Неправильный альфа. II. Два дьявола

      Даниэль со своим прекрасным тюремщиком лежали на шелковых покрывалах и вяло играли в карты. Вяло, потому что дьявол всегда проигрывал — карты были крапленые, Ромуэль сделал их сам — из тончайшего плетеного золота и срезок с драгоценных камней, но при этом каждая карта получилась такая ровная и плоская, что в общем пачка складывалось чуть толще бумажной. Настоящее произведение искусства, и конечно же, пропитанное дьявольской сутью хозяина, а поэтому карты всегда служили ему. Правда, Даниэль им тоже понравился, и поэтому иногда у них с Ромуэлем случалась ничья, но и только. Выигрыша не было ни разу, хотя дьявол знал, что выиграть мог, но… карты были против него. Иначе бы Снежный черт мог взбеситься и просто напросто разломал бы их. Карты боялись этого… Зато Даниэлю уже ничего не было страшно.       — Да надоело! — он бросил золотые пластинки на тонкую простынь и откинулся на спину. — Хоть раз бы сыграли честно. Шулер проклятый…       — Мы честно играем, — Ромуэль соврал без зазрения совести, снова смешав колоду. — Ты просто играть не умеешь.       — Угу, — Даниэль тяжко вздохнул. Он уже не был привязан — дьявол почти с первого дня понял, что бежать все равно некуда. Да и сил не хватило бы — Снежный бес сношался с ним по несколько раз в день, выжимая до нитки, и Даниэль даже встать иной раз не мог, какой уж там убежать? До двери дойти — и то было целой проблемой. А там еще демон с собаками, и пусть псы к Даниэлю привыкли, но Габи (так звали демона) его бы не выпустил. Не из злости, конечно, нет — просто дело есть дело, а вообще они с дьяволом подружились, и иногда даже вместе пили вино: терпкое, красное (наконец-то!), а не эту шипучую мерзость, которой пичкал его Ромуэль. Бр-р! Как вообще можно пить шампанское? Да еще радоваться при этом.       Даниэль прикрыл красивые глаза, с длинными, чувственными ресницами — совершенно не мужественными, но дьяволу это только добавляло очарования. Ромуэль бросил ему на грудь сданную пачку карт.       — Ты начинаешь…       — Проклятье… — дьявол, не глядя, вынул карту и кинул ее на простынь. А что на нее смотреть? Все равно проиграет ведь. И Ромуэль начал злиться.       — А ну, повернись ко мне! Ты что себе позволяешь?       — Да я устал! — дьявол швырнул колоду. — Не могу больше так! Дай мне хоть с твоим демоном переспать!       — Что?! — Ромуэль взбесился и кинул ему карты в лицо. — Еще раз заикнешься об этом, и я…       — И что?.. — Даниэль усмехнулся. — Опять будешь мучить меня? Да пожалуйста… С ума ты меня не сведешь — я научился от тебя защищаться, а боль… да сколько угодно…       — Мерзавец! — Ромуэль метнул в него молнию. Даниэль вскрикнул от боли, но все же перетерпел ее, а потом отдышался.       — И что? Это все?       Ромуэль ударил его по лицу, вскочил, разбросал карты.       — Мерзавец! Мерзавец! Я все-таки отправлю Габи в обитель, и он убьет ангела!       — Пф-ф! Он не дурак! Я больше в твои сказки не верю. Демон и близко к обители не подойдет. Потому что не сможет! Да и не пойдет он туда. Зачем ему надо? Ты врал мне все это время, а я-то повелся… как идиот…       — Откуда ты это знаешь?.. — Снежный черт заметно заволновался.       — Мне Габи сказал. Сам!       — Что?! — Ромуэль уткнул руки в бока, встав на кровати. — Значит, вы спелись?! Понятно… То-то он стал так болтлив! Ну я ему… — хотя это были только слова. Снежный черт ничего бы не сделал: Габи был единственным во Вселенной, кто был предан ему безоговорочно. И пусть в обитель он и в самом деле бы не пошел, но только лишь потому, что ангелы в данный момент не представляли никакой опасности для хозяина. Но пленника он не выпустил бы — ни за что, потому что это причинит господину боль. А Габи скорее руку себе отрубит, чем допустит подобное. И Ромуэль знал это, но все равно начал нервничать.       — Да как же он мог сказать тебе?.. Как посмел?!       — Да я просто спросил! — дьявол, поморщившись, потрогал обожженную грудь. — Ты ж не сказал ему, что надо молчать…       — Ну конечно же! — Ромуэль топнул ногой. — Даже демон расположился к тебе! Даже демон! Все тебя любят! Все обожают! А меня? А меня вот никто! Никто!.. — бес схватился за голову, постояв так немного молча, потом обернулся к дьяволу. — И что же ты не бежишь тогда? Что же ты не бежишь, раз узнал всё?! Что тебя держит?!       — А может еще сбегу… — Даниэль пока лечил свой ожег.       — Только попробуй! — бес хотел пнуть его, но дьявол перехватил его ногу и завалил на кровать.       — Уймись! — но трогать не стал… хотя Ромуэль ждал этого. А полежав так немного и не дождавшись борьбы, он встал, яростно поправил одежду и схватил свое зеркало.       — Ну почему я не нравлюсь тебе?.. — черт оглядел себя, пригладил шелковистые волосы, светлые, как утренний снег. — Почему?! Я ведь красивей твоего проклятого Фэнриэля! И горячей его!       — Кто? Ты-то? — Даниэль от души рассмеялся. — Да ты же холодный, как глист! Я устал от секса с тобой! Меня воротит!       — Гад! Гад! Гад! — Ромуэль начал лупить дьявола зеркалом. — Ненавижу тебя! Ненавижу! — и бил, пока тот не взбесился и не схватил его.       — А ну успокойся! — он припечатал Снежного черта к кровати. — Хватит!       Ромуэль задышал полной грудью — он дрожал, трепетал, но снова не применял способности: он ждал, что дьявол в порыве гнева сам начнет секс. Но Даниэль снова его отпустил — сел на кровати и начал оглядываться по сторонам.       — Дай мне вина хоть… А красного шампанского не бывает? Я уж и на это согласен…       — Ы-ых! — Снежный черт подскочил, со злостью сжав кулаки. — Гаденыш проклятый! Гореть тебе в святом пламени! Ты даже вино мое ненавидишь! Я прикончу тебя! — и он все-таки выкинул плеть из молний и избил Даниэля до потери сознания. Но это не помогло. Легче Ромуэлю не стало. Тогда он сел и заплакал, а взяв из-под кровати бутылку, в итоге напился так, что уснул на полу.

***

      — Ну почему ты так ненавидишь меня? — наутро Снежный черт снова пристал. — Что я сделал тебе? Я ведь уже стал мягче, лелею тебя…       — Как вчера, например? — дьявол потрогал ожоги от электрической плети, которые до сих пор еще до конца не прошли.       — Ну, хорошо, ну, прости… — Ромуэль прошелся по простыням взад-вперед. — Ты просто довел меня. Но объясни почему… почему ты не можешь меня любить? Ну притворился хотя бы! Почему же мы все так несчастны? Нас, Снежных дьяволов, всего ничего в этом мире, и все — все до единого! — так же несчастны, как я… Но почему нас не любят? Никто!       — Карма такая… — Даниэль пошарил рукой под кроватью: а вдруг там осталось вино. Габи иногда приносил ему красное, но увы, ни одной проклятой бутылки, даже с остатками, не нашлось. Или чистюля-хозяин все выбросил… А было ведь, наверняка! — Да будь ты проклят… — Даниэль уткнулся в подушки. — У тебя сердца нет… поэтому и любить тебя невозможно! А притворяться я не намерен… Я не умею врать в подобных делах!       — Что-что?.. — Ромуэль саркастично прислушался. — Это ты-то?       — Да, я! — дьявол все-таки свесился и заглянул под кровать: а вдруг закатилось? — Я. Вот представь себе… — он еле снова залез на ложе после бесплодных поисков. — Ты хоть бы вина мне достал, какое мне нравится. Ну неужели так трудно?       — Я ненавижу красное.       — Но Я-то его люблю!       — И что? Оно мне не нужно! Пей то, что есть!       — Вот поэтому тебя и не любят!       — Что? Почему?       Но дьявол махнул рукой.       — Да потому что… Ладно, забудь… Все равно не поймешь ни хрена…       Снежный черт хотел что-то сказать на это, но вдруг замер, отвлекся и к чему-то прислушался.       — Стой, погоди-ка… — он оглянулся к окну. — На мою территорию вторглись! Кто там? Габи! Кто там пришел?! — но тут Ромуэль вспомнил, что отправил демона в другое пространство — за камнями и драгоценным металлом. Остались только собаки, но толку от них? Они все равно не ответят. — Проклятье!       Снежный дьявол слез с высокой кровати, надел хрустальные туфли и решительно направился к двери.       — Сиди пока тут, — бросил он Даниэлю. — И не вздумай уйти! Я скоро вернусь…       — Угу… — дьявол обреченно хихикнул. — Очень смешно… — После вчерашнего избиения он и встать-то толком не мог. Хотя соблазн был большой: вот сейчас можно было сбежать: демона нет, собаки его не удержат — им вообще все равно. Даниэль даже попробовал встать, но вышло не очень: он лишь повалился на пол, и голова закружилась до тошноты.

***

      А Рэй не успел пройти и пары шагов по искристому снегу, как в него вцепился Равиль.       — Папа! Я с тобой. Я с тобой!       — Милый, ты что? — альфа перепугался. — Беги скорее обратно, здесь очень опасно!       — Нет, я с тобой! Нет! — парень повис на нем мертвой хваткой. — И ты… не туда идешь… — он указал направление. — Вон же следы.       — Где? — Рэй ничего не увидел. — Где они?       — Да вот же. Две пары маленьких ног. Они побежали туда — в тот лесок…       — Ты видишь? — Рэй попытался вглядеться в снег, но опять безуспешно. — Уверен?       — Да, — похоже, Равиль и правда что-то заметил. Но, впрочем, у детей видение тонкого мира было развито лучше, поэтому альфа поверил.       — Ну, хорошо… Ладно, тогда веди… — и младший близнец, исполненный счастья, что смог быть полезным, повлек Рэя с собой. — Вот. И еще вот, — он тыкал пальцем по снегу. — Вон их следочки, бежим! — и они помчались между величественных, заснеженных елей по такой сказочной сказке, что при других обстоятельствах Рэй засмотрелся бы. И ведь даже холодно не было, хотя оба они были в пижамах, а альфа так вовсе в одних штанах и босой. Удивительно! Но радости не доставляло. Сердце сейчас колотилось так, что готово было вылететь из груди. Рэй хотел одного: скорее увидеть сына и вытащить его отсюда домой, где всё знакомое и нет никаких чудес. А эти просторы вокруг хоть и были прекрасны, но… были ли они вообще?       Рэй уже задыхался, а они все бежали, бежали, но кругом по-прежнему было пусто.       — Ты точно видишь следы? — альфа остановился, чтобы перевести дыхание. — Или просто хотел остаться со мной, вот и выдумал?       — Я вижу! — Равиль отчаянно закивал. — Честное слово, вижу! Я бы не стал тебе врать… Я… — но вдруг рядом послышалось шуршание снега, и они обернулись.       — Ой… — это был Флори, появившийся невесть откуда. — Папа?.. — он закусил губу, сразу вспомнив свою провинность. — А мы тут… гуляем… Эм… — малыш опустил глаза, успев поглядеть на ЛЮси. Тот тоже выбежал из-за дерева и сразу ужасно смутился, увидев дядю. Но Рэй ругаться не стал — он лишь испустил глубочайший вздох облегчения.       — Ну, слава Небу… Да где же вы были, Господи? — он порывисто обнял детей, но вдруг из-за елей вылетел черный пес — трехглавый, огромный — и, подняв облако снега, остановился рядом, как вкопанный.       — Ав! Ав! У-у-у-у! — пропели все три башки. Альфа шарахнулся.       — Господи! — он спрятал детей за спину, закрыл собой и Равиля. — Не подходите к нему!       — Да папа, не бойся, — Флори вылез вперед. — Он не кусается. Это же Вики, он добрый. Он тут живет, — и принялся ласкать чудище, а пес в ответ радостно завилял огромным хвостом. — Хороший, хороший… — Флориэль гладил собаку по всем трем головам. Люси, правда, все равно побаивался ее, а Равиль так вообще вцепился в Рэя, выпучив от страха глаза, но жуткого вида пес пока не проявлял признаков злости. Напротив, он затеял игру: плюхнулся на передние лапы, смешно задрав задницу, опять повилял хвостом и тут же сорвался с места и начал носиться вокруг, как оголтелый щенок. Только искры летели. Но Рэй и Равиль все равно наблюдали за ним с некоторой долей опаски, зато малыши хохотали — им было весело.       — Ох, Боже мой… — альфа нервно сглотнул. — Счастье, что он вас не съел. Где вы взяли его? — но тут он вздрогнул и обернулся. Только сейчас Рэй заметил, что они не одни.       — Господи… — он поднял глаза. — А вы кто?..       Перед ним стоял Снежный дьявол, самый что ни на есть живой — видимо, тоже только что вышедший из настоящей сказки. Точно как на картинках: высокий, красивый, изящный, с фарфоровой кожей, длинными белыми волосами, с витыми рогами — такими же белыми, как он сам, и увитыми серебряными цепочками с бриллиантами. Одет он был в искрящийся балахон, из-под него выглядывали шелковые штаны с серебряной вышивкой, на щиколотках — браслеты с камнями… Одним словом, это было что-то невероятное, Рэй даже рот раскрыл. И что-то в этом облике показалось ему очень знакомым: фиолетовые глаза — вот что! Но где же он видел их? Ах, ну конечно! На портрете мсье Лоринэ, старого ювелира!       — Простите… — альфа похлопал ресницами. — Вы… Ромуэль?       — Ах! — видение очаровательно всплеснуло руками. — Ты узнал меня… А ведь я здорово изменился с тех пор… Хотя, впрочем, ничего удивительного, — видение подошло и нежно коснулось щеки Рэя ледяными губами. — Ты же такой наблюдательный, мой милый катАбу…       — Ох… — альфа потер лоб со смущенной улыбкой. — Мсье Ромуэль…       — О, только не называй меня так… — дьявол шутливо свел брови к носу. — Я ведь уже не старик. Достаточно будет имени… Договорились? — и он соблазнительно улыбнулся, взяв Рэя за руки.       — Ну… хорошо… — альфа все еще был растерян. — Конечно… — он потоптался на месте. — А что вы тут делаете?       — Да вот, встретил твоих… — черт кивнул на ребят. — Похоже, они заблудились…       — Ох… — Рэй поцеловал его руки. — Спасибо, спасибо вам… Какое счастье, что вы здесь оказались… А мы просто… — он оглянулся к детям, которые уже все втроем возились с собакой. — Мы тут…       — …заигрались с «Книгой Таинств»… — Ромуэль покивал. — Я уже понял, — он с искренним наслаждением разглядывал милые черты лица альфы. — И хорошо, что дети попали прямо сюда. Они у тебя, кстати, смелые. Решили, что я Снежный Король, но ни капли не испугались. Даже моего пса…       — Ну только чуть-чуть… — ЛЮси услышал эти слова и, конечно, не смог промолчать. Флори сразу взглянул на него:       — Не надо бояться. Я тебя защищу. Даже от Архидьявола!       Ромуэль снисходительно усмехнулся на эти слова.       — Ну конечно… — а сам ведь вполне мог убить несчастных детей. Подобное часто случалось, со многими нерадивыми читателями опасной «Книги таинств» — особенно если они попадали в лапы дьяволов или еще кого хуже. Их просто напросто «высасывали до дна». А энергия юных душ не помешала бы Ромуэлю, чтобы восстановиться и поскорее приблизить очередной переход на землю. Но к счастью, в одном из человеческих отпрысков он почувствовал вибрации Рэя. И это спасло детей: дьявол сразу стал ласковым и даже подарил малышам снежные леденцы, которые они тут же и слопали. А потом пошел искать вместе с ними портал, из которого они вышли. Но не чтобы спасти их — на детей ему было плевать — просто Снежный дьявол хотел пометить пространственную ячейку, через которую можно будет позже связаться с альфой. Ведь он не забыл их встречу. Ромуэль был тогда очарован Рэем до глубины сердца, а поскольку при жизни так и не успел им полакомиться, то решил оставить себе такую возможность на будущее. И сейчас, встретившись с ним и увидев его улыбку, добрые, любящие глаза, ласковые манеры, ему так захотелось на землю, что Ромуэль задрожал. Конечно, он не показал своих чувств, но наслаждался компанией альфы от всей души. И не спешил расставаться. А ведь это было опасно… особенно для детей.

***

      А Даниэль пока встал на ноги — огромным усилием воли, но это ему удалось.       — Проклятье… — он протопал к окну, стараясь не потерять равновесие. — Хоть на улицу глянуть. Я и забыл уже… как выглядела свобода… — он подошел к хрустальным решеткам и схватился за них. Прутья были холодные, изо льда, но очень и очень прочные. Уничтожить их мог только огонь, и то не сразу. Но у дьявола не было сил даже на магию. Поэтому он и не думал бежать, тем более дверь закрыта скорее всего, а перспектива выпрыгнуть из окна не предвещала ничего, кроме сломанных ног. Зала, где жил Даниэль, находилась высоко над землей. Зато лес был виден — ну хоть какое-то развлечение.       Даниэль прислонился лбом к холодным решеткам. Они сразу начали таять, но лишь самую малость.       — Сволочь ты… — дьявол вспомнил тюремщика. — Разрази тебя райский гром… Как же я устал здесь торчать… — он оглядел просторы, снежную еловую рощу: наверное, тут красиво. Человек бы залюбовался — да у него б дух захватило, чего уж там — но Даниэль соскучился по огню. По углям, по красному небу, по едкому дыму, исходящему от вечно горящих костров. По теплу, наконец! Дьявол стукнулся лбом об решетки. — Проклятый мучитель… И когда ж ты уберешься на землю?.. — но вдруг в воздухе нежно потянуло ванилью — едва заметно, но дьяволу вполне хватило, чтоб сердце вырвалось в груди.       — Рэй… — он прислушался к окружающему пространству. — Мальчик мой… Мальчик мой, где ты?! — дьявол вцепился в прутья и напрягся, как охотничий пес. — Что происходит? — он включил тонкое видение и осмотрел пространство. — Господи! Силы Всевышние! Рэй!!! — дьявол почуял его вибрации, заметался. — Что он тут делает?! Боги, что он тут делает?! — и тут же замер опять. — Что?.. Флори?! — Даниэль чуть решетку не вырвал. — Флори, ты тут?.. Флори! — Даниэль чуть с ума не сошел. — Они умерли… Нет, быть не может! Проклятье! Что с ними стало?! — и он истратил последние силы, чтобы отчетливей видеть картину. И нашел-таки точку в лесу, где стоял Ромуэль, а с ним — Рэй, Флори, Люсьен… еще какой-то парнишка, но уже взрослый. Даниэль снова напрягся: брат Ади — вот это кто. Равиль! Но как же так вышло? Как они умерли?! Разбились в машине? Или же… Как?! — и дьявол обшарил пространство внутренним взором: да нет же! Вот он проход в земное пространство! Да они же живые! Просто случайно попали сюда — через портал!       — Рэй!!! — дьявол ударил лбом в хрустальные прутья. — Рэй, уходи! Ромуэль, ты ублюдок! Что ж ты творишь, подлец?! Рэй, уходи скорее, дети погибнут! Слышишь меня, уходи!!!       Но альфа не слышал. Даниэль видел его, но был далеко, и голос его не долетал до этого места. А дети игрались с собакой, даже не зная, что находятся сейчас на грани опасного сна, из которого могут не выйти. Но Рэй пока был в безопасности — потому что был старше, и Ромуэль с удовольствием с ним ворковал, зная об этом. Он не хотел расставаться, до самой последней точки, а до детей ему дела не было.       Зато Даниэлю было, и еще как. Он заметался по клетке, как раненый тигр. Даже силы нашлись, и он с разбегу врезался в дверь, но она была слишком крепкая. Литой, нетающий лед — такой не пробить. И дьявол снова помчался к окну, вцепился в решетки.       — Рэй, уходи! — он уже голос сорвал. — Дети умрут! Проклятье! Ты слышишь меня?! — и с такой силой ударил в стеклянные прутья, что они разлетелись вдребезги.       И альфа вдруг вздрогнул.       — Что это? — он завертел головой. — Даниэль?.. Даниэль, где ты?! — Рэй засуетился, забегал. — Даниэль! Даниэль!!!       — Тут нет никого! — Снежный бес схватил его за руку. — С чего ты вдруг взял? Тут нет Даниэля!       — Я слышу его, он здесь! — сердце Рэя так часто забилось, что грудь затрещала, он оглядывался по сторонам с такой горячей надеждой! — Даниэль! Где ты?!       А бедный Огненный дьявол пока лежал на полу весь в крови — осколки его поранили, солнце чужой стихии, рванувшееся в окно, обожгло все лицо.       — Уходи, мальчик мой… — упрямо шептал он. — Умоляю… Кто-нибудь, помогите… Он же убьет их…       А к Рэю пока подбежал Равиль.       — Я слышу голос. Нам надо скорей уходить. Кто-то сказал, что нам тут опасно. Скорей!       — Что?! — альфа обернулся к нему. — Откуда ты знаешь?..       — Я слышу! Скорей! Мы умрем! — и он сам ухватил малышей и помчался к порталу.       — Но мы хотим играть с Вики! — воспротивились младшие.       — Скорее! — Равиль тащил их силком. — Иначе погибнем! — и дети наконец испугались. Рэй тоже рванулся за ними, когда до него дошел смысл слов. Он подхватил на руки Флори, Равиль схватил ЛЮси, и они бегом кинулись по дорожке к порталу. Ромуэль еле сдержался, чтобы не завопить, и ожег яростным взглядом ту сторону, где находился дворец.       — Ну ты у меня заплатишь! Я отомщу тебе! — и побежал было за Рэем, но вдруг перед ним вырос ангел.       — Ни с места! — юное создание вынуло меч. — Я не дам тебе их задержать!       — Что?! — Ромуэль чуть не лопнул от возмущения. — А ну вон из моих чертогов, крылатая тварь! — и метнул в него синим огнем, но ангел успел увернуться.       — Не выпущу! — он вновь встал на пути.       — Уйди же с дороги, проклятый! — Ромуэль обернулся барсом и кинулся на мальчишку. И тот отбивался, как мог, но меч все же выпал из рук, и тогда ангел вцепился в зверя руками.       — Не пропущу! — он разинул зверюге пасть, не давая зубам сомкнуться. — Не смей их задерживать здесь!       — Р-р-рах!!! — Снежный черт опять превратился в энергию и взорвал все пространство. Земля содрогнулась, бедного ангела отбросило на несколько метров и он упал весь в крови и без чувств, а Ромуэль помчался за беглецами, снова став барсом.       Но не успел. Портал захлопнулся прямо у него перед носом. Проклятье! И только пес Вики радостно бегал в остатках былого сияния и возбужденно скулил.