Капитан, капитан, улыбнитесь!

      Вот и дом. Дождь давно закончился, оставив после себя мокрые дороги, большие лужи… и мокрую одежду Эммы. С ног до пят её окатили водой, а надоедливые капли струились из длинных волос и ткани одежды.       Возможно, ей бы стоило винить капитана, однако она этого не делала. Возможно, просто другого момента для встречи не было и вовсе.       В салоне машины было тепло, уютно, но нужно было выходить. Тепло было с ним, уютно было снова с ним. Только с ним рядом. Мысль о его необходимости не покидала голову.       Эмма рукой нежно дотронулась до запястья Джеффа. Он, видимо, был погружён в свои мысли и будто бы не замечал девушку. Но с её прикосновением, его внимание обратилось к ней. — Спасибо. — тихо, но слышно сказала Эмма. Джефф не понял. — За то, что из-за меня ты мокрая? — ехидно процедил капитан. —Нет! Я благодарю за то, что подвёз! — голос девушки чуть не сорвался на крик. — может, всё-таки зайдёшь на чай. Я тебя накормлю в знак благодарности. — спокойно продолжила она. Мужчина думал не так долго. Он согласился зайти ненадолго. Ему, действительно, хотелось подкрепить внутреннего зверя.       Джефф проследовал за ней до двери. Девушка была в летнем платье и, промокнув до нитки, оно облегало её красивое тело. Капитан позволил себе нагло рассматривать Эмму, последняя же даже не видела этого голодного и страстного взгляда, в котором одновременно разыгралась борьба здравого смысла и безудержной страсти, животного инстинкта.       Зайдя в квартиру, девушка быстро пошла на кухню. Разогрев еду, она пригласила Джеффа за стол, подвигая тарелку ближе к нему. Он принялся ужинать, а Эмма, присев рядом, почувствовала влагу. Она оглядела себя. Ткань платья прилипла к коже. — Я… Я сейчас вернусь. Эмма рванула в ванную переодеваться. Сменить мокрую одежду.       Когда она вышла, Джефф уже покончил с едой и мыл за собой посуду. Увидев девушку, сказал: — Спасибо. Мне пора ехать. Он прошел мимо неё, но, почувствовав запах её волос, её тела, что-то заставило его остановиться. Девушка, развернувшись в этот же момент, чтобы проводить до двери, стукнулась носом о его напряжённую, нависающую над ней спину. — Что-то случилось? — озадаченно спросила Эмма. — Возможно. — ответил мужчина. Джефф развернулся к ней лицом и взял Эмму за руку. Кончики пальцев капитан поднёс к своим губам и начал медленно их целовать. Робко и нежно, словно боялся сломать их одним лишь движением. Девушке этот жест был неясен, но определённо нравился. Брюнет покрыл поцелуями запястье Эммы, а другой рукой резко схватился за талию девушки и притянул к себе. В следующий миг губы их сомкнулись в поцелуе. Руки его скользили по телу всё ниже, затем он подхватил Эмму на руки, а она ногами обхватила поясницу капитана. Мужчина понёс её на кровать, снимая и разрывая одежду друг с друга в порыве нетстовой, горячной страсти.       Всплеск эмоций, огня и искр заполнили тела двоих. Всю комнату, озаряя пламенным светом и обжигая друг друга. С каждым новым поцелуем девушка сгорала от возбуждения, хотелось больше, больше и больше… Лишь бы сдадкое рандеву не кончалось.       Джефф вошёл в неё, и каждый новый толчок был сильнее, властнее. Капитан был похож на зверя, его низкий рык временами звучал на ряду с тихими стонами девушки, которая хотела растворять в приятной истоме чувств.       Мужчина держал Эмму за бёдра, она боле не могла сдерживать свой стон. Он был таким громким, что казалось, будто его слышали все соседи, но ей было всё равно. Ею одолел голод, она так нуждалась в Джеффе, а поэтому позволила себе поддаться течению удовольствия. Его рычание заводило ещё больше, ей хотелось, чтобы он брал её грубо, продолжал этот горячий танго. Капитан покрывал поцелуями всё тело, вынуждая её выгибать спину.       Изнеможение в какой-то момент настигло обоих горячих любовников. Сил больше не было. Приятная усталость накатила волной, толкая в мир снов. Джефф уснул на кровати Эммы, что обрадовало девушку. Ей совсем не хотелось, чтобы он ушёл. По крайней мере, не сегодня. Эмма легла рядом с ним, устроившись по удобнее на его плече и уснула. Тишину прерывало лишь сопение и суета ночной жизни города.