Байки дядюшки Римуса

Вечером в баре чего только не наслушаешься, особенно когда клиенты уже хорошенько подшофе. Да и насмотреться можно всякого. Сегодня вот Вилли — он на черном рынке работает — явился с такой физиономией, что остальные мои посетители притихли при виде невероятной красоты. Судя по всему, рожу ему разбили не вчера и не сегодня, потому что один глаз уже немного открывался, а фингал из чернильно-фиолетового постепенно делался багровым с прозеленью и желтизной. А вот сломанный нос, кое-как залепленный пластырем, больше всего напоминал баклажан. — Фево уфтавилифь? — прошлепал Вилли губами, сильно смахивающими на лепешки. — Пе'фый раф фидите, фто ли? — Кто это тебя так? — пораженно спросил мой завсегдатай, Дик, и подсел поближе. — На даркменов нарвался? И за что они?.. — Не... — Вилли сделал мне знак налить как обычно, и я подвинул ему стакан. Вилли выпил залпом... и еще минут пять шепеляво матерился. Немудрено — самогон у меня крепкий, а ему, похоже, половину зубов вышибли. Их и раньше немного было, а теперь и вовсе... — Дефынфекция, — правильно истолковал он мой вопросительный взгляд. — Пафаны фказали, луфе твоим пойлом, фем фтаутом. А ты на выноф не даеф. — Даю, но не всем, — ответил я. — Объяснили бы толком, для чего понадобилось, а еще — заплатили, вот тогда... — Так кто тебя? — подергал его за рукав Дик. — Вряд ли Бдительные, с ними ты б так легко не отделался... Неужто решил вспомнить юность и пошел кредитки сшибать? — Не... с пафаном одним подрались. — Ничего так... — оценил Дик и подвинул к себе тарелку с закуской. — Тебе не предлагаю, хе-хе... — Да пофел ты! — беззлобно ответил Вилли и осторожно потрогал глаз. — Ничего себе у него кулачищи! — Не... это он мне хуем глаф подбил... В баре воцарилась мертвая тишина. — Глаз? Хуем? Подбил? — раздельно повторил Дик, откашлявшись — закуска не в то горло пошла. — Ты это... скажи, кто такой, чтоб не нарваться... — Может, это какой-нибудь блонди был? — встрял Пат, тоже подбираясь поближе в стремлении не упустить ни слова из этой загадочной истории. — Я слышал, рассказывали, что у них хер — вот такой! Он щедро отмерил на барной стойке немалую длину. — Угу, ты еще скажи — цельнометаллический, — проворчал Дик. — И телескопический. — Ну, чего не знаю, того не знаю, а ты на них глянь и прикинь, какая там елда должна быть! — вмешался еще один спорщик, Салли. — Может, и не метр с лихуём, но всяко побольше наших! — Да ну вас, — сказал Дик, — на кой блонди хер? Кого они там у себя в Эосе трахают, петов, что ли? Так пет порвется! — Брось, они того... хорошо растягиваются, — заржал Салли. — Да и вообще, может, они друг друга пялят. А что, я б поглядел! — Ага, элитное шоу, — выдал Пат и захрюкал. — А точно, парни! Там же не только блонди есть, а всякие разноцветные... И вот, значит, они по масти и друг друга и того... Кто по рангу старше — тот сверху! — А этим, как их, ониксам кого трахать? — не понял Дик. — Ну, может, секс-дроидов. Или тоже друг друга. Или в бордель ходят. А может, — продолжил фантазировать Пат, — они по кругу... Или меняются... Или вообще групповуху устраивают! Все глубоко задумались, наверно, пытались представить себе групповуху в исполнении величественных представителей эосской элиты. — Не, — сказал наконец Дик, не обделенный воображением. — Как-то это... Наверно, как если б статуи поебстись решили. — Медленно и печально? — Со скрежетом! — заржал Пат. Вилли, про которого как-то подзабыли, громко откашлялся. — Это был не блонди! — выговорил он почти внятно. — А кто? — повернулся к нему Дик. — Говори уже, не томи... — Мудак один, — проворчал Вилли, выпил еще самогона, корча ужасные рожи, потом продолжил: — Я на фкладе работаю, фнаете, да? Ну а тут новенького взяли. Хрен знает, кто такой, вроде из топляков. Тут он покосился на меня, но я никак не отреагировал. Да, и я пытался работать на черном рынке, но... Это совсем другая история. — Ну, я так думаю, потому фто раньфе его не видел, — продолжил Вилли и потрогал на этот раз уши. Левое было вдвое больше правого. — Пару дней работал — ффё путём. А потом раффлабился. Фказано было — не гонять на погруффике! А он — так быфтрее, так быфтрее... Погруфим и пойдем... — Так он с погрузчика навернулся и хуем прямо тебе в глаз угодил, что ли? — не понял Дик. — А чего ты не отскочил? — Да нет, бля! — зарычал Вилли. — Уронил он погруффик! На повороте! И контейнер — хуяк ф фтену! И товар — фш-ш-ш-ш-ш! Он руками изобразил, как именно разлетался товар, и сшиб со стола тарелку. Остатки овощей и сыра тоже красиво разлетелись по полу. — Э... я подберу, — сказал Вилли, оценив этот натюрморт. — Пол помоешь, — напомнил я незыблемое правило моего бара: насвинячил — убери за собой. Я и так в своем заведении все должности совмещаю, за уборку мне не доплачивают. — Что дальше-то было? — Фо-фо, озферел я, — честно сказал он. — Обоим же ффалят! А я еще типа фтарфый фмены... Ну я и дал ему по ебалу! Кулаки у него что надо, но, видимо, противник оказался сильнее. — Он — мне, я ему... — продолжал Вилли эту душераздирающую историю. — Я его придуфыл, а он ка-ак ебанет мне хуем по морде! — Погоди-погоди, — остановил Пат. — Все-таки у него настолько длинный? Я подумал о партерной борьбе, в которую перешли драчуны, но промолчал. Все равно травмы Вилли были необъяснимы. Впрочем, на Амои всякое возможно. Вдруг у того типа был протез? Хотя нет, откуда, если он топляк? Но я немного отвлекся, а Вилли тем временем показывал руками: — Ефе бы не длинный! О такенный! И толфина — фо! Как мой кулак! Ферный! И с фыпами! Двойной! И еще ф какой-то еболой элефтрической, меня ефе током херакнуло... — Бля... — после паузы выговорил Дик. — Ладно черный, что мы, черных хуев не видели... Но остальное-то? Он что, мутант? — Нет! Я тоже фхватил — лиловый попалфя, но без фыпов, ребрифтый... только еще длиньфе и гибкий! И тоже ка-ак дам ему! Ну вот... И тут до меня дошло. — Вилли, вы там что, товары для секс-шопа грузили? — А я фто, не фказал? — искренне удивился он и немедленно выпил под дружный гогот остальных монгрелов. — Ну и фот. Пью на пофледние. — Уволили? — Не, — помотал головой Вилли, — только вычли за те хуи, которые мы с этим мудаком фломали. Офтальные-то мы фобрали... А эти дорогуфие окафались! Я на память ффял. Потом покафу. Ф фобой не потафил... — Зря, отбиваться вместо дубинки пойдет, особенно тот, который с электрической приблудой, как есть шокер! — снова заржал Пат. — А если кто докопается, скажешь — запасной! «Ну вот, — философски подумал я, — а в пословице про монгрела только про стеклянный хуй говорится... Ан нет. Хороший монгрел способен сломать любой, на то он и монгрел! Лишь бы не собственный...» Впрочем, я уверен — такая байка в Кересе тоже отыщется.