Обречённые на дюйм

Фелис не любила выходные. В такие дни она просыпалась пораньше, чтобы закончить своё домашнее задание в тишине, пока Старла не нашла очередной повод поорать и отлупить своего сына. Тот, в свою очередь, неприлично матерился, пока мать не слышала. Старла была слегка неуравновешенной, особенно во время жуткого похмелья после весёлой пятницы. Поэтому после скандалов и ругани на пустом месте, сухо целовала Боба в отросшие волосы и отправляла в магазин, не забыв сказать чтобы захватил банку низкокалорийного 《Life》. Как раз заканчивая с основными делами до полудня, девушка закрывалась в комнате и сладко досыпала до обеда. Следующая неделя учёбы проходила гладко, как и обычно проходила учёба Фелис Кассети в старшей школе и колледже. Без весёлых посиделок в шумных компаниях с клубничными милкшейками, без походов в клубы, тематических кафе, поездок на машине под громкую музыку и растрепанные холодным воздухом волосы. Даже идиот-Квентилл со своими 《корешами》 и Джастин не смотрели в её сторону, что было ей только в плюс. Она восстановилась и ничего больше ей не мешало продолжать одиночный и тихий образ жизни. Девушка безусловно знала каким образом должны были выглядеть лучшие годы её жизни, но сложилось так, что она существует сторонним наблюдателем: когда шла на выход из учебного заведения, а мимо неё мчались машины под громкую музыку и счастливый смех друзей внутри. Когда гуляла по торговому центру и ходила в одиночестве в кинотеатр. Знала, что живёт не так как все. Наверное, так предначертано судьбой. Достав цветные ручки из серебристого пенала, что переливался на свету всеми цветами радуги, Фелис сидела посреди кабинета, за партой, ожидая мистера Оуэна вместе с ещё какими-то ребятами. Кто-то писал лекцию по биохимии, негромко включив её на диктофоне, парень у окна в огромных наушниках слушал рок, и ещё парочка людей позади неё шептались о чём-то своём. В сердце немножко кололо. Ей хотелось общения. Но если люди не тянутся... Могла ли она хоть что-то сделать? Стать более привлекательной? Увы, финансов со стипендии едва хватало на пропитание. Завлечь умом и робостью характера? Во-первых, кому сдались твои познания и внутренний мир, когда второе мешало полностью раскрываться? Может она не умела заинтересовывать собой людей? Неужели она настолько неинтересная личность? Дверь в класс открылась, в проёме появилась высокая фигура в тёмной кофте и кожаных штанах. Фелис тут-же отвела глаза, не застав мужского незаинтересованного взгляда, лишь слыша, как парень не спеша прошёл на задние парты Преподаватель не заставил себя долго ждать. - Здравствуйте. Сегодня наш второй дополнительный урок по английскому языку, и так как, в отличие от первого, состав учеников почти полностью сменился, - мистер Оуэн обвёл класс взглядом и сложил бумаги в стопку, - Мы напишем тест для выявления ваших слабых сторон, дабы дать ореинтировачный толчок на что же нам делать упор. Это понятно? Студенты положительно отозвались. - Тест не содержит в себе ничего нового, чего бы вы не проходили даже в школе, - раздавал мужчина листы среди рядов, - Соотношения языка и речи, синтаксис, семантика, представление единиц языка и нижний исходный уровень сегмента - без углубления. У вас есть тридцать пять минут, а после мы пройдёмся по каждой теме. Подпишите листки и начинайте. Фелис не находила тест очень сложным, над некоторыми вопросами она задерживалась, но после того, как хорошенько копалась в своей памяти с лёгкостью переходила на следующий. Мистер Оуэн покинул класс, нарекая быстро вернуться. Она уже заканчивала с одиннадцатым вопросом, как кто-то приземлился рядом с ней. Лёгкий мужской аромат, пальцы с серебряными перстнями и тонкие браслеты на запястье, откуда выглядывали татуировки, но дальше скрывались под подтянутыми рукавами кофты. Фелис только нахмурилась, но решила не уделять кареглазому никакого внимания, продолжая скользить взглядом по текстам. Джастин сидел со своим листом