Утонувший Бог

***

      Ребекку не кинули в холодные объятия клетки, как она того ожидала. Выделили мало мальски приличную комнату в одной из башен Дредфорта с мягкой кроватью, камином и туалетным столиком у широкого окна, из которого открывался вид на бесконечные болота этих земель. Лорд Болтон лично распорядился, чтобы девушке принесли ванну с горячей водой и даже отправил дочь местного псаря помочь с купанием, но Сторм грубо отказалась от услуг Миранды. Погружаясь в емкость, девушка невольно дрожала, вспоминая сегодняшние события. Теон... она думала о Теоне. По-правде, она думала о нем каждый божий день с момента его отъезда из лагеря, и после, когда прилетел ворон с вестью о его предательстве. Она думала о нем в плохом свете, проклинала его и себя, за то, что связалась с ним, но сейчас... Ребекка просто представляла его образы у себя в голове: образ мальчишки из Винтерфелла — дерзкого, развратного, самоуверенного, всегда улыбающегося, будто мир вокруг него был шуткой, которую понимал лишь он один; и образ Вонючки — загнанного, послушного и дрожащего, как подзаборная шавка. Сторм пыталась сравнить их, но никак не могла найти схожести меж ними. Юноша, который и вправду был железнорожденным, погиб от рук Рамси Сноу, сгнил в подвалах Дрэдфорта и вместо него родился Вонючка...       Утром Рамси сам принес девушке завтрак. Хорошо заправленная маслом овсянка и пирог с ветчиной пахли очень аппетитно и вызывали в животе неприятное чувство голода.       — Еда не отравлена, – широко улыбнулся бастард недоверчивому взгляду Ребекки и надломил тесто, отправляя кусок себе в рот. Поставив поднос с едой на своеобразный столик возле кровати, Сноу внимательно посмотрел на Сторм, — Поешьте, миледи, ибо я не уйду отсюда. Негоже, чтобы вы заморили себя голодом.       Ребекка ничего не сказала, но присела на кровати, молча взяв поднос. Она пыталась не смотреть на своего тюремщика, но его настойчивый взгляд не давал ей покоя. Не выдержав напора, она заметалась глазами по комнате — чисто из инстинкта самосохранения — и заерзала на месте, и тогда Рамси сел рядом с ней, все также поддерживая контакт и хитро улыбнулся.       — Хотел поинтересоваться, – он приобнял одной рукой Ребекку за талию, вторую же положил ей на плече, — Я слышал, что у вас были крепкие отношения с моим Вонючкой.       Девушку аж передернуло. Она выжила на войне, не сгорела при пожаре, у нее даже был настоящий дракон, а все, о чем хотел спросить Рамси — о ее отношениях с железнорожденным.       — Мы были просто хорошими друзьями, – ее голос заметно дрогнул, поэтому парень приблизился губами прямо к ее уху.       — Настолько хорошими, что не упускали возможности грязно потрахаться друг с другом? – это был скорее риторический вопрос, но бастард улыбнулся еще хищнее, увидев растерянность на лице девушки, — Пойдем со мной, – он встал и протянул ей руку, — Пойдем, быстрее. Ребекка недоуменно поставила поднос на кровать и встала без помощи Сноу, но последний все равно схватил ее за кисть и повел по коридорам Дредфорта куда-то к подвалам.       Только зайдя в одну из серых комнат подземелья, Рамси отпустил ее, и девушке понадобилось некоторое время, чтобы привыкнуть к сумрачной обстановке помещения. Тут было пусто, кроме икс-образного распятия посредине и человека на нем. Кажется это был Теон; Ребекка не была до конца в этом уверенна из-за низко опущенной головы мученика: он был без сознания.       Сноу зашел за спину висящего и облокотился на одну из балок, пальцами играя ножом в своей руке. Он снова взглянул на девушку, по-ребячески наклонив голову.       — Что вы собираетесь делать? – она с опаской покосилась на клинок, а потом снова на Грейджоя, который начал приходить в себя.       — Мне нужна уверенность в том, что ты не сбежишь однажды, – Рамси перешел на фамильярный стиль, и, если бы не окружающая ситуация, Сторм врезала бы ему, — Как думаешь, что я сделаю с Вонючкой, если вдруг одним утром не обнаружу тебя в комнате?       Ребекку передернуло от того, что действительно может сделать бастард.       — Мне нет до этого никакого дела, – она своевольно развернулась и твердо решила покинуть эту комнату как можно скорее.       — Ну раз так... – наигранно расстроенным голосом протянул Сноу и девушка остановилась у самых дверей, не решаясь обернуться, но внимательно прислушиваясь к звукам позади себя.       