Имя для демона

                    Обучение началось буднично: Диан совершенно беззастенчиво разбудил старшего мужа ранним утром и отправил его на полосу препятствий. Игорь даже не пискнул — доверял ему, надеясь, что хуже уже не будет, и так всю ночь в кошмарах с тем чудовищем из серой пустоши наперегонки бегал. И вовсе тот не страшный был, даже почти свой. Почти смешной и неуклюжий. Игорь трепал его за уши, чесал брюхо и рассказывал что-то пустое, пока чудовище вдруг не прикусило его руку. Виновато так, будто и не хотело вовсе, но надо. Больно было! Он чуть не взвыл тогда, а может, и заорал всё же — было отчего. Словно жидким огнём плеснуло по жилам, и кровь вскипела, убивая и возрождая вновь. А когда Игоря разбудил недовольный муж — не иначе сам проснулся от криков старшего — мужчина едва не помчался к зеркалу: проверить, не висит ли лохмотьями шкура. Не висела, вполне себе здоровая была. Зато позади маячил хмурый Диан и выразительно намекал на утреннюю пробежку.       — У-у-у… злыдень, — решил Игорь и побежал. А куда деваться? Нужно же как-то справляться с той зверюгой, что поселилась где-то глубоко внутри. Или не только с ней?       И потом пришлось учиться медитации. Игорь сидел в неудобной позе и слушал, как муж ровно повторял странный речитатив — то ли заклинание, то ли матерился на своём, демонском. Но под его слова думалось плохо, погружаться в себя не получалось, а на краю сознания скалилась зверюга. Во все свои шикарные зубы, числом не меньше сорока, наверное. И было от того как-то грустно, хотелось уже плюнуть и сдаться, только глупое упрямство, то самое, что привело его сначала на перекрёсток, а потом сюда, в Драгенхард, не позволяло это сделать. На самом деле, проблема состояла не в том, что нужно уничтожить другую сущность, а в том, что Игорь не желал этого делать. Хотя, если честно, Игорь подозревал, что к убиенному демону это чудовище имело весьма отдалённое отношение. Наверное, потому и хотелось подружиться с ним, не с демоном, а вот с этим серым зверем. И было очень похоже, что и тот стремился стать нужным и желанным, потому и укусил во сне своего нового знакомца, а что бросался и рычал — так положение обязывает.       И когда он понял это, то ухнул внутрь себя, как будто с горки слетел — а по-другому это никак не назвать: вот он сидит на жёстком полу, а вот уже стоит в серой пустыне. На этот раз чудовища не было. Или было? Игорь повертел головой, выискивая, откуда доносится жалобный вой, и заметил, что между осколками серых скал прячется такой же полупрозрачный купол, что и в прошлый раз. Он будто вернулся назад, в момент первого знакомства с чудовищем. Непонятно было только, зачем и почему это повторилось почти полностью.       Хотя нет, не точно такое же: приблизившись к вмятине за преградой, он увидел, что там, в углублении пылает огнём озеро. И зверю очень страшно рядом с ним, он воет, мечется, пытается увернуться от потоков пламени, взвизгивает, когда его касались раскалённые языки.       — Тише… не мечись, я что-нибудь придумаю, — пробормотал Игорь.       Но думать было уже некогда — действовать надо. И он шагнул за преграду, едва удержавшись, чтобы не зажмуриться. Лицо опалило жаром, показалось даже, что волосы и брови затрещали, жадно потянулось навстречу пламя, и Игорь инстинктивно выставил вперед руки, и жар остановился, заколебавшись.       — Кыш…       Игорь не знал, что делать, но руки словно жили своей жизнью, округлыми ласкающими движениями собирая огонь и утрамбовывая его в каменном ложе.       — Так… хорошо… а ты куда? Вернись к остальным, разбушевалось тут. Ты что делаешь? Зачем бедного пёсика обидел? Не нужно, я и так знаю, что ты сильное и злое, настоящее адское пламя. Только вот в чём проблема, огонь-то разный бывает, он же не только враг, и помощник тоже. Может сжечь дом, а может обогреть. Или вот пожар лесной, беда просто, а маленький костерок в холодную ночь бывает спасением. Я хочу с тобой подружиться. Не покорить, не заставить служить мне, а стать нужным, своим. Ты поможешь мне справиться с… врагами, например. А я помогу тебе не угаснуть. Ты же этого боишься? Да?       