Хроники Долгой Ночи

      Путь у Бэйла выдался трудным. Один по Зачарованному тракту он скакал около двух недель, а после ему пришлось скрытно перейти Загорский проход и, чтобы остаться незамеченным даже убить нескольких человек. По равнине, снижающейся от гор к морю, путь сира Бэйла выдался долгим и тяжелым из-за дождей. Полуостров у замка Маграо уже покрылся зеленью, и солёные волны бились о его прибрежные скалы.       Место встречи Бэйла и Элины представляло собой большой холм, покрытый травой и россыпью камней. Морской ветер, обдувающий полуостров Маграо со всех сторон развевал длинные волосы и бороду Бэйла, отпущенную за последние полгода. Глаза его были прищурены. От прежнего ясноокого Бэйла мало чего осталось, и лишь теплота больших зеленых глаз, до сих пор искрившаяся в них, позволяла узнать людям своего старого знакомого.       Бэйл спешился на россыпи, где для подачи сигнал должен был зажечь костёр, чтобы дым и свет от костры были видны в стоящем неподалёку замке Маграо. На совершенно пустом полуострове было трудно найти хворост, ибо как на зло на нем не росло ничего, кроме сорной травы и того, что крестьяне посадили на этих ветреных полях, так что Бэйлу пришлось даже сжечь несколько бумаг и старое, запасное седло.       Он сел на холодный камень, подложив плащ под свое седалище, достал трубку, подаренную королем Балерном на двадцатилетие Бэйла, засыпал в трубку любимый табак, привезенный работорговцами из далеких Летних островов, и закурил. Дым медленно распростерся по легким Бэйла, принеся некую лёгкость и умиротворение, хотя один эффект от табака отталкивал Бэйла. За полгода этой привычки зубы его стали желтеть, что не особо радовало наследного лорда Амбора. После перекура он достал из сумки кусочек засушенного мяса, которое он уже не мог терпеть из-за постоянного употребления, но другой еды у него пока не было.       Леди Элина появилась только поздней ночью. Она сама оседлала скакуна, надев на себя мантию поверх походного платья, да так, что лицо и почти все тело скрывалось. Её сопровождали почти два десятка человек, среди которых Бэйл рассмотрел белоснежные доспехи сира Дерека Уинслоу, а следовательно и его самого тоже. Она слезла со своего коня, откинула капюшон мантии и подошла к Бэйлу, с вечера смолящего табак: — Лорд Рэндэл. — учтиво поприветствовала Элина Бэйла.       Бэйл недолго думая подошёл к Элине и почтительно поцеловал ей руку. — Моя госпожа, леди Элина, я вроде знаю сира Дерека, а вот остальных нет. Представьте мне ваших спутников. — Это не имеет смысла, лорд Рэндэл, их имена вам ничего не скажут, а следовательно и нам тоже… — Но я настаиваю, я почти три недели вместо того, чтобы вкушать яства со стола короля ехал в Загорье, чтобы от меня таили имена свидетелей нашего разговора? — прервал Бэйл, вызвав этим непонимание и недовольство Элины. — Твоя взяла, Бэйл. Это сир Энтони Блэир, лорд замка Пешт. — Сказала леди Элина, указывая на высокого маститого лорда.       Ему было, на вид, лет тридцать, но его суровые глаза, точнее один глаз, повидали много. — Это сир Эрл Станд, лорд замка Гармыш. Справа от него стоит лорд Эктос Дерроу, а за мной лорд Виктус Правен. Это мои верные советники и помощники в делах, наши союзники, Бэйл. — Каких делах, какие союзники? — напряженно и в тоже время очень удивленно спросил Бэйл, теряясь в догадках о том, что творится в голове у Элины. — Вот как раз по этому поводу мы с вами и встречаемся, мой малыш Бэйл. Родан… Он меня бесит, на самом деле, а этот Бэр дерзок, не воспитан, они два друга, каждой твари по паре в этом мире. — Тогда зачем вы отдали за него свою дочь? — с улыбкой ответил Бэйл, подумав об Антее. — Усыпить бдительность этого крестьянского сына. И пропажа этого Бэра, его друга, не случайна… — Их трое на самом деле. Есть еще сир Родрик Эрган, он, пожалуй, вполне может считаться врагом, вы и сами это знаете. — Я знаю, но моя дочь, сама того не ведая, сдружилась с ним. Родрик к ней привязан, любит её служанку, а потому я предполагаю его переход на нашу сторону.       