180 дней одиночества

Я с уверенностью направляюсь к загоревшему и улыбающемуся Луи, который что-то с восхищением рассказывает Найлу и Зейну, последний не сводит с меня глаз. Привлекая внимание высокого шатена, с шухером на голове, я вскидываю брови и складываю руки на груди. - Чего тебе, Литл? – фыркает Томлинсон и оглядывает меня презрительным взглядом. - Луи, - останавливает его… Зейн. - Я подошла узнать у тебя: где Фи-Фи? Она заболела, и мне стоит сегодня… - он обрывает меня на полуслове. - Она не прилетела, Брук, осталась в солнечном Сан-Тропе, - самодовольно улыбается Луи, - любовь-морковь, я думаю, ты понимаешь. Парень неоднозначно смотрит на Зейна, и тот берет меня за плечи, уводя от парня, зло фыркая: - И почему я дружу с тобой, Томлинсон?! Мы отходим к другому окну, и Зейн привлекает меня своим голосом. - Брук, я хочу с тобой поговорить. - Она не приехала, - выдыхаю я. - Брук, мне срочно нужно с тобой поговорить. - Она променяла меня на парня, когда я в ней нуждалась больше всего, - я горько вздохнула и все еще не могла поверить в это. - Брук, - мягко протянул Зейн. - Мне не до этого, меня бросила лучшая подруга, Зейн. - Я люблю тебя. В момент, мое тело застыло и только голова повернулась в направление голоса. На губах Зейна застыла улыбка, и он игриво склонил голову на бок. - Что ты только что сказал? - Я пока не определился – я влюблен в тебя, или это просто ревность, но… - он провел рукой по волосам. – Знаешь, когда я увидел тебя тогда с тем парнем, я долго думал. Я действительно не могу отпустить тебя. Это выглядело так… фальшиво. Зейн признавался мне в любви, но я не чувствовала, что это правда. С одной стороны, мне действительно хотелось броситься ему на шею, но прошел почти месяц, и я поняла, что он был лучше, чем другие дни в году. Я перестала смотреть на мир сквозь розовые очки и жить от встречи до встречи с Зейном. Это делало мой мир настолько ярким, что я не была уверена, что хочу снова возвращаться в отношения. То-есть, я хотела, но не сейчас, мне нужно было еще подумать. И теперь, смотря на него, мои пальцы, на костяшках которых все еще были маленькие порезы, начинают саднить, как бы напоминая злым голоском «он заставил тебя страдать, а ты хочешь обратно к нему в объятия?». - Зейн ты… Зейн, - уточнила я, обводя его рукой, - я… эм… мне было больно, Зейн. - Я понимаю, но просто предлагаю попробовать все сначала, - он попытался взять меня за руку, но я только одернула ее. – Малыш. - Нет, Зейн, не надо, - я покачала головой, закрыв глаза. – Мне было больно физически, я разбила руку, понимаешь? Из-за тебя. Я не хочу, чтобы, когда тебе снова надоест, ты меня бросил, я не хочу переживать это снова. - Это все из-за того, парня, малыш? – спросил он, и я остановила на нем свой взгляд. – Да, кто он? - Это Гарри Стайлс, просто друг моего брата, и это не из-за него. - Он ведет себя не как друг. - Тебе должно быть все равно. - Но это не так! – крикнул парень. – Брук, ты мне не безразлична, и я не хочу видеть тебя с какими-то придурками. - Самый большой придурок, с которым меня могли видеть, сейчас стоит напротив меня. - Би. - Отстань, Зейн. Я разворачиваюсь и ухожу, сама шокирована своим поступком.