Непроходимый тупица

— Не мешай! — Вот же надоедливый проходимец! Релви явно не умел думать и искренне считал, что и остальные — тоже. — Но вы не завтракали, мастер Нелот! — Будто это так важно! Поесть можно и позднее, когда мысли улягутся. Сомнений не осталось: кто-то нарочно насылал порождения пепла. И этот кто-то работал с сердечными камнями. Некоего чародея они тоже привлекли? Например… Само собой, Нелот знал, что на острове осели талморцы. Знал и о их цели: их куда больше волновал сталгрим. Возможно, они старательно водили всех за нос, однако пока не сунули свой в Тель-Митрин, не стоило лезть в их дела. …а вот если сунут, мало не покажется. Кто такой этот Анкарион, талморский агент? Юнец, который если и слышал о Нереварине, то из легенд. Вряд ли вообще о них слышал: высокомерным альтмерам нет дела до событий в Морровинде, случившихся ещё в третьей эре. Нелот не исключал, что в Тель-Митрине однажды появится — если уже не появился — талморский шпион. С пепельного оттенка кожей, алоглазый… — Пошёл отсюда! — Релви — последний из новеньких, кто здесь появился. Но вряд ли талморцы пошлют следить такого тупицу. Но превосходную актёрскую игру нельзя исключить. Вздох: — Даже чая не попьёте? Чай Нелот попьёт. — Чай неси, а потом проваливай, — огрызнулся он, отвернулся и облокотился на столешницу, после уставился на три крохотные мисочки с разными образцами пепла. Раздались шаги. Наконец-то Релви удалился… Долгожданная тишина. Главное, чтобы назойливому ученику не вздумалось её прервать, иначе Нелот за себя не ручается, скормит пепел стража, вызванного самим Талвасом. Мысль! Тишину Нелот нарушил сам, когда ляпнул ладонями по столешнице. На пепельных чудовищах есть магические следы, оставленные вызвавшими их чародеями. Как раз таки теперь нужен Талвас — ученик, который, как назло, не ошивался рядом. Которого невесть куда унесло! И управитель куда-то запропастился. Обещал чай и в Обливион — не иначе — провалился. Нелот развернулся и прошёл к столу для зачарований. О бурной ночи дали знать суставы. Он зелье пил, но толку мало: болят — и всё тут. Само собой, не так, как после исследования Нчардака на пару с драконорождённым н’вахом, когда не единожды приходилось сильно ускорять шаг. Само собой, Нелот влил в себя не один флакон, проигнорировав предупреждение Эленеи… Ноги разболелись, когда он вернулся, — настолько сильно, что не смог подняться на следующий день, вдобавок мутило и раскалывалась голова. Сегодня не тот случай, чтобы накачивать себя под завязку. Не мешало бы, но голове нужно думать, а не болеть. Нелот набрал щепотку пепла — того самого, отродье из которого призвано его врагом. Ничего пока он извлечь, само собой, не смог. Единственное, на что он мог бы положиться, — на то, что крохотные частички наверняка хранили память о создателе. — А это идея… — Заклинание памяти придётся усовершенствовать, возможно, оставить так. Придётся испытать. На том и решено, поэтому, когда появился управитель с чаем — дрянным, как всегда — и почему-то с лепёшками, хотя никто их не просил, Нелот приказал передать Талвасу, чтобы явился к нему. Он не успел оценить, насколько плох сегодня управитель: ученик оказался на диво расторопным, и эта расторопность навела на недобрую мысль: а не провинился ли в чём-то? Если и так, то пока не до того, чтобы размышлять где и в чём. — Звали, мастер Нелот? — Каждый раз одно и то же. Талвас решил, будто управитель пошутил? Давно пора понять, что тот не станет этого делать, тем более так глупо. Тупица, но… — Само собой, — фыркнул Нелот, — причём, как понимаешь, не для того чтобы полюбоваться на твою физиономию. Лицо перекосилось. Во взгляде обида. Не научился горе-ученик прятать чувства, хотя пора: не маленький, давно вырос, пусть и юный. Но мозгов хватило понять, что задавать вопросы рано. — Вы хотите его на меня?.. — Талвас запнулся на полуслове. Он хотел получить всё без труда. Кое-что Нелот готов дать ему — совсем крупицы. Рискованно, но… Некому больше довериться. Не чудаку же с драконьей кровью! Н’вах довакин, но его умение шастать по Апокрифу, будто по коридору собственного дома, определённо пригодится в будущем. — Ловить души умеет любой мало-мальски посредственный маг. Твоя задача такая: поймать душу вызванного мной пепельного стража. Потом сделаем наоборот: ты вызываешь — научился уже, — а в камень душу отправляю я. Ясно? — Нелот знал своего ученика: тот наверняка заподозрит подвох. Так и вышло: — Зачем? Вопросы детские. — Затем! — Нелот разозлился. — Неужели ума мало понять: мне всего лишь нужны разные образцы душ?! Мало. Видно по недоумённому взгляду. Талвас