Бэйл на мгновение задумался. Родрик всегда был человеком слова, но привязан к Антее и Родану клятвами обоюдно. И если станет выбор между ними, он выберет Родана, ибо Родрик жизнь положил на изгнание Гонардов из Загорья, а восстание против Родана вернет власть короля Эрнедона в эти места. От раздумий Бэйла отвлек голос Дерека Уинслоу, разорвавшего ночную тишину: — Леди Элина, вы сомневаетесь в моих навыках? Даже если Родрик будет на их стороне, я одолею его в схватке! — громко и высокомерно заявил сир Дерек. — Глупец, — сдержанно начал лорд Блэир — он непобедим, это гигант, закованный в броню из чёрной стали, владеющий навыками любого боя и не знающий жалости. — А я согласен с Дереком! — сразу же заявил лорд Эрл Станд. — Постойте! — прервал всех Бэйл. — Родрик не встанет на нашу сторону, ибо не позволит впустить роялистов в королевство. На него можно только надавить, и то вероятность мала… Думаю сестра его, Кэтрин, подойдет. И тут мы подстрелим и второго зайца — любящего маковое молоко Дэймона, обещавшего взять Кэт в жены. — Сестра? Кэтрин? Она его слабость, а если на слабое место надавить, то… — — То он взбесится и насадит всех нас на меч или алебарду, как и Винглафа и главу старейшин в Сер-Насте. — Проговорила Элина, резко оборвав слова своего любовника Дерека. — Я, кажется, начал понимать суть. Вы хотите свергнуть Родана, как я понял. Как вы планируете это сделать? — тихо и размеренно спросил Бэйл. — Ну, дочь госпожи знают и любят при дворе, а если это использовать против Родана, когда придет время… — Предложил лорд Правен. — Антея не игрок, она не сможет вести политическую игру, где многое завязано на деньгах, уме и сноровке. — Так поэтому я вас и позвала, вы поможете моей дочери. Вы преуспели при дворе Балерна, преуспеете и здесь. А потом я пересмотрю и своё решение по поводу вашего брака с моей дочерью…       Бэйла застопорило. Ему предстоит учить Антею навыкам в политическом заговоре, лавируя над пропастью, где его ждёт непременная, мучительная смерть. А с другой стороны, Бэйл с малых лет поклялся, что добьётся руки прекрасной Антеи, а такой прекрасный шанс он пропустить не может, попросту не имеет права. — Я согласен, миледи… Когда приступать? — прокашлявшись от уже горчащего дыма, проговорил Бэйл — Хоть сейчас, до Ман-Блу часов десять пути… — Вы хотите сказать, миледи, что чем раньше, тем лучше? — задумчиво пробормотал Бэйл, убрав трубку за пазуху. — Не опаздывай, каждая минута стоит моему кругу общения ограничением действий. Через месяц жду тебя в Маграо.       Лорды стали расходиться к своим лошадям, Элина легко поклонилась и тоже пошла к своему коню. Сир Дерек Уинслоу долго стоял на месте, и, дождавшись момента, когда леди сядет на коня, в конце концов, сказал: — Удачи тебе, лорд Рэндэл! — и тоже пошёл к коню.       