Утонувший Бог

***

      Железнорождённым не особо нравилось в Винтерфелле. Холодно, небезопасно и далеко от моря. Когда Север восстанет против Грейджоев, а это лишь вопрос времени, на таком открытом пространстве, команде из двадцати человек, не удастся долго держать замок, и их всех до одного перебьют. Лишь количество оставленных без мужей и сыновей женщин, не давало им покинуть дом Старков без разрешения Теона. Единственная причина, по которой разбойники ещё не предали «предводителя».       Теон стоял в главном дворе Винтерфелла, не сводя глаз с обугленных трупов двух мальчишек-сирот, которых он выдал за младших Старков, чтобы не упасть в грязь лицом. Признаться честно, глубоко в душе, железнорождённый очень жалел о том, что он сделал, но он понимал, что отступать уже поздно. Грейджой навсегда упал в глазах Робба и… Ребекки, и конечно, не заслуживал прощения. Он отрубил голову Родрику Касселю. Потерял след Брана и Рикона, которых, на самом деле, не смог бы убить. Но самое главное — он предал сам себя, нарушив слово, данное королю Севера. Теон крепко сжал рукоять меча.       — Похороните трупы, — сказал он капитану своего корабля — Дагмеру, стоявшему неподалёку.       — Я бы оставил их так ещё на пару дней, — советует тот, — чтобы все поняли. Грейджой злится, понимая, что его приказы не берут в счёт.       — Если они ещё ничего не поняли, то пара дней ничего не изменит, — он вытащил из кармана мешочек с золотом, — и, это фермеру, у которого мы забрали сирот. За беспокойство. Дагмер широко скалится, не беря кошель.       — Ему больше не о чем беспокоиться. Он пошёл на удобрения вместе с женой. Щербатый уходит, оставляя Теона в подавленных чувствах. Он наделал так много плохого, что теперь жизнь мешает ему сделать хоть что-то маленькое хорошее. Обратного пути действительно нет?

***

      Робб не видел Ребекку целый день. И когда они прибыли в Харренхолл, и даже когда они расположились там. Либо она избегала его, либо… нет, она точно избегала его. Но на вечернем собрании король всё же смог увидеть подругу. Когда лорды покидали здание, в котором временно расположился Старк, Сторм попыталась улизнуть самой первой, но Волк громко попросил ее остаться, чем вызвал (в очередной раз) странные мысли у лидеров северных домов.       — Ты избегаешь меня. Почему?       — Это глупый вопрос, Робб. Старк теперь тоже почувствовал себя сконфуженным и потупил взгляд.       — Прости меня, за то, что было вчера, — король присел на скамью перед столом с картой. — Я был пьян и эмоции взяли вверх, и я…       — Я понимаю это, правда. Старк удивленно поднял бровь, и Ребекка сразу же пояснила:       — Просто… это не твоя вина, — она тяжело вздохнула, медленно опускаясь рядом на лавку. — Я последнее время чувствую себя неловко из-за всего. А вчерашнее, вообще выбило меня из колеи. Поняв, как звучало то, что она сказала, Сторм закрыла лицо руками.       — Государь, лорд Болтон хотел передать вам какую-то важную новость… — внезапно перевела тему девушка, только чтобы избавиться от этого неловкого момента. Ей нужно было время, чтоб придумать, как оправдаться.       — Прошу, только подожди меня здесь, — взмолил Робб, вставая из-за стола и направляясь к выходу. — Мы обо всём договорим, хорошо? Ребекка кивнула, прежде чем Юный Волк скрылся за дверью. Девушка прислушалась к его удаляющимся шагам, дождавшись, пока они полностью стихнут, и тяжело легла головой на стол, подложив руки. Что с ней сегодня не так, почему она несёт какую-то ересь? Это из-за Теона? Весь стресс, резкая смена настроения, такое странное отношение к Роббу, и бессонница по ночам из-за чертового предателя. Девушка тихо заплакала, почувствовав жгучую боль где-то в районе груди. Железнорождённый действительно разбил ей сердце.

