Часть 1
30 марта 2019 г., 12:35
Поселение осталось за спиной. Крадясь, Тэхен уходил все дальше в лес, скрываясь от назойливого папы, что всегда переживал за сына и не пускал его никуда. Он, на минуточку, будущий вожак стаи! Нечего ему что-то запрещать! Фыркнув своим мыслям, маленький альфа спешно разделся, скинул одежду на камень и, пригнувшись, обратился в волчонка. Отряхнувшись, он лапой почесал ухо, выдергивая откуда-то налипший репейник, и сорвался с места, устремляясь дальше в лес.
Лапы приятно ныли от нагрузки, воздух от скорости свистел в ушах, а свежий, хвойный ветер приятно обдувал морду и ерошил чёрную густую шерстку волчонка, что в силу возраста больше напоминал мохнатую пампушку, чем грозного зверя. Наконец, он добрался до озера. Замедлившись, он приблизился к воде и начал жадно пить. Утолив жажду, волчонок выдохнул довольно и развалился на берегу, переворачиваясь на спину. Ветер приятно обдувал расслабляющееся тело, остужая, сотни лесных ароматов окутывали Тэхёна, невольно задремавшего и подставившего пузо солнышку.
***
Крики. Вой. Страх. Ужас. С м е р т ь. Голова кругом, сердце неистово бьется где-то в горле, а перед глазами все плывет. Его мутит, трясет, ноги отказываются слушаться. В голове до сих пор слышатся крики родни и близких, что просят о помощи невесть кого. Сжавшись в клубочек, Чимин беззвучно всхлипывал, пока внезапно в нос не ворвался знакомый запах топленого молока. Распахнув глаза, он увидел белую волчицу с прокушенным боком. «Беги» — ворвалось в сознание надрывным криком матери, и Чимин, повинуясь, вскинулся и побежал, куда глаза глядят. Он слышал мягкие шаги матери за спиной, поэтому бежал дальше, как можно дальше от запаха крови и страха. Но вот за спиной все стихло, и Чимин в ужасе замер, оборачиваясь. Мать упала и не шевелилась, лишь тонко скулила, прося бежать дальше. Но он не мог. Подбежав к ней, Чимин стал судорожно толкать ее мордочкой в шею, скулить и просить встать. Но вот светлые глаза волчицы закатываются, и она обмякает в грязной листве, а у Чимина мир внутри рухнул, ослепляя и подкашивая покалеченные от долгого бега по веткам и камням лапки.***
Выспавшись и наигравшись с мелким зверьем, Тэхен, мысленно напевая придуманную им мелодию, побрел обратно в лес. Бродя между деревьев, он любовался порхающими бабочками и стрекозами, иногда пытаясь их поймать. Настроение было отличным. До поры до времени. Отдалённо раздался тоненький, жалобный вой. Волчий вой, оплакивающий чью-то гибель. Прижав уши к голове, Тэхен настороженно замер, не зная, стоит ли идти. Но интерес был сильнее. Сорвавшись с места, волчонок устремился в сторону, где затих вой. И чем дальше он убегал в лес, тем отчетливее он чувствовал запах крови, страха и отчаяния. И тогда, когда эти запахи начали кружить голову, он увидел нечто белое за кустарником. Замерев, Тэ притих и медленно приблизился к неопознанному «нечто». Волчица. Мертвая, окровавленная белая волчица. Прижав уши к голове, волчонок приблизился к телу, обнюхивая. Однако к запаху взрослой омеги примешивался ещё один. Тонкий, нежный. Детский. Обойдя труп, Тэхен, следуя за запахом, поднырнул под лапу волчицы и обнаружил крохотное белое тельце. Волчонок. Крохотный совсем. Закрытые глазки были заплаканные, а израненные лапки перемазаны в грязи и крови. Но он дышал. Хрипло, тихо, но дышал. Тэхен, не медля ни секунды, вцепился зубами в загривок бессознательного волчонка и с трудом вытянул его из-под мертвого тела. Да, в обличье волка он будет тащить его сутки. Перевоплотившись, альфа поднял волчонка на руки и направился домой, стараясь идти как можно быстрее. Распахнув глаза, когда в нос ударило буйство чистых, без