Пламя будто притихло, прислушиваясь к словам странного пришельца. Не в первый раз здесь появлялись такие, кто хотел получить огненную силу многих демонов. Но никогда раньше с ним или с ней не разговаривали. С силой сражались, пытались покорить, заставить служить, а этот просто рассказывает, как им будет хорошо вместе. Всем, даже зверюге. И пламя отпрянуло, поникло, позволило себя огладить, свернуть в небольшой тугой клубок, впитаться в руки пришельца.       — Уф… а ты такой горячий, Огонёк. Или тебя зовут иначе?       Но сила не ответила, обустраиваясь внутри Игоря. И тот засмеялся, когда она, то щекотала его, то тыкалась в ладони, поднимаясь острыми язычками пламени, то вырывалась изо рта. И тогда Игорь напоминал себе факира из восточной сказки. Он засмеялся, чувствуя, как бурлит внутри него сила, и уже не боялся, что его поглотит чужая злая сущность.       Это он не покорил, но подружился. Не подчинил, но принял. Не заставил, но предложил союз. Чистый, честный, как чисто честное пламя.       И вынырнул, вырвался, очнулся. И сразу стало больно в отсиженной заднице, заболели колени, заныла поясница.       — Эх… — Игорь поднялся, потирая вышеупомянутые части тела. — Что-то я расклеился совсем.       — Мой лорд?       — А? Я это, не бойся.       — А… ваши сущности?       — Где-то тут, — Игорь погладил себя по животу, и тот с готовностью откликнулся, намекая, что завтрака-то не было.       — Вы справились?       — Ну… наверное. Слушай, давай мы за столом поговорим? А то я так жрать хочу, что сейчас тебя покусаю.       Игорь решительно развернулся и направился к лестнице, бормоча что-то про наглых мужей, совсем не жалеющих бедного его. И с удовольствием прислушивался, как сопит недовольно идущий следом Диан.       — Ну, что фыркаешь? — Игорь отвалился, насытившись, когда уже прошёлся по столу, сметая всё, до чего смог дотянуться.       — Вы получили силу, договорились с ней, теперь нужно научиться управлять. Иначе…       — Иначе что?       — Иначе она может выйти из под контроля в самый неподходящий момент.       — Ок… а ты научишь ею управлять?— спросил Игорь.       — Я уже говорил, что меня не учили работать с силой демонов, я всего лишь четвёртый сын. Но мать… она показывала, как работать с её даром. Я могу показать.       — Покажи, лучше маленькая рыбка, чем большой таракан. Будем учиться на твоём примере, а там, глядишь, получится что-то ещё.       Учиться оказалось сложно: сила гудела, вырывалась, норовила выскочить и дотянуться до чего-нибудь и спалить — огонь же. Но постепенно, медленно, Игорю удавалось с ней договориться, объяснить, что не нужно нападать на всех подряд. Что есть союзники, а есть враги, вот с теми не стоит церемониться. И когда впервые получилось направить небольшой сгусток огня в мишень, Игорь радовался как ребёнок. Правда радость оказалась слегка подпорченной тем, что позади каменного осколка, куда он метил, прятались двое — Инис и демонёнок. Эти двое умудрились подружиться, и теперь неугомонную парочку встречали в самых неожиданных местах. Вот и сейчас они удирали, обласканные силой Игоря, и он хохотал, глядя, как демонёнок пытался на бегу потушить тлеющую кисточку. А следом за ними спешит старший Тень, потрясает кулаками, и грозит немыслимыми карами, и обещает целый день на полосе препятствий, и что-то там ещё, что только подстёгивает удирающих ребят.       А рядом с хохочущим Игорем стоит Диан и тоже прячет улыбку, будто опасается присоединиться к веселью, но удержаться не может.       — Вот паршивцы! — воскликнул, отсмеявшись, Игорь. — И зачем только прятались?       — Интересно им, — пожал плечами Диан.       — А тебе?       Тифлинг пожал плечами и сказал, что им пора продолжить тренировки, раз уж что-то получается. Пришлось признать его правоту и начать уже планомерно укладывать в цель один огненный шар за другим, меняя их размеры и силу пламени.       — А ты почему не присоединишься? — спросил Игорь, спустя некоторое время.       — Зачем?       — Ты же тоже умеешь создавать такие шары. И в цель попадёшь, наверное. Вставай рядом, посмотрим кто кого?       — Я проиграю, — спокойно ответил Диан.       — Почему? Разве ты промахнёшься? Ты вроде говорил, что всегда попадал в цель.       — Да, из лука. Я слаб, моей силы хватит только на пару шаров, а потом я буду восстанавливаться не один день, особенно если… — Диан не договорил.       — Если? — подхватил Игорь.       — Если вы возьмёте у меня силу.       — А я разве брал?       Диан сначала кивнул, а потом отрицательно покачал головой: брал, но всегда отдавал.       — Так… — протянул Игорь. — А если… а ну-ка подойди сюда…       Он притянул мужа и поцеловал, крепко, чуть прикусив, и потянул из него силу, следя за тем, как тот бледнеет с каждым глотком. И когда Игорь почувствовал, что пора остановиться, оторвался от губ мужа и сразу, едва развернувшись, швырнул в мишень сгусток огня. Тот рванул к цели пламенной кометой, растёкся по закопченной скале. Но большого увеличения снаряда Игорь не заметил.       — Угу… — пробормотал он, удерживая ослабевшего мужа. — А если так?       И снова поцеловал Диана, уже не забирая, а щедро вливая свою силу. И отдавал не жалея, а потом развернул мужа и приказал:       — Бросай!       И любовался, глядя, как летит в цель огненный шар, огромный, не чета тому, что ещё не так давно Диан перекатывал в ладонях.       — Ещё!       Мужа хватило на десять, да и после последнего он не выглядел бледным и истощённым.       — Класс! То есть я могу дать тебе силу. Это хорошо.       — Да, — признал Диан. — Только не знаю, хорошо ли это.       — Почему?       — Это же не моя сила, а ваша. Она чужая мне, нужно выплеснуть, слить, иначе может сжечь изнутри.       — А если вливать в тебя не разом, вот как сейчас, а постепенно? По капле, но каждый день? Чтобы она прижилась у тебя?       — А вы? Вы же свою отдаете.       — Ну, у меня Источники есть, поделятся. Ты только реши, хочешь стать сильнее или нет.       — Не боитесь? — прищурил глаза Диан.       — Чего? Что ты решишь меня убить? Нет, владельцем Йиндра тебе не стать, сам говорил. А другой хозяин тебя вряд ли оставит в живых. Так что я для тебя самый удобный вариант. И приятный, надеюсь. Кстати, об удовольствии… — Игорь подмигнул и погладил мужа внизу живота. — А ты не так равнодушен, как стараешься показать.       — Это побочное явление, — пробормотал смущённый Диан.       — Ну-ну… а пойдём-ка поищем занятие более приятное, чем попытка усмирить огонь, м?       Однако насладиться последствиями поцелуев им не удалось: дозорные сообщили, что к замку приближается чужой демон. И идёт он под флагом поединщика.       — Так, так, так… — Игорь свесился с парапета, рассматривая врага. — Я так понимаю, что это по мою душу? О! А вот и знакомая личность появилась. Диан, видишь вон ту красотку? Она у меня душу и купила, тварь. Хотя почему тварь? Работа у неё такая, души скупать на перекрестках, а потом посылать за ними Адских псов.       — За вами, мой лорд?       — Угу, только я ждать не стал, когда за мной придут.       — А что вы сделали? — заинтересованно повернулся к нему Диан.       — Умер.       — О! Наверное, она… огорчилась.       — Не то слово, — хохотнул Игорь. — И как видишь в грустях до сих пор. Только, боюсь, что придётся снова её… огорчить.       — Вы убьёте демона?       — А что мне ещё остается делать? Быть вдовцом тебе не идёт, мой милый.        И Игорь медленно перетёк в другую ипостась. Где-то на краю сознания радостно заскулило что-то знакомое, такое… родное, своё.       По ступеням медленно спускался… спускалось… чудовище. Цокали выпущенные когти, капала слюна с клыков, адским бешеным огнём горели глаза. Грозный рык вырывался из пасти, оглушая зрителей. А их было много, как сочувствующих, так и переживающих. Игорь надеялся, что переживали всё же за него, а не за наглого пришельца. Тот тоже перетёк в боевую форму, пригнулся, готовый атаковать сразу, как только хозяин замка приблизится. Рванул, стоило тому ступить на землю, кинулся, метясь сразу в глотку. И промахнулся.       