Shadowhunters: однострочники

«Если уж ты неудачник, то неудачник во всём». Именно так думал Саймон, старательно разглаживая сладки на покрывале, которое и так был идеально гладкое и ровное. Льюиса, впрочем, это вообще не волновало, потому что надо было чем-то занять руки, чтобы не начать нервно грызть ногти. Причём Саймон и сам не знал, кого – себя или Джейса – он считает неудачником. Наверное, их обоих. Потому что только пожизненное невезение могло всё объяснить. Они с Джейсом даже и не встречались толком, а их отношения, если бы они оба решили поделиться об этом в соц.сетях, имели бы статус «всё сложно» с обязательной припиской «капец как нереально». Их первый поцелуй произошёл под влиянием момента и почти наркотическим опьянением вампирского укуса, их первый секс был быстрым, нелепым и носил название «во все тяжкие, пока живы», а их признания в любви так и не были произнесены, потому что Саймон скорее выпил бы святой воды из Чаши Смерти, а Джейс сам себя отправил бы к праотцам – вот такая вот романтичная романтика их окружала. Они не думали друг о друге как о паре, потому что парой на самом-то деле и не были вовсе, так, виделись иногда для ничего не значащего взаимно приятного секса. Порой пренебрегая некоторыми средствами защиты, потому что справедливо решили, что к вампиру никакая зараза не липнет, а ангельская кровь Джейса способна нейтрализовать вообще всё, что угодно. И вот собственно на этом моменте можно было бы возвести руки к потолку и возопить что-то вроде «Ну мы же не знали!». Ну потому что серьёзно, кто вообще в здравом уме мог бы предположить, что от незащищённого однополого секса вампира с нефилимом появятся дети. Судя по тому, что Саймон имел счастье лицезреть совершенно охреневшие лица Рафаэля, Люка, Магнуса и даже брата Захарии, никто и не предполагал. И тем не менее, вот, пожалуйста, диагноз «беременный», под которым расписались все, кто был привлечён к обследованию. — Возможно, вам стоит как-то… зарегистрировать свои отношения? — осторожно предложил Люк, стоически выдерживая испепеляющий взгляд Джейса. — Чтобы ребёнок родился вроде как в официальном союзе. — Какой вообще официальный союз у вампира с нефилимом, когда они мы оба мужики? — с непередаваемой интонацией спросил Джейс. — И у нас даже не как у Алека с Магнусом, эти хотя бы детей усыновили. — Это же физиологически невозможно, — всё ещё находясь в некоторой прострации сказал Саймон. — Мужской организм не предназначен для вынашивания и рождения детей. Хоть кто-нибудь вообще хоть раз сталкивался с подобным? «У нас впервые есть охотник с кровью ангела в прямом смысле этого слова, — отозвался мысленно брат Захария. — Был случай, когда от нефилима родила детей магеса, но у неё и самой в роду были нефилимы. Тесса – жена Уильяма Эрондейла». — А, так это ещё и наследственное может быть, — задумчиво протянул Рафаэль. — Хотя всё равно, непонятно, как это произошло и, самое главное, как это потом выйдет. Джейс побледнел, а Саймон порадовался тому, что менять цвет лица больше не может. Брат Захария медленно кивнул. «Мы будем наблюдать весь период, — сказал он. — И изучим возникший феномен со всех сторон». — Отлично, — проворчал Джейс, раздражённо прокрутив в пальцах клинок, который достал в попытке чем-то занять руки. — Теперь я стану подопытным экземпляром. Именно так я и хотел встретить своё двадцатилетие. Саймон, который хотел как-нибудь Джейса приободрить, решил, что приобнимать его за плечи сейчас – истинно глупая идея, и поэтому продолжил старательно разглаживать несуществующие складки на покрывале. Впереди их ждало светлое, очень интересное и крайне насыщенное будущее.