примеси крови запахов, Чимин заскулил и стал вырываться с чужих рук. Выпав, он собрался бежать, но чужие зубы сомкнулись на загривке, прижимая к земле и не позволяя двинуться в сторону. Заплакав, волчонок задрожал, ожидая, когда его разорвут, но вот в сознание влился чужой голос, тихий, спокойный и осторожный. Приоткрыв глаза, Чимин увидел черного волчонка, что смотрел без угрозы и с неменьшим испугом в глазах. Заскулив, он зажмурился и спрятал мордочку в лапах, дрожа. Но вот вдали послышались волчий вой и топот лап, и вскоре на поляне, где они находились, показались несколько взрослых альф, что непонимающе смотрели на них. Черный волчонок что-то стал говорить самому крупному альфе стаи, а Чимин лежал неподвижно, едва дыша от страха. Его убьют. Разорвут, как всю его семью. — Мама… — проскулил он, зарываясь еще больше в свою шерстку и прижимая уши к голове. — О-отец, я н-не знаю кто эт-то, нашёл в-в лесу рядом с м-мертвой… — заикаясь от волнения, затараторил Тэхен, тыкая то в волчонка, то в сторону, откуда он пришёл. Намджун серьёзно смотрел то на сына, то на скулящего волчонка, то в сторону леса. — Тэхен, — прервал альфа рассказ ребёнка, опустив на него строгий, серьёзный взгляд. — Бери его и возвращайся домой. Папе передашь, что у нас появилось срочное дело, хорошо? Юный волк решительно закивал и сжал кулачки. Намджун кивнул тоже и, обернувшись волком, скрылся с остальными альфами за деревьями. Тэхен же перевёл взгляд на малыша и замер, кусая губы. Вздохнув, он приблизился и присел перед ним, касаясь головы и почесывая за ушами. — Ну же, малыш, не бойся… Я тебя не обижу, честно-честно… — прошептал он тихо, ласково, гладя дрожащего крохотного омежку по шерсти. — Пойдём со мной? У нас дома тепло, уютно… Ну же, давай… Всхлипнув и протяжно заскулив, Чимин нехотя поднял голову, смотря мутным взглядом на мальчика перед собой. Приятный запах окутывал его, успокаивая, и он решил довериться. Кое-как поднявшись на дрожащие лапы, омежка уткнулся носом в протянутую ладонь и всхлипнул, тут же оказываясь прижатым к груди и поднятым на руки. Молодой альфа, крепко удерживая его на руках и шепча какие-то успокаивающие вещи, уверенно двигался в неизвестном волчонку направлении, обещая, что там его никто не обидит. И Чимин верил, хотя и бояться меньше не стал. Но вот впереди показалось большое поселение, куча запахов врезались в ноздри, слегка кружа голову и дезориентируя. Слух уловил обеспокоенный мягкий голос, а после его забрали теплые, тонкие руки, бережно прижимая к груди. «Ты в безопасности, малыш», — услышал Чимин и слегка приоткрыл глаза, замечая мягкую улыбку на пухлых губах цвета маков и теплый взгляд золотистых глаз. Запах, очень схожий с материнским, обволок его, заставляя довериться и вжаться влажным носом в длинную шею, тонко скуля и ища защиты. А взрослый омега на это лишь прижал крепче, обещая, что здесь его никто не обидит. Тэхен обеспокоенно смотрел то на волчонка, то на папу Джина, бережно укачивающего кроху. Но вот омежка начал перевоплощаться, становясь мальчиком. Таким же крошечным и беззащитным. Тэхен вылупил глаза, глядя на малыша, что тихо плакал и обнимал его папу за шею. Секундный ступор прошёл, и альфа сорвался с места, кинувшись домой, чтобы подготовить омежке одежду и кадку с водой. И когда Джин с малышом на руках вошёл в дом, все уже почти было готово. Вещи, тэхеновы, конечно же, аккуратно лежали на постели, рядом с ней стояла притащенная с трудом кадка с водой, в которую Тэхен наливал последнее ведро горячей. Все для мытья так же было готово. Благодарно улыбнувшись сыну, Джин ненавязчиво предложил ему прогуляться, и альфа закивал, выскальзывая из дома и оставляя