Лапы взрыли песок, Абигор обиженно взвыл, пытаясь проморгаться, а наглый чужак больно и обидно укусил его за заднюю ляжку. И ещё раз, уже за другую — для симметрии. Потом чуть выше — больно! Абигор взвизгнул и повернулся к обидчику. И ошеломлённо замер: куда тот делся? Ав!!! Новый укус показал куда. И ещё. Ах… какая задница! Вот прямо как специально под его зубы! Упустить такую возможность? Ни за что! Игорь не был правильным демоном или воином и хорошо понимал, что в прямом столкновении против опытного бойца ему не выстоять. Но кто сказал, что он будет сражаться по правилам?       Нет уж, единственное его преимущество в скорости: вымотать противника — он тяжелее. Наносить мелкие, но болезненные укусы. Пусть теряет силу, кровь и выдержку. Пусть мечется по площадке, сколько-нибудь, но Игорь продержится. И ещё… ещё… кусь! Ням… рррр… ам… тьфу, шерсть застряла между зубов. Тьфу, гадость. Вся жизнь тут гадость, зато он сможет её чуточку изменить. Вот убьёт этого придурошного* демона и продолжит. А что? У него неплохо же получается. Диана вон почти приручил, замок опять же… Короче, кончать надо этого придурка… нет, не мужа, а этого… как его там… а плевать — сначала убьёт…       А потом будет видно. Потом он посмотрит, что делать. Он бился. Всегда. Вся его жизнь — сражение.       За любовь. И он ведет под венец самую красивую девушку в мире.       За здоровье и жизнь ребёнка. И он заключает сделку с демоницей.       За собственную душу. И он летит вместе с машиной в пропасть, а где-то воют Адские псы, оставшиеся без добычи.       За себя. И он терпит пытки карлика.       За мужа. И он выдержит этот бой.       За свой новый дом. За Йиндр, за мальчишек — Иниса и демонёнка, чьё имя так и не успел запомнить.       За будущее. И плевать, какой ценой.       Большой.       Когда он вымотал противника, когда повис, вцепившись в его горло, стиснув зубы до хруста. Когда пасть наполнилась горячей сладкой кровью, и осталось сделать только один глоток.       Тогда его загривка коснулась чья-то рука, и знакомый голос произнёс:       — Брось. Он уже мёртв. Не пей его кровь.       — Агр?       — Тогда ты станешь…       «Козлёночком!»       — Демоном. Настоящим, таким как Саахаан. Или как он. Брось.       Игорь осторожно вытащил клыки, потыкал лапой в тушу, подумал и, подняв лапу, нагло попрыскал на убиенного врага. И только потом повернулся к застывшей на краю площадки Алруне.       — Гррррры…       — Перекинься, — посоветовал Диан. — Скажи ей это словами.       Обратная трансформация давалась трудно: в глазах темнело, колени дрожали, и хотелось прополоскать рот, чтобы смыть мерзкий привкус крови.       — Что, тварь… просчиталась?       — Не думаю, — Алруна скользнула к Игорю. — Ты победил одного демона, справился с его сущностью. Саахаан был слаб… но с Абигором тебе не справиться. Он станет тобой, и тогда я вернусь.       — Не дождёшься, — усмехнулся Игорь. — Может, один я бы не справился. Но нас двое. А вместе мы — сила.       — Мы? Неужели ты считаешь этого недодемона своим союзником? Или помощником? Он всего лишь полукровка, тифлинг, ничто.       — Он мой муж. И не тебе судить о его достоинствах, демоница. Не тебе.       — Муж… — протянула Алруна. — Да он воткнёт тебе нож в спину, как только ты отвернёшься!       — Может быть, только тебе это не принесёт никакой выгоды. Ты уже потеряла возможность влиять на меня. Суккуба не справилась. Этот, — Игорь кивнул на распростёртую у ног тушу, — тоже проиграл. Что тебе осталось? Надежда, что я сдамся? Ты глупа, демоница. Неужели ты ещё не поняла, что я никогда не сдаюсь. Что ты получила? Пшик. Моя душа при мне, тело — тоже. Я вот даже обогатился немного, спасибо тебе, милая за заботу. На что ты ещё надеешься?       — Ты прав, — притворно вздохнула Алруна. — Я проиграла, что ж… бывает. Ты победил, а победителю негоже называться именем человека. Возьми себе другое, такое чтобы все в Драгенхарде знали, что в замке появился новый хозяин. Сильный, безжалостный.       — Имя? — удивился Игорь.       И повернулся к мужу, словно собираясь спросить у того, зачем ему это нужно. И по застывшему лицу, по напряжённой позе, понял, что не просто так демоница предлагает сменить имя. Что-то это значит, что-то важное и не очень хорошее. И... а вот фиг ей!       — А зачем мне менять имя? — решил он. — Не буду, мне и так хорошо. Мать назвала меня Игорем в честь Георгия Победоносца. Не знаю уж с чего она взяла, что это одно и то же, но всегда говорила, что у меня сильный покровитель. Зачем мне менять его? Так что… извини, детка. Но нет. Я всё еще Игорь Косторыга.       Алруна с каждым словом понимала, что она проиграла. Не будет у неё славы, не взглянет на неё Король Ада, не одарит своей благосклонностью. Отныне и навсегда её удел быть всего лишь демоницей перекрестка, а в Преисподней над ней будут смеяться даже самые последние из чертей. Человек, слабый и никчёмный, не захотев менять ИМЯ данное ему при рождении, вырвал победу, сохранив свою душу. Что будет с ним дальше? Возвысится ли он или сможет перейти на другой уровень, вывести за собой замок и всех его обитателей, уже не важно. Главное другое: больше ни один демон не сможет забрать душу человека. Убить — да, но не более. И Алруна завизжала, как базарная торговка и кинулась на ненавистного человечка, выставив вперед острые когти.       — Убью!       — Прости, но не получится, — Диан резким ударом поверг демоницу на песок и повернулся к мужу: — Ножа в спину не дождёшься, не надейся.       — Да я и не просил.       Игорь посмотрел на демоницу, что упала к его ногам, на решительный вид мужа, на убитого Абигора…       — Пошли в замок, я что-то проголодался.       — Ещё бы, после таких упражнений на свежем воздухе.       — Это здесь, что ли, свежий? — возмутился Игорь. — Да тут падалью воняет, как на свалке.       — Прикажи убрать, хозяин ты или так, погулять вышел?       — Вот паршивец! Научил на свою голову.       — Какой есть, — усмехнулся Диан.       — Да уж… мой… — с гордостью произнёс старший. — Навязался же… вы все…       — Терпи, раз связался.       — Неа, наслаждаюсь. Всем. Эх… а жизнь-то налаживается. А, Диан?       Тифлинг не ответил, думая, что нежданно получил больше, чем думал. Что у всех обитателей замка появилась надежда на новую, лучшую жизнь. Что больше не будет напрасных смертей, а Источники станут настоящим сосредоточием силы, щедро делясь ею с другими. И что старший всё же заслужил его доверие, как-то незаметно став своим, таким же близким, как была мать. Или как сейчас Инис. А что Йигора иногда... заносит куда-то не туда, так на то и младший, чтобы пнуть в нужном направлении. А уж Диан покажет, куда двигаться, чтобы не ошибиться. Муж прав — жизнь стала лучше, веселее и спокойнее. А вместе они уже справятся, и с соседями, и с силой.       Эта глупая демоница ошиблась — Игорь не станет демоном: он уже не раз одерживал победу. Победит и сейчас.       А Диан ему поможет, потому что вместе они — сила.                     Конец               подарок от Barmaglot_Kuroko-thi Болеет дочь. Смириться и принять? Могилку приготовить для малышки? Отец за дочь готов себя продать - Закончились игрушки в кошки-мышки. А демон перекрёстка хороша - Шикарная брюнетка в алом платье. - Дам десять лет. С тебя - твоя душа. Затем же Вечность будешь на распятье. Дочь будет жить! И десять лет подарком. И Игорь вкалывал - для дочери готов. У дочки будет жизнь сладка и ярка... Ему бы ускользнуть ещё от Псов. У Адских Псов не задалась неделя: Душа ничтожная посмела улизнуть. И черепушку рвёт как бы с похмелья - От Ада с Раем вдруг открылся Путь. И он шагнул в туманные пределы, С пинка под жопу враз ускорив шаг. И... заимел себе земельные наделы, Угробив демона небрежно, просто так. Он лордом стал и демоном до кучи, Супругом обзавёлся невзначай. И пусть не сразу, но шагнёт за мужем с кручи - Ну вот и я! Родной, меня встречай. Я имя переделывать не стану - Я человек, но с демонскою силой. И защищать всех, кто мне дорог, не устану. Пошли домой, люблю тебя, мой милый. и еще один подарок, от Ирина Л.Ю. Родителям страшнее нет картины: Беспомощно смотреть, как гаснет жизнь детей. Но дали в честь Победоносца тебе имя - Поверь в себя и даже смерть преодолей! Бороться до конца и сил последних самых, Не уповая и на толику чудес. Но даже там - во всех кругах у Ада - Будь человеком посреди любых замес. Отдай до капли - щедрость главный козырь, Напрасно зло не сей, беду не разноси - Отдачу силы и любви получишь россыпь. Не только дочку сможешь ты спасти.