if you lay here in these arms tonight

— Сейчас шесть часов утра, ты не получишь никакой водки. Чуя протирает заспанные глаза и тихо заходит на кухню их общей квартиры. Здесь, у стойки, стоит Дазай и наливает себе шот. Услышав голос напарника, Осаму поворачивает голову и фиксирует глаза на Чуе. Они пустые, запавшие и такие, такие холодные. — Мори только что убил Босса. Чуя рад, что он ничего не держит в руках. Иначе бы это рухнуло на пол. Дазай пользуется моментом и отхлебывает из рюмки. Чуя подходит к идиоту за стойкой и выдергивает бутылку из пальцев напарника. — Ты меня что, блядь, не расслышал? — рычит он. Дазай открывает рот, но Чуя хлопает его по губам свободной ладонью. — Да, я слышал, что ты сказал. Босс мертв. Скоро начнется огромное дерьмошоу, именно поэтому в данный момент тебе нужен трезвый рассудок. Дазай слабо улыбается. — Для начала, еще один шот. * Чуя со стуком швыряет рюмку в стену. Дазай вздыхает. — Я приму это как нет, — он опускается на барный стул и подпирает голову рукой. — Господи, как же я вымотался. Я не помню, когда в последний раз спал. — Ну так иди поспи. — Хорошо, хорошо, — уступает Дазай, но не делает никаких попыток покинуть кухню. — Возможно ты прав, Чиби. Если я не позабочусь о себе, я могу просто сжаться до твоих размеров! Чуя не позволяет себе поддастся провокации. Он возвращает водку в холодильник и занимает себя поиском совка и метлы, чтобы подмести разбитое стекло. Его поступок был глупым, но он надеется, что смог ясно донести свою точку зрения. Рука Дазая легко ложится поверх его собственной. — Я могу убрать стекло самостоятельно, Дазай. — Да, но я тоже могу помочь, правда ведь? Чуя фыркает. — Я не уверен, что ты мне как-то поможешь. Иди в постель, — он заканчивает уборку и выкидывает стекло в мусорное ведро. Дазай не уходит. Чуя закатывает глаза и разворачивается, направляясь в свою комнату, когда чья-то рука хватает его за ладонь и возвращает обратно. — Что ты де- — Поспи со мной. — Хах?! Осаму обеими ладонями цепляется за чужое запястье, и тогда Чуя замечает, что его напарника пробивает дрожь. — Пожалуйста, Чуя. Не оставляй меня одного сейчас. Чуя выдыхает, и кладет свободную ладонь поверх рук Дазая. — Хорошо. Пойдем в постель. — Спасибо, — шепчет Дазай. Чуя не отвечает, позволяя тащить себя в комнату. Осаму закрывает за ними дверь спальни, что кажется для Чуи излишним. Они живут одни, только вдвоем, так в чем проблема? Но он никак это не комментирует, пока Дазай не залезает в постель полностью одетый, с пальто и всем остальным. — Ты не собираешься переодеваться? Дазай выгибает бровь, глядя на Чую. — Ты бы предпочел, чтобы я оделся во что-то другое? Чуя плюхается на кровать рядом со своим придурошным напарником. — Я просто подумал, что ты будешь спать в пижаме, как нормальный человек. Если ты не хочешь переодеваться со мной в одной комнате, я могу закрыть глаза или… — Нет, — вмешивается Дазай. — Я не беспокоюсь по этому поводу. То есть, я просто не в состоянии потратить даже секунду драгоценного сна впустую. — Говорит человек, который регулярно не спит всю ночь, — Чуя проскальзывает под одеяло Осаму. — Сними хотя бы пальто. Это действительно не может быть удобным. — Все больше причин уснуть как можно скорее, — отвечает Дазай, но затем драматично сбрасывает свое пальто на пол, прежде чем так же залезть под одеяло. — Доволен? — Да. Ты радикально улучшил мою жизнь. Я чувствую волну серотонина**, прилившую в мой мозг прямо сейчас. Мир прекрасен, солнце и радуга сияют так ярко, что я едва могу… — он останавливается, широко зевая, — видеть. Его прерванный сон возвращается с такой силой, что он едва замечает, как Дазай обнимает его, прижавшись к груди. Дазай, о котором идет речь, должно быть, улыбается, хоть Чуя и не потрудился открыть глаза, чтобы проверить. Он чувствует чужие пальцы, осторожно гладящие его спутанные из-за сна волосы. Эти движения так расслабляют, что Чуя не может точно описать ощущения. Он позволяет убаюкивать себя, прежде чем в его голове всплывает вопрос, слишком важный, чтобы его игнорировать. — Дазай? — Хммм? — Мори теперь будет новым Боссом? Пальцы в его волосах застывают, и Дазай вымученно стонет: — Не напоминай. — И кто тогда будет новым главой комитета? — бормочет Чуя, едва справляясь со сном. — Мори собирается продвигать твою кандидатуру? — Наверное, — соглашается Дазай, и Чуя может поклясться, что тот прижимается губами ко лбу Чуи. Но он не трудится реагировать, потому что ему так, черт возьми, тут удобно. — Как ты и сказал, когда мы проснемся, в порту будет большой переполох, так что давай спать настолько долго, насколько мы способны. Кто знает, может быть мы никогда и не проснемся! — Придурок, — шепчет Чуя, а затем отрубается. Дазай позволяет уголкам своих губ приподняться в быстрой улыбке, прижимая Чую крепче к себе. — Эй, Чуя? — ответа нет. Дазай облегченно вздыхает. — Я просто хотел сказать тебе спасибо. За то, что заботишься обо мне. И я знаю, если бы ты сейчас не спал, то ответил бы что-то вроде «для этого и нужны напарники», но это не то, что я имею в виду, и это не то, чем оно является на самом деле. Я думаю ты и сам это понимаешь. Я не знаю каких-либо других напарников в Мафии, которые спят в обнимку после чего-то подобного. Он закрывает глаза. — Ты слишком хороший для такого, как я. Никогда не меняйся, хорошо, Чуя? Чуя не отвечает. Дазай позволяет себе погрузиться в сон. Вечером, когда они, спотыкаясь, встают с постели, купаясь в лучах заходящего солнца, никто не упоминает о прошлой ночи. В этом нет нужды.