омег одних. Но уходить далеко он не стал, решив сторожить за дверьми. — М-мама… м-мамочка… страшно… — хныкал Чимин, скуля и не сдерживая горячих слез. Взрослый омега, что пах почти как мама, успокаивающе вытирал его щечки мягкой ладонью и гладил светлые волосы, что были измазаны в крови и грязи. Попросив отпустить его и довериться, омега осторожно опустил его в кадку, из-за чего Чимин вздрогнул и захныкал, но вскоре замолк, пустым взглядом смотря на окрасившуюся в темный цвет воду. Перед глазами мелькали страшные картинки, вводившие его в ступор, так что Чимин даже не обращал внимание на действия омеги, что уже вытирал его и одевал в теплую одежду. И лишь когда нос уловил запах костра и еды, омежка поднял полные страха глаза, невольно прижимаясь к ноге старшего, вцепившись пальцами в его свободные штанины, и тихо скулил, не узнавая ничего вокруг. — М-мама, где мама? — захныкал он вновь, но омега тут же взял его на руки, обращая все внимание на себя и шепча, чтобы он не плакал. А Чимин, мелко дрожа, обхватил его шею руками и прижался к нему, вдыхая такой знакомый, но такой чужой запах. Тэхен глядел растерянно на папу и на тихо плачущего малыша, что жался к старшему, ища защиты. В груди кольнуло. Отвернувшись, альфа взял две тарелки, положил в них жареное мясо и овощи, после чего приблизился к столу, за который омеги и сели. — Я принёс покушать… — тихо прошептал он, глядя обеспокоенно на малыша. — Он очень легкий и маленький… Ему надо хорошо кушать… Маленький омега перестал хныкать и боязливо перевёл взгляд на Тэхена, прижавшись ближе к Джину. Поджав губы, альфа тяжело вздохнул и улыбнулся успокаивающе. — Покушай, пожалуйста… У нас очень-очень вкусно готовят… Тебе понравится… — улыбнувшись чуть шире, Тэхен развернулся и направился за своей порцией еды, заодно набрав и отцу, что по идее должен был скоро вернуться. Отняв лицо от шеи омеги, Чимин перевел осторожный взгляд на ушедшего альфу, кусая свои губы и поджимая пальчики на ногах. — Можно? — осторожно и совсем тихо спросил он, поднимая взгляд на мягко улыбающегося омегу. Тот кивнул и погладил его по волосам. Чимин, прижав ладошки к урчащему животику, нерешительно протянул руку, взял маленький кусочек мяса, вновь бросая взгляд на омегу и, наконец, вгрызаясь в еду, прикрывая глаза от удовольствия. Вскоре рядом с ним опустился маленький альфа, заставив вздрогнуть и дернуться в сторону, но теплые ладони старшего омеги его успокоили. — Не бойся. Это мой сын. Он тебя не обидит. Он же тебе помог, правда? Медленно кивнув, Чимин перевел на улыбающегося мальчика круглые глаза и вновь вгрызся в кусочек мяса, поглядывая на него и уже не отодвигаясь, решая довериться словам вкуснопахнущего омеги. Тэхен, заметив, что малыш вылупил глаза, глядя на него, улыбнулся своей квадратной улыбкой, осторожно погладив его по волосам. — Кушай как следует, хорошо? Папа говорит, что детям надо кушать хорошо, чтобы быть здоровыми и сильными, — поучительно помахав указательным пальцем, Тэхен вновь улыбнулся и наколол на вилку кусок мяса, почти целиком запихивая его в рот, жуя медленно и тяжело. Заметив, что малыш ест руками, альфа покачал головой, сорвал с куста рядом мягкий, покрытый ворсинками лист, после чего осторожно взял детские крошечные ладошки и вытер их. — Надо вилкой кушать, чтобы ручки не пачкать. Вот, смотри, — осторожно зажав свою вилку между пухлых омежьих пальчиков, Тэхен, направляя ручку малыша, наколол кусочек мяса. — Вот так, а теперь кушай. Хлопая глазками, Чимин надул губы, чуть хмуря светлые бровки и рассматривая вилку в своей руке. Вновь посмотрев на альфу, он послушно потянул вилку ко рту, снимая с нее кусочек мяса. Тщательно