Кортеж вскоре скрылся за воротами замка. Бэйл долго стоял на холме, собирая свои скромные пожитки и готовясь к отъезду. Он осмотрел замок Маграо еще раз и поехал прочь…       Ночь. Начал моросить небольшой дождик, который монотонно шел и не думал останавливаться. Стены Ман-Блу, по которым медленно, постоянно меняя факелы, ходили стражники, давали слабое освещение окрестностей. Антея и Клети, новая служанка её, совершали ночную прогулку совершенно одни. Впрочем, двигались они строго по назначенному маршруту к старой мельнице. — Миледи, кто вам написал? — дрожащим от холодного дождя голосом спросила Клети. — Сама всё увидишь… — Ответила Антея, сама не знавшая о человеке, написавшем письмо.       Клети не была дивной красавицей. Её довольно жидкие соломенные волосы были собраны в неопрятную причёску, лицо было усыпано спелыми прыщами, а лоб постоянно блестел от проступающего пота. В чём она преуспела? В искусстве наполнения ванной и массажа для госпожи. Её прислала мать Антеи после того, как Роза, ставшая невестой Родрика, получила от Антеи свободу и право переехать жить в дом к Эрганам. До мельницы оставалось совсем немного — её очертания уже хорошо просматривались сквозь дождливую погоду и легкий туман.       В окнах мельницы было видно небольшое свечение, которому стражники не придавали внимания, ибо у местных жителей в привычке был тот факт, что путники зачастую останавливались заночевать в заброшенной мельнице. Уже через пару минут мельница показалась во всём своём былом величии. Она, пусть и заброшена, но огромна и в своё время была дивно украшена. Идеальное место для тайной встречи. Они спешились и подошли к двери. Дверь мельницы была не заперта, и они беспрепятственно прошли внутрь мельницы. Горел костёр, за счёт чего мельница была ярко освещена, а спиной к ним сидел человек в мантии с капюшоном. Записка от матери Антеи, леди Элины, гласила о том, что их ждёт приятный сюрприз. — Кто тут? — настороженно спросила Антея. — Старый друг… — мягко и с добротой ответил неизвестный человек.       Он встал, развернулся и снял свой широкий капюшон, скрывавший всё лицо. Сюрприз заставил девушку действительно обрадоваться. Человеком в капюшоне оказался Бэйлом Рэндэлом, пусть заросшим и усталым на вид. — Да ну, это ты! — воскликнула Антея и подбежала к Бэйлу. — Конечно, кто же ещё? — сдержанно проговорил Бэйл.       Клети же более сдержано отреагировала на Бэйла, но он, в принципе, сам проявил инициативу, поцеловав руку служанки, которую, как и Розу, знал с самого детства, после чего спокойно обнял её. — А где Роза? Отдыхает? — поинтересовался Бэйл. — Нет её, скоро станет леди Эрган. — рассмеялась Антея, вызвав тем самым улыбку у самого Бэйла, засиявшего при виде своей первой и единственной в жизни любви. — Какими судьбами Бэйл? — проговорила Антея, заботливо убрав засаленные волосы с лица Рэндэла. — Я здесь по делам, от самого Балерна. — Ах, да, ты же теперь его фаворит, ходят слухи, что ты отказался от сана десницы короля. Почему? — Должность десницы забирает последнее свободное время и личную свободу. — сдержанно проговорил Бэйл, вызвав у девушек легкую улыбку. — Ты не женат ещё? — спросила Клети, улыбаясь во весь рот. — Нет, и, вроде, не собираюсь, трудно любить всю жизнь кого-то одного… — сказал Бэйл, посмотрев на Антею, стеснительно спрятавшую свой взгляд. — Ну, так что за дело? — довольно оживленно поинтересовалась Антея. — Тут всё очень запутано, но ты знаешь меня, мою прямоту в общении… — Так что же? — спросила Антея, не подозревая о гнусности намерений Бэйла. — Меня прислали сюда для того, чтобы свергнуть Родана…       У обеих девушек сошла вся краска с лица. Клети стояла, открыв рот, а Антея, немного подумав, влепила громкую пощёчину Бэйлу. Губа Бэйла распухла и начала кровоточить. — Очень тёплый