Девять мгновений лета

Жаркий день вздохнул редким порывом ветра, входя в комнату через открытое окно. Здесь было, пожалуй, самое малоосвещенное полуденным солнцем место в квартале Учих, но Обито этот факт не слишком прельщал. Духота. Застоявшийся воздух. И такая пустыня из окон, что даже смотреть не хочется. Обито перевернулся на спину и повернул подушку более холодной стороной к себе. «А ведь сейчас кто-то сидит в Резиденции Хокаге, работает, обливаясь седьмым потом - вот это и называется преданность родине. А то все заладили – только на войне себя испытать можно, на войне. Не будет никакой войны, помяните моё слово» Лениво облизав пересохшие губы, Обито положил руку на голый живот. - Чем бы себя заня~ть? – протянул он, с выражением крайней неудовлетворенности сдерживая очередной зевок. - Работой, - резкий голос послышался откуда-то сверху, заставляя почти свалиться с кровати. Первой мыслью, пришедшей в голову молодого Учихи, была потенциальная материализация богини Аматэрасу, чтобы заставить его, бездельника эдакого, пойти и что-нибудь сделать. Но нет же, всё оказалось намного прозаичней. В оконном проёме на корточках сидел Какаши и с некоторым удивлением осматривал бардак в комнате. - Нет, ну ты нормальный человек вообще? – начал было возмущаться Обито, восстанавливая прежние позиции на своей «двушке», - нельзя ж так просто в чужой дом вваливаться! - Я войду, - скорее утверждение, чем вопрос, и Хатаке уже вертит в руках первую попавшуюся вещичку с письменного стола. - Нет, нужно было еще немного посверкать задом с моего подоконника. - Не ворчи, лучше ищи футболку - и за мной. Минато-сенсей вызывает. - Ммм, зачем? – поняв, что отмахнуться не удастся, Обито решил потянуть время встречи с бренным миром заоконной Сахары. - Ничего особенного. Хочет похвастаться учениками перед родственниками из забугорья. - Делать мне больше нечего. - Нечего, - кивнул Хатаке. Обито собрал губы в уголке рта, испепеляя сокомандника взглядом. Крыть было нечем. Дальнейшие три минуты проходили в полном молчании. Обито искал в грудах барахла хоть что-то, подходящее под критерий «верхняя одежда» и недовольно сопел, а Какаши, прислонившись к деревянной раме, смотрел в окно. Между веток виднелось едва заметное гнездо, и сейчас птица с синей грудкой носилась к своей супруге, с каждым разом принося новое лакомство. Какаши внезапно окатила волна миролюбия. Вспомнились сытые коты у подъезда, запах выпечки, доносящийся из кухни чьей-то любящей бабушки, старые пластинки, и то самое ощущение, когда тебя ласково треплет за волосы чья-то тяжелая рука. - Ну, я собрался, идём, - Обито улыбнулся, но, не заметив ответной реакции, проследил за взглядом напарника, прищурился. Пару секунд они стояли молча. - Я не видел этого гнезда. - Ладно, идём, - как-то слишком резко отреагировал Какаши, откидывая полупрозрачный тюль. Просто до одури хотелось кого-то обнять, но, черт возьми… Шел первый месяц лета. ____________

В небе синем стая журавлей. Как хорошо на сердце, Что смотрю я на них не один.