Прости, но я твой слуга..

Ещё один ужасный день. Темная покрытая кажется пылью годовалой давности комната освещается только одним лучиком солнца, которое проходит сквозь пелену грязи и ударяет по глазах голубовласого парня. Пряди ярких волос розтрепаны из-за очередных кошмаров. Мысли об которых заставляют застыть парня в ступоре на секунды две-три и пусть это происходит очень быстро, для Фишера это как целая вечность. Мелкое шевеление. Худощавая рука тянется к тумбе смахивая пыль с неё.. Кашель и тихое сопение, рука не находит нужного и с хрустом сгибается касаясь холодного как лёд пола. Ненавистный взгляд пытается что-то розглядеть в этом темном аду.. В комнате чертовски темно и холодно, здесь работает отопление, но на комнату Фишера, его слишком мало. Скрип двери заставляет содрогнуться мелкого господина и на локтях подняться закрывая лицо как можно быстрее. –Извините мистер Салливан, вас зовёт госпожа и просит быстрее... Парень только кивнул и уже мысленно розпотрошил глупого слугу который зашёл даже без стука. Дождался этого жуткого будто орущего скрипа двери и медленно уложился обратно, тяжело вздыхая, будь его воля, он бы послал всех здесь присутствующих. Скрип старой деревянной кровати заставил вызвать гусиную кожу у принца и содрогнуться его, в ту же секунду. Единственное что было чистым в этом хаосе это кровать и его одежда... Которая мальчику толком надоела, но его судьба ходить в этом ужасе и улыбаться. Слава богам ему никогда не приходилось фальшиво улыбаться ибо его эмоции часто закрыты холодным куском гипса и пластика. Худые ноги коснулись пола и словили лёгкую судорогу. Парень только показал недовольство цокая языком. Он поднимается и в темноте одевается, предпочитая лишний раз не показываться ни миру, ни себе, на глаза. Сейчас проблема стоит в том, где найти тот кусок пластика который спасает от росскрития, лишним людям, своих необдуманных и часто спонтанных эмоций. Фишер снова проводит рукой по тумбе, слышен глухой звук удара чего-то об пол, вот и то что искал господин. Будто глянцевая аккуратная "маска" у которой по идее одна часть сделана уже своими руками ибо пока глянцевое покрытие отбывает серые лучи, обеденного солнца, другая чуть ли не черная (?),просто впитывает своей матовой поверхностью лучи, заставляя свой участок греться,она соеденена прочными золотыми кольцами с проволки. Это выглядит чертовски аккуратно. Парень поправляет воротник и нажимает на ручку, тем самым заставляя дверь скрипеть, нагнетая неприятные ощущения. Яркий свет ударяет в глаза пока маска которая была поднята Фишером щелкает оповещая что последняя застёжка, крепко соеденена и не откроется без особых усилий. Шаг за шагом парень спешит ко своей матушке, желая поскорее закончить разговор и исчезнуть во тьме своей комнаты. Пусть он и понимает что быстро отделаться не сможет, но напрасно надеется хоть на одно хорошее событие которое предоставит ему жизнь пытается всеми силами... Долгожданная дверь уже прямо перед носом голубовласого парня и тот делая будто последний глоток воздуха заходит внутрь большой и просторной комнаты, если бы младший Фишер не знал, то сказал бы что это две комнаты объедененны, но он знает как изначально строился этот дом. Светлая комната освещается лучами солнца, заставляет прикрывать глаза дабы избежать этих "прикосновений", комната и вправду большая. Синие темные обои с золотистым вкраплением добавляют немного шика и какого-то сонного состояния, на земле под кроватью с одной и с другой стороны красуются антикварные коврики которые матушка не одобрила в виде экспоната, а вот на землю уложить даже очень не плохо. У Дианы не было той привязанности к большим деньгам она была независима от них, если деньги тратились то на что-то нужное, а не на какой-то там "антиквариат" которым прям жил покойный муж женщины. Возле стены располагалась большая кровать, когда-то в ней присутствовали только чёрные и синие тона, сейчас же это место как трон для ангела только в аду: белая с некоторыми золотыми вкраплениями. Также в комнате есть много антикварных тумб и шкафов из темного дуба, странно но пусть количество этих вещей зашкаливает, комната остаётся просторной и уютной... Слышится тихий кашель и яркие волосы резко дёргаются на плечах мальчишки, он не замечает никого вокруг только его исхудавшую маму которая смотрела на сына с улыбкой. Её руки сжимали белый платок, а сама она выглядела очень красиво, жёлтые яркие пряди завивались в концах в локоны. Тело как уже было сказано, очень худое и в объединении с пышным платьем очень эстетично выглядит. Фишер склонил голову и подошёл ближе, он присел и приподняв протез поцеловал матери руку та только недовольно хмыкнула приказав сыну подняться. Женщина не любит этих почестей, да и совсем не понимает этого обычая... - Не гоже поперек моей просьбы идти... - произнесла женщина и уложила руку на упомянутый уже платок, мальчик только головой покорно махнул и закрепив маску стал ровно. - Чего звали мама́? Коль я в чём-то провинился или вдруг у вас есть поручение? - младший Фишер не успел договорить как заметил сбоку на креслах следящих слуг, но каких-то новых, ранее синевласка их не видел... - Матушка я знаю что вы собираете слуг, но причем тут я? Зачем вы меня позвали? - Сын мой, я знаю что теперь не могу уделять тебе много времени, поэтому решила взять тебе слугу... Знакомся это моя старая подруга Лиза Джонсон и её сын Ларри.. он и будет твоим слугой...