приём, очень… — сказал Бэйл, сплюнув кровь на землю перед собой, немного запачкав ею свои походные сапоги. — Я считаю своим долгом доложить об этом Родану! — громко возвестила Антея, ещё раз ударив Бэйла по губе и щеке, тем самым усилив открывшееся после первого удара кровотечение. — Думаешь, только Балерн хочет свержения этого короля? Если бы не твоя мать, я бы здесь не появился вовсе…       Фраза, сказанная Бэйлом, заставила Антею ежесекундно побледнеть. Она села на лавку и горько заплакала. Клети села рядом с ней и начала её успокаивать. Слёзы капали на платье Антеи, но она не обращала на это внимания. Бэйл же стоял и с сожалением смотрел на это, кровь закапала на его мантию, оставив множество тёмных кровяных пятен. — Зачем, зачем ей это надо? — сквозь слёзы пролепетала Антея. — Родан не тот правитель, который может справиться с этим королевством. Твоя мать считает его ненадёжным и в плане личной жизни, он может и любит тебя, дорогая, но не надолго это. — Не верю! — Ты не хочешь верить! — неожиданно для себя перешел на крик Бэйл. — Бэйл, ты ведь шутишь? Да? — переспросила Клети.       Бэйл молча посмотрел на Клети, дав понять, что ни малейшего намёка на шутку в его словах нет. — Твоя мать и Балерн, с помощью одного нашего сильного покровителя, даже разбойникам платят в надежде на то, что ситуация в Загорском королевстве накалится до предела, а лорды, поняв, что Родан не держит ситуацию под контролем, взбунтуются и станут требовать смены власти. А что будет, если хоть один разбойник расскажет о том, что подвигло его на грабежи и безрассудное насилие? — спокойно задал вопрос Бэйл, рукой пытаясь остановить поток крови. — Ты хочешь сказать, что моя мать служит Балерну? — Да, он обещал помилование и привилегии тем, кто согласится помочь ему. Для твоей матери пути назад нет.       Антея замолчала. Плакать он уже прекратила, но лицо её было совсем красное от слёз. Она не могла проглотить комок в горле, и Клети, поняв это, тихо спросила: — И что же ты нам предлагаешь? — Встаньте на мою сторону, и я обещаю, всю жизнь вы проживёте, как королевы, я найду вам хороших мужей, земли, всё, чтобы жить беззаботно. И ваши родные будут жить в богатстве до конца своей жизни, и умрут своей смертью.       Антея в свою очередь задумалась. В голову её лезли мысли о разных событиях, к которым приведёт предательство. Но мысли о том, что её мать могут казнить за измену, полностью поменяли её решение. — Я, согласна… — Вот и хорошо. — Сказал Бэйл, у которого кровь ещё текла из рассечённой губы и прилично запачкала его мантию. — Бэйл, свержение короля предлагает расправу над его подчинёнными? — сказала Клети, подумав о Родрике и Аэроне, буйный нрав которого нравился Клети с незапамятных времен. — С непокорными — да, но если я подумал правильно о «твоих» подчинённых — то они будут самыми непокорными в этой войне. Если они сложат оружие я постараюсь, я даже готов поклясться и выбить им всем помилование. — Спасибо. — Проговорила Антея, утерев с щеки последнюю слезу и направившись к выходу из мельницы.       Они собрались уходить, но она развернулась, достала платок и приложила его к губе Бэйла. Он обнял её со словами: — Мир? — Конечно. — ответила Антея и прижалась к груди своего самого лучшего друга.       Антея направилась к выходу. Бэйл долго смотрел ей вслед и перед её выходом громко крикнул: — Умей искать друзей, друг…       Она вышла из мельницы. Клети, немного подождав, спросила: — Ты её ещё любишь? — Больше всего на свете…       Клети посмотрела на Бэйла и, попрощавшись, вышла из мельницы…