захлопал глазами. — А-а-а… — протянул он и потеребил рукав изрядно поношенной мантии. Не уверен в успехе, видно сразу. — В вас-то я уверен: вы одолеете… Но я-то… Боится погибнуть. Не готов. — Хочешь сказать, что это важно, потому что у тебя есть выбор? — такой же вопрос был некогда задан Илдари Саротрил. Она оказалась не готова к новому сердцу в собственной груди — тому самому, которое не бьётся. Не настроилась и погибла, хотя выбора у неё, потенциально сильной магессы, но с изношенным собственным сердцем, не осталось. — Нет, потому что вы мне его не оставляете. — Сосунок ещё и упрекнуть посмел. — То-то же! — Раз Талвасу хотелось так думать, пусть думает. Выбор у него есть: покинуть Тель-Митрин. Не выстроить собственный гриб, нет: это не в его силах. А вот торговать заурядными чарами и зачарованными безделушками сможет, подобно другим посредственным мажонкам. — Если не одолеешь, то… — Нелот вздохнул, — придётся искать нового ученика. Он никого утешать не собирался. — Ладно! — Талвас слишком амбициозный, чтобы остаться заурядностью. Он явно рассчитывал почерпнуть для себя новое. — Когда мы это сделаем? — Нелот тянуть не собирался. — Прямо сейчас?! Вы уверены? Он замолчал, услыхав пару неприятных фактов о себе. Но по приказу Нелота принялся собирать камни душ, причём сгрёб все подряд. Всё-то за ними, бездарями, надо следить. Пришлось обругать, потому что крохотные и маленькие не понадобятся. Большие и великие — вполне. Ещё и чай остыл… Нелот с трудом проглотил эту гадость и допил оставшееся зелье, затем медленно, потому что оно ещё не всосалось в кровь, направился к выходу. Он слевитировал вниз и наступил на ноги без боли, но суставы всё равно плохо сгибались и разгибались, поэтому Талвас опередил его. Тот заметно волновался, топтался с ноги на ногу. — Может, сердечные камни покрупнее нужно было выбрать, а? — Понятно: решил пойти по пути наименьшего сопротивления, а это нехорошо. — У тебя память настолько короткая, что забыл, как вызывается молния?! — обругал его Нелот. — Нет, но сил гораздо меньше, чем у вас. Я всего лишь ученик! — Вспомнил, надо же! — На захват душ и молнии может не хватить, а у меня не три руки. «С ноги пали! — хотелось огрызнуться Нелоту. — А лучше — с языка». В одном Талвас прав: он всего лишь ученик. Если такое заявил, значит, понимает, что ему рано идти своей дорогой. Однажды придёт его время вырастить собственное грибное поселение — второе на острове. Медленно, но верно Дом Телванни разрастётся, пустит на острове корни. Чтобы редоранцы больше не посмели указывать, где можно, а где нельзя посеять споры. Потому-то Нелот и выбрал это непривлекательное место, где ветер с моря нёс пепел — благо сейчас дул в спину, отчего за шиворотом зудело, — что самая лакомая территория в лапах Дома Редоран, а Нелот не в том положении, чтобы с ними открыто враждовать. Пришлось подавить собственное самолюбие, хотя руки чесались взяться за старое и припрятать знатную редоранскую девицу, чей папаша запляшет под телваннийскую дудку. Увы, манёвр прошлых столетий не повторить: редоранцы — прекрасные воины. В одиночку с ними не потягается даже могущественный маг. То ли дело раньше… Последний, кто вспомнился — Майнер Аробар, упрямый гуарий выкормыш. Которого ломать оказалось трудно, но даэдрически увлекательно. Одно удовольствие это делать шаг за шагом. И как приятно чувствовать, что крепкий воин мечется в растерянности, а поделать ничего не может. Который всё равно взял верх и пусть не своими руками, но вернул дочурку — как её звали-то? — домой. Дети — уязвимое место. Поэтому Нелот к своим не привязывался — ни к кому, — чтобы никто не бил. …проклятое зелье. Видимо, привыкание. Потому что из-за сильной боли в ноге пришлось остановиться. — Пришли? — Талвас вопросительно посмотрел и натянул на голову капюшон, чтобы волосы не лезли в лицо. Неплохое место. Порой злость от собственного бессилия приносила пользу. — Да, — ответил Нелот. — Вытряхивай всё из сумки. Талвас присел на большой валун и принялся копошиться. Нелот вздохнул. Так и знал, что его ученик наберёт ненужного хлама. Книга, потрёпанная, осколки камня душ… Хотелось верить, что они просто завалялись, а не разбился какой-нибудь из них по дороге… — А всё же… Зачем вам души пепельных стражей? — И нос суёт, куда не следовало. Невыносимый… И вопросы глупые. — Неужели так трудно догадаться?! — рявкнул Нелот под завывание ветра. — Потому что мне нужны образцы душ призванных разными магами пепельных стражей! Он умолчал, что собрался изменить одно заклинание. Если это сработает, на один очень важный вопрос отыщется ответ.