и длинным карандашом, покручивая его между пальцев и покусывая нижнюю губу. Его карие глаза метнулись в лист соседки замечая половину сделанных заданий. Он тихо усмехнулся. Отличница. Парень учился на хорошие отметки, большую часть времени был поглощён в учебники, но были предметы которые ему совсем не давались. А не давались потому что он не хотел их учить для себя, лишь только для отметки, и как только выходил из аудитории - информация птицей вылетала из головы. И таким предметом был английский язык. У него не возникало проблем с астрофизикой, айтитехнологией, отлично по высшей математике, любимчик заведующего астрофизической кафедры, но английский? Серьёзно? Когда он щёлкает гелиосейсмологию и с лёгкостью вникает в современные методы обработки спектральных и фотометрических данных, ему нужно знать какие-то фонемы? Джастин громко вздыхал, откидываясь на спинку стула и лениво вчитывался в вопросы, свесив голову. Он ещё раз глянул на соседку. Та спокойно обводила в кружочки варианты, применяла методы исключения и кое-что выписывала на поля. Даже не отвлекалась. А он не собирался делать тест, только прошёлся взглядом по первой странице и обвёл в кружок вариант "С" первого вопроса. Фелис кинула на юношу короткий взгляд и чуть отодвинулась, закрывая рукой листок. Конечно, она обижалась. Его губы тронула ехидная усмешка. Оставалось десять минут, а он только рандомно отметил один вопрос про параллелизм, после которого следовало ещё тридцать девять. Было лень даже вникать. Честно говоря он не собирался сюда приходить. Последний курс и дополнительные занятия, кто это придумал вообще? Фелис уже отложила карандаш и перепроверяла проделанную работу своими умными глазками. - Мистер Бибер, - вдруг обратился преподаватель к парню, заметив, что тот последние десять минут и не дотрагивался графитом к бумаге, - Вы уже закончили? - приподнял он бровь. - Почти, мистер Оуэн. Фелис Кассети обещала помочь мне с некоторыми заданиями. Он сдерживал слабую улыбку, что мгновенно его одолела. Юноша сидел прямо и смотрел только на учителя, хоть и почувствовал на себе пристальный взгляд девушки, что мгновенно подняла на него глаза. - Ну что ж. Я надеюсь на познания Фелис и что вы наберёте больше половины баллов. Удовлетворенный Джастин уложил голову на кулак, проводил учителя взглядом со звонящим телефоном до двери и лукаво пододвинул девушке свой тест. Его лицо приобрело ехидное выражение. - Слышала? От тебя зависит моя успеваемость. - Ты сдурел? - не выдержала девушка, совсем не понимая как у этого парня хватило смелости так её подставить. - Можешь приступать. Семь минут осталось. - Я не обязана. Ясно? - Фелис задержала взгляд на лице парня и заглянула в его глубокие глаза, - Мы не друзья. Джастин выпрямился, снова принимаясь крутить карандаш в своих длинных пальцах. - Обязанность отличницы, - не обратил он внимания на её упрёк, который она сдублировала с его монолога ей, - Не слышала о таком? - Я не способна слышать бредни из твоей головы. - Для этого я их озвучиваю, - пожал он плечами, проходясь глазами по длинным пшеничным прядям, на которые случайно отвлёкся, когда девушка неторопливо заправила прядь за ушко, - Шесть минут. - Ты неадекватный. - Пять пятьдесят семь, отличница. - Это твои провалы. - Если я завалю тест, тебе достанется также как и мне, - с умным видом принялся пояснять юноша, - Нам назначат дополнительные рефераты, эссе, заставят проверять тетради первокурсников и составлять для них расписание. Вот только у меня привилегия выпускника этого года, а ты явно послушно всё примешь. Выбор за тобой. Фелис буквально распирало от возмущения, она с великим недовольством нахмурила брови и дула губы от обиды и несправедливости. - Это плата за вещи, да? Она очень хотела, чтобы это было не так. Иначе окончательно потеряла бы веру в людей, которые поступали с другими людьми исключительно ради своей выгоды, потеряла веру в себя, потому что приняла его помощь из-за того, что