Белый шум против волшебников

«What kind of beer do you like? Heineken?! Fuck that shit! Pabst Blue Ribbon!»

      Четверо новых и особенных, как снежинки, студентов академии оккультных наук вернулись в центральный зал с намерением покушать. Желательно не человечины, подумал Иван. Желательно не с голых тел женщин, как в Японии, подумал Пётр.       За каждым из тринадцати столов для трапез сидело по крайней мере по полсотни человек, непрерывно генерируя какофонический гвалт. У стены чуть возвышался над студентами длинный стол для преподавателей, где помещалось человек тридцать, усаженных лицом к едящим учащимся. Четырнадцатый стол для русскоязычных был малолюдным, к нему Талер и отправила квартет.       — Вы русские, да? — спросил сидящий за столом блондин с зализанными волосами. Остальные люди за столом тем временем шушукались между собой, не обращая на новеньких внимания.       — Служу церкви и царю-батюшке! — ответил Иван.       — Ага, — буркнул Пётр.       — Нет, мы с моей спутницей таки