пережевывая, он поглядывал на улыбающегося альфу, чувствуя окутывающую его ауру спокойствия, исходящую от отца и сына. И он почти расслабился, как вдруг протяжный вой наполнил поселение. Задрожав, Чимин тут же прижался к боку напрягшегося омеги, что обнял его, смотря на идущего к ним альфу. Намджун остановился около их стола, внимательно смотря на маленького омежку, что мелко дрожал из-за этого, пытаясь спрятаться на груди омеги. — М-мама… — прохныкал он, чувствуя давление со стороны тяжело дышащего альфы. — Что такое, Джуни? — тихо спросил омега, прижимая его к себе и мягко поглаживая по спине. — Убавь немного, ты его пугаешь… Тэхен нахмурился, серьёзно глядя на отца, что буквально давил своей тяжелой аурой. Невольно проснулся инстинкт защиты, и он придвинулся ближе к маленькому омежке, практически закрывая собой. Намджун, устало выдохнув, провёл ладонью по лицу и перевёл взгляд на супруга, хмуря темные брови. — Все соседнее поселение уничтожено кочующей стаей. Ни одного выжившего, кроме этого ребёнка. Тэхен замер шокировано. Ни одного. Совсем. Малыш… Остался без родителей. Совсем один. Омежка поднял на старшего альфу полные слез глаза и поджал губы, скуля тихое «мама?». Намджун лишь окинул его тяжелым взглядом и покачал головой. Малыш задрожал, тонко заскулив, и расплакался громко, жалобно и до того надрывно, что в груди Тэ все скрутило. Омежка скулил, тоненько выл и плакал, прижимаясь к Джину, все повторяя жалобное, напуганное «мамочка». — М-мама… Мама… Мамочка… Бежать… Она сказала бежать… Почему она не бежит… Мамочка… Почему не бежит… Мама… — всхлипывая и заикаясь из-за истерики, Чимин вцепился дрожащими пальчиками в рубашку омеги. Но вдруг он испуганно распахнул глаза, начиная вырываться и скулить. Омега пытался его удержать, но Чимин обратился в волчонка, громко взвыв, вырвался из его рук, падая на живот со скамьи, и, скуля, забился под нее, мелко дрожа. Было безумно страшно, а еще больно. Мама обещала, что будет рядом, обещала, что будет бежать за ним. Но она упала, почему она упала? Он не понимал, ему было больно и страшно. — Ну же, маленький, иди ко мне… Не бойся, мы защитим тебя. Иди сюда. Смотря на обеспокоенного омегу, что сидел на земле и пытался его вытащить, Чимин скулил, поджимая хвост и пятясь назад под стол. Но вот он уткнулся в чужие ноги, и его взял на руки большой Альфа, что сначала напугал, а после сказал, что его мать мертва. Заскулив, Чимин сжался в его руках, лишь тихо, протяжно скуля, пока окончательно не ослаб и не обмяк в сильных руках, повисая на них светлым комком шерсти. Тэхен с болью смотрел на малыша, кусая губы. Но когда тот, ослабев, потерял сознание, альфа перепугался не на шутку. Джин подскочил к супругу и осторожно забрал волчонка из его рук, передав после сыну. — Тэхен-а, идите домой. Будь с ним, а мне надо поговорить с отцом. Альфа кивнул, бережно прижав к груди волчонка, и вместе с ним направился домой. Зайдя в свою комнату, он осторожно уложил дрожащего малыша на постель. Но стоило только отстраниться, как омежка заметался, скуля и тоненько завывая. Тэхен моментально оказался рядом. Папа всегда его обнимает, когда Тэ грустно. И он надеется, что в этом случае это поможет. Улёгшись рядом, альфа осторожно обнял волчонка и прижал к себе, мягко поглаживая по голове. Ощутив тепло и приятный запах, невольно напомнивший ему дом, Чимин тихо заскулил и прижался ближе, утыкаясь влажным носиком в ключицы маленького альфы, жмурясь и укрывая лапки куцым хвостиком. Раскрыв устало веки, он дернулся, но рука Тэхена держала крепко, а мягкий шепот успокоил. Расслабившись, Чимин снова спрятал мордочку в ямке плеча альфы, засыпая под тяжестью пережитого.