жизнь иногда вводит в сложно разрешимые для двадцатилетней девушки ситуации. Зелёные глаза упирались в парту, её грудь ходила ходуном от волнительного дыхания. Джастин прошёлся языком по пухлым губам и изучал профиль юной отличницы внимательным серьёзным взглядом. Неужели она настолько разочаровалась в обществе? Хотя, чего он ожидал, когда после придурка-Квентилла, что испортил все её принадлежности и сотовый телефон, она даже не пожаловалась ректору, как это сделала бы любая истеричка со всего универа. Девушка свободно принимала все удары на себя, даже не пыталась дать сдачи, после чего закрывалась от мира и отчужденно ревела в беседке. Сама по себе. Она даже более социопатна чем он. Эта мысль заставила парня выдавить грустный смешок. До уха Фелис донеслись слабые нотки тёплого дыхания - он чуть к ней подвинулся. - Четыре минуты. Она выдохнула и молча протянула ему свой тест. * * * И почему она обязана ждать больше положенного? Почему вообще библиотека была закрыта? После дополнительного занятия Фелис сразу же двинулась в библиотеку, чтобы закончить своё домашнее задание и попозже вернуться домой. Настроение было... Его не было. Как только Джастин ловко переписал все ответы себе, он тут же пересел обратно на своё место и провёл остаток вводного урока там. Фелис только фыркнула. Ей все равно. И уткнулась в учебник истории древнего Рима, удобно расположившись между высоченных стеллажей и потягивая горячий какао. Когда глазки девушки принялись охватывать материал уже шестой главы, чьё-то присутствие привлекло внимание юной ученицы и она отвела учебник от лица. Изумленные зелёные глаза встретились со спокойными карими. - Я ничего не просил и не стал бы просить взамен. Надеюсь, тебе станет легче. Фелис моргнула. И в следующую секунду на столе, перед ней, оказался тест с его фамилией, на что Фелис удивлённо вскинула тёмные брови, а когда подняла глаза - странного парня уже и след простыл. Мужская фигура в расстегнутой чёрной кофте, поверх белой футболки скрылась за выходом, который хотел... Тогда зачем он вообще подсел к ней? Сначала унизил, когда она с чистым сердцем пыталась его поблагодарить, а теперь он... О боги, он что, обиделся? Джастин вылетел из библиотеки и облокотился спиной на стену, запрокинув голову. Он и думать забыл о помощи, что оказал этой девушке. Он лишь старался помочь новенькой, у которой были явные неразрешённости в жизни, а она до сих пор искала подвох в его действиях. Парень сомкнул брови у переносицы и опустил глаза в пол. Как-то он прочёл одно выражение, что мы ненавидим в людях то, что остро выражается в нас самих. Ведь поэтому он так сильно обозлился на девчонку, когда она на крыльях приподнятого настроения явилась в его личное пространство, в столовой, а он за минуту стёр довольное выражение с её лица. И он видел в ней одиночество. Но не ту форму в которой находился сам, потому что Фелис пыталась тянуться к людям, а ему не нужен был никто. Парень ступил за порог своего холодного дома и оставил портфель в коридоре. Как всегда его встречали высокие безразличные потолки, холодные стены серого цвета, что дополняли доминирующий дизайн - минимализм, и ледяной мраморный пол. Точнее не встречали, а оглядели высокомерным взглядом, в очередной раз продемонстрировав, что сын семьи Биберов недостаточно хорош. А также мёртвая тишина. - Джастин, здравствуй. Будешь ужинать? На кухне хлопотала их домработница, что сейчас старательно месила тесто чёткими движениями сильных рук, но женщина даже не подняла взгляда, качественно и с плотно поджатыми губами проделывая свою работу. Мисс Мэй не была отстранённой и безразличной, как о ней можно было посудить на первый взгляд. Она безусловно любила семью в которой работала уже много лет, и Джастин был во многом ей благодарен. - Я сыт. В этом доме никогда не звучала музыка. В этом доме никогда громко не звонит чей-либо телефон, не играет телевизор с чемпионатом по хоккею, не случается шумных застолий в