Теперь она услышала и голос пленника, который молил о... пощаде? Ребекка резко повернула голову, как раз тогда, когда железнорожденный начал кричать.       — Все еще нет никакого дела? – хищно улыбнулся Рамси, медленно снимая кожу с одного из пальцев распятого. Девушка нахмурилась, но не отвела взгляда, надеясь, что это зрелище даст почувствовать, что ей действительно все равно. Вопль и нескончаемые мольбы Теона били по ушам, а акустика пустого помещения усиливала звуки мучений, но, кажется, Сноу до этого не было никакого дела и он с упоением продолжал делать свою работу.       — Перестаньте, прошу! – эти слова вырвались сами по себе и девушка до крови прикусила нижнюю губу.       Рамси действительно остановился, к удивлению для него самого. Отошел от пленника и спрятал нож в карман, почти в упор подходя к девушке и кладя ладонь внутренней стороной ей на щеку.       — Я буду долго издеваться над ним, сдирая кожу с каждого места на его теле, а потом скормлю все, что останется собакам, – бастард стер большим пальцем одинокую слезу у угла глаза Сторм и зачем-то опять поцеловал ее в щеку, — Развлекайтесь, миледи.       Ребекка закрыла глаза, когда Рамси покинул комнату и несколько раз провела ладонью по своей щеке. Ей было страшно. Страшно находиться под одной крышей с таким человеком без оружия и каких-либо прав. И без дракона. Впервые ситуация казалась настолько безысходной, что хотелось выпить несколько бутыльков Ночной тени.       Внезапный стон заставил Сторм вздрогнуть и вспомнить, что она не одна в комнате. Она быстро преодолела расстояние между собой и железнорожденным, принимаясь отвязывать его от распятия. Веревка была грубой и плотной, развязывание узлов сбивало девушке пальцы в кровь, но она не обращала на это внимание. Хотелось поскорее покинуть это место, подняться повыше к свету, но оставить Теона одного она не могла. Пришлось провозиться очень долго и когда последняя веревка была развязана, парень упал на пол. Ребекка присела рядом и малодушно взяла его кисть, отчего Вонючка резко дернулся и отполз к распятию, пряча руку и загнанно наблюдая из под упавших на лоб волос за девушкой. Последняя испугалась чуть меньше и замерла.       — Я просто... хочу посмотреть на рану... Она снова осторожно протянула ладонь к железнорожденному, не прерывая зрительный контакт. Парень не шевелился.       — Я не обижу тебя, Теон...       — Не Теон! Вонючка! – его голос прозвучал внезапно и истерично, от чего Ребекка отдернулась назад.       — Что...       — Вонючка, меня зовут Вонючка!       — Нет, это не правда...       — Я знаю, кто я! – железнорожденный начал истерить в открытую и это вводило девушку в шок. Она поняла, что его психика была нарушена и ей было страшно находиться теперь даже здесь.       — Ты Теон Грейджой — сын Бейлона Грейджоя...       — Нет, Я НЕ ВЕРЮ ТЕБЕ!       — ... наследник Пайка и железных островов...       — Я ВОНЮЧКА, ВОНЮЧКА, Я ВЕРНЫЙ ВОНЮЧКА!       — ... военнопленный воспитанник Эддарда Старка...       — Я ВОНЮЧКА, Я ВСЕГДА БЫЛ ВОНЮЧКОЙ!!!       Он бы не прекратил этого никогда и Ребекка сочла правильным замолчать, особенно когда в комнату ворвались два солдата и Рамси. Снова он.       — А ты умеешь веселиться, – Сноу прошептал ей это на ухо, подойдя со спины, — Его визги слышало, наверное, пол Дредфорта.       — Что ты с ним сделал?       — "Что вы с ним сделали, милорд" – исправил ее парень, — То что давно было нужно сделать: перевоспитал.       Бастард сопроводил девушку в комнату в полной тишине и решил не задерживаться, быстро покинув ее, напоследок лишь широко оскалившись, как он это обычно делал. Ребекка присела на широкий подоконник, пустым взглядом смотря на поднос с уже давно остывшим завтраком. Есть совсем не хотелось, а лишь блевать от произошедшего. Рамси породил из того, кого она некогда любила — существо, которое теперь было тяжело называть человеком. Если он сделал такое с ним, то что ему будет сделать такое с какой-то девчонкой. Сторм усмехнулась.       Впервые она была рада, что родилась именно такой девчонкой. У нее были вагина и обояние и она умела ими пользоваться, так что если она хочет выжить здесь, ей придется соблазнить Рамси Сноу.

Моя бедная девочка, ты просто еще не знаешь, что ублюдку(♥) нет дела до того, какие чувства он испытывает к объекту садизма. Он просто делает то, что хочет, с кем он хочет.