. Одеваясь, из одежды выпала записка. На ней было написано:

Как придёшь в себя, приди в офис. Алый Бунтарь.

       Минори скомкала записку и выкинула в мусор. Да, надо будет вернуться в офис. Выходя из своей палаты, девочка спросила медсестру, как ее одноклассники, которые были вместе с ней, на что она услышала, что мальчики пока в себя не пришли. Плечо больше не болело, достаточно просто менять пластырь. Минори едва натянула улыбку.        Девушка шла по ночной пустынной улице. Развалины, обломки, работали лишь спасатели, которые разбирали обломки. Какого вот так работать спасателям? Находят трупы? Тела детей, например? Минори дёрнулась, спрятав руки в карманы, и тут она вспомнила о телефоне, небось уже в новостях что-то есть о случившемся, но вместо того, что бы зайти в интернет, увидела в уведомлениях пропущенные звонки и сообщения.        Первые звонки были от Гравитации, ещё тогда, когда Минори приблизительно была на крыше и патрулировала.       — «Ещё от неё звонки… так…. и сообщения о пропущенных… ого! Звонки поступали от Момо? От Денки, Кьёка, Очако и… Эйджиро?» — От Момо было поступлено 7 звонков и куча сообщений, в которых она спрашивала о состоянии практики, где она и не попала ли в эпицентр событий. Кьёка с Денки в панике, на эмоциях, капсом писали все подряд, что думают. От Эйджиро было вовсе 12 пропущенных звонков и последнее было всего 10 минут назад. Минори начала себя ругать.        Минори заволновалась. До них, видимо, дошли слухи о случившемся. Держа телефон в руках, номер Киришимы и его фотографии не давали отвести глаз Минори, что-то гложило ее. Сердце билось неспокойно, снова то самое волнение.       — «Набрать ему или нет? Вдруг занят? Черт, лучше напишу сообщение, а завтра позвоню, » — Минори зашла в социальную сеть на свою страницу, где висят сообщения от Киришимы. Каждый час он рассказывал что-то, и во время нападения на город, он очень сильно переживал. Конечно, 10 с лишним сообщений и 12 пропущенных. Минори покраснела и напечатала сообщение:       Все в порядке! В офисе!       «Он так переживает. Это чувство захватило меня еще давно. Наверное, в тот день… в тот день. Как мило. Черт, Минори, не тем местом думаешь!»        Влюбляешься, становишься счастливой. Скрыть можно всё — от клада до покерного расклада, вот только не первую влюблённость. Минори плохо знакома с влюбленностью и признаться даже себе не может. Очарование, когда выдуманные достоинства женщины затмевают весь свет, смешиваясь с желанием обладать таким сокровищем, приходит легко и уходит незаметно, оставляя чувство утраты чего-то ценного. Что же это за странное чувство — любовь? Накрывает волной и все. Замолкают голоса разума и опыта, даже инстинкт самосохранения отключается.        Офис был пуст, горел лишь свет в кабинете у героя. Минори поднялась на нужный этаж и, постучавшись, зашла в кабинет к герою.        В кабинете горела лишь одна настольная лампа, согревающая всю черноту вокруг. Огромные окна на всю сторону стены отдавали слабым свечением уличных фонарей и высоток, у которых постоянно горел свет. Шум машин, вертолётов, и эта тишина, которая заставляла молчать и слушать ее. Бурлящий жизнью город… Алый Бунтарь стоял в своей форме и смотрел в окно, его левая рука была перебинтована. Молчание. Как много букв в этом деянии. Ведь молчанием можно и обидеть и, в то же время, о многом рассказать.        Герой повернулся к пришедшей героине, он, тяжело хромая, облокотился кулаком о стол и сгорбился, глубоко простонав от боли. Сердце встревоженно забилось, неужели такой герой подвергся серьезным ранениям? Минори лишь схватила свое раненое плечо и сжалась клубочком от воспоминаний.        — До меня дошли слухи, что ты спасла свыше десяток человеческих жизней, — проговорил тяжело Алый, выпрямляясь. — И то, что ты временно обезвредила Ному.        Минори кротко посмотрела в глаза герою и начала смотреть в пол, сгорая от стыда. Бунтарь грозно продолжил:        — Я не отдавал тебе приказа действовать, я отдал приказ вывести людей с места происшествия! — повысил голос Алый Бунтарь. — Ты рисковала собственной жизнью! Я…        Внезапная нагнетающая тишина рвала разум Минори.