***

      Ребекка проснулась с жуткой головной болью и тяжестью в легких из-за трудности дыхания. Всё небольшое помещение было заполнено густым дымом, а кое-где уже проблескивали языки огня. Девушка закашляла и сползла на пол, вставая на четвереньки и прикрывая лицо куском одежды. Она попробовала открыть дверь, но та не поддалась: её кто-то закрыл или подпёр чем-то тяжелым с наружной стороны. Это явно случилось, когда она спала, потому что Робб не запирал замок, когда уходил. Леди хотела сделать что-то с помощью меча, но осознала, что он был не при ней. Она оставила чертов пояс с оружием! Сторм метнулась к другому концу комнаты, в поисках окон, но отверстия были маленькие и практически у самого потолка — человек бы никак до них не добрался. Большая часть конструкции была сделана из дерева, и пламя как-то очень быстро охватывало материал. Ребекка подумала, что это не та смерть, которой она хотела бы умереть. Только не сгореть заживо. И кто вообще мог желать ей смерти в армии Севера? Пнув дверь ещё один раз, она отползла к середине комнаты, упёршись в какой-то дорогой короб, в прочем, он сгорит точно также, как и всё здесь. Ребекка случайно коснулась горящего стола и быстро отдернула руку, ожидая боли, но той не последовало. Девушка замерла и потрогала огонь снова. Ничего. Просто сладкое тепло разливалось по кисти. В голову пришли сказки старой Нэн о неопалимых людях, которым пламя было нипочем. О драконах. Но разве ими не могли быть только лишь… Таргариены?       — Забавно, что я умру сегодня от удушья, в последний момент узнав, что не могу сгореть, — съязвила сама себе Ребекка, прежде чем окончательно потерять сознание.       Услышав о пожаре, король бросился к своим покоям с другого конца Харренхолла. Возле здания уже собралось несколько зевак-солдат. Робб одернул одного из них:       — Внутри кто-то был?       — Прошу прощения, Ваша Светлость, никто не видел. Пламя взвилось очень быстро. Внутри у Старка всё перевернулось, и он тяжело облокотился о что-то. Нет, он не мог потерять ещё одного близкого человека. Но он ничего не мог поделать, только надеяться на то, что Ребекки там не было.

***

      Старк очнулся утром у обугленных развалин. На фоне оплавленных столетия тому назад башен Харренхолла, это место теперь выглядело еще более угнетающим. Медленным шагом, король, скрепя сердце, направился к конструкции, но какого же было его замешательство, когда он увидел свою подругу живой, лежащей на боку в черной саже. Приблизившись, он проверил её пульс — тот еле прощупывался. Робб аккуратно перевернул Ребекку на спину и замер. Одной рукой девушка обнимала маленькое, черное, как смоль, новорожденное создание с чешуйчатой кожей и маленькими крыльями. Молодой Волк вспомнил о драконьем яйце в его комнате, которое он взял с собой в замок.       — Что за… — прошептал король, когда ящер поднял голову и посмотрел на него. Ребекка тоже зашевелилась, кашляя и пытаясь приподняться.       — Боги…       Робб снял с себя плащ и укрыл им подругу, прикрывая наготу. В отличие от плоти, вся одежда на ней не была огнеупорной и была сожжена.       — Как это произошло? — спросил Волк. Девушка ошарашенно обвела себя взглядом, но ничего не ответила, и протянула руку к дракону, который неуклюже залез на неё. Ящер был размером с кошку, но уже внушал легкий трепет.       — Бека, как это произошло? — повторил свой вопрос король.       — Видимо кто-то хотел убить меня, — ответила она, опираясь на Робба, чтоб встать. — Дверь была заперта.       — Я найду виновного, обещаю, — Старк обеспокоенно посмотрел на подругу, и та слабо кивнула. — Тебе стоит отдохнуть. И ещё… — король помедлил, выбирая, какую новость сказать первой. — Хостер Талли мертв и… Бран и Рикон.       — Что.?       — Теон убил их.

***

      Девушка внимательно наблюдала за драконом, метушившемся на подоконнике. Её мысли были далеко на Севере в Винтерфелле, в деталях представляя, как Теон расправлялся с Браном и Риконом. И хоть с последним она никогда особо не общалась в силу его возраста, то, по Брандону Ребекка очень скучала. Она часто помогала тренироваться ему в стрельбе из лука или езде на коне, сидела с ним, когда он был в коме и после неё, и тому подобное, что их очень сближало, как семью. Давно выплакавши все слёзы, Сторм просто сидела, иногда гладя ящера по неокрепшим гребням.       — Леди Сторм? — постучавшая в дверь девушка тихо зашла, что-то неся в руке, — вот, я принесла мяса, как вы и просили.       — Спасибо, Таллиса, — девушка взяла у Мейгир кусок сырого окорока, и положила перед драконом. Тот увлеченно стал обнюхивать угощение.       — И вот ещё, — целительница также протянула какой-то мешочек с травами, — стоит положить под подушку. Это поможет от бессонницы. Ребекка кивнула, вдохнув запах ткани. Пахло шалфеем и ромашкой.       Вдруг, ящер позади них резко двинулся, привлекая внимание девушек, и выдохнул на кусок мяса столп пламени, отчего обе дамы дернулись.       — Вы уже придумали ему имя? — поинтересовалась Таллиса, наблюдая, как дракончик поедает жаренное.       — Эддариэль. В честь отца.