душевных компаниях с лёгким шутками и безмятежностью. Огромный коттедж больше напоминал натянутую струну, только без основательного напряжения в ней. Создавалось ощущение, что особняк сбежал с тюрьмы и сейчас слился с толпой себеподобных, при этом ведя себя тише воды, ниже травы. Даже оглушающих скандалов среди хозяев, чёрт возьми, не было. Мистер и миссис Бибер обладали достаточным состоянием, чтобы позволить себе летать на Бали каждый отпуск или заказывать себе выступления известных групп для одного зрителя. Но ничего подобного не случалось и Джастин искренне недоумевал почему его дом напоминал ему фильм "Тихое место". - Малыш, привет. Ты дома? Джастин скинул с плеч черную кофту, но тут же её заменил на толстовку оттенка мокрого асфальта, потому что температура в доме никогда не соответствовала норме. - Только пришёл. Он сунул телефон в карман штанов и второй наушник в ухо. - Как прошла учёба? Что ты обедал сегодня? Длинные пальцы ухватили пару увесистых энциклопедии о звёздах, пробежались кончиками по корешкам, пока не наткнулись на ещё один учебник и тройку атласов. - Хорошо. Я не обедал. - Почему? - искреннее удивление - то, что, он ожидал услышать, - Ты очень плохо питаешься в последнее время. Детка, расскажи мне, у тебя депрессия? Тебя там обижают? Тебе там плохо? - Дейзи, я почти выпустился с университета, меня обижают разве что бесконечные тесты. Пауза в динамике длилась несколько секунд. А затем последовал горький всхлип. Парень шумно выпустил воздух из носа и уселся на подоконник в своей комнате. Он нервно потеребил капюшон по волосам и обреченно выдохнул: - Прости. Я не хотел называть тебя по имени. - Я родила тебя, я тебя воспитала, и тебе сложно называть меня "мама"? - Мам, нет разницы как я называю тебя. Главное, что люблю тебя всегда одинаково, хорошо? - искренне говорил он, кусая нижнюю губу и устремив взгляд вниз, - Я соскучился. Дейзи немного растаяла, это можно было понять по слабому вздоху что она издала и как потеплел тон её заботливого голоса. - Мы будем к утру, мальчик мой. Не сиди долго за уроками, ложись спать к одиннадцати. Хорошо? Джастин покачал головой, подтянув колени к груди. Он угукнул и сбросил вызов. Откинул наушники на кровать и уткнулся лбом в колени. Он никогда не понимал свою мать. Всё началось с того, когда он заявил, что хотел бы начать жить отдельно. Больше всего возмущалась Дейзи, напрочь запретив ему даже думать о подобном варианте. И дело было не в финансах, естественно. - Я не хочу, чтобы ты оставался один, без семьи, - гладила Дейзи его подбородок и с теплом смотрела в карие глаза, - Позволь нам побыть рядом с тобой ещё немного. Но ведь отец и мать и без того являлись домой очень редко, Джастин видел их буквально три раза в неделю. В чём был смысл? В прочем, Джастин до сих пор не понимал в чём именно было дело. Дейзи Бибер слишком сильно опекала единственного сына, постоянно уберегала, интересовалась есть ли у него друзья и неоднозначно реагировала, когда русоволосый отвечал отрицательно. Чёрт, ему скоро двадцать три года, а она спрашивает не обижал ли его кто в университете, разве это нормально? Какая депрессия? Дейзи, что с тобой не так? Также он искренне не понимал ещё одного факта: она что, была рада, что её сын ни с кем не общается? Джастин не видел в этом проблемы, он был сам по себе, это его сущность и его всё устраивало, но Дейзи и без того усугубляла ситуацию, поощряла, что её мальчик сидит дома, под присмотром, а не хлебает пиво ночью, лапая полупьяных девиц с группы. Джастин уложил локти на колени и откинулся к стене, устремив глубокий взгляд в окно. Мёртвая тишина огромного дома давила на уши, здесь никогда не существовало каких-то звуков, чтобы он отвлёкся, удивился, улыбнулся... Когда он улыбался в последний раз? 《Ну как там, все звёзды на месте?》 Парень усмехнулся, прочитав возникшее сообщение от сестры. Он быстро напечатал ответ, выключил интернет, открыл книгу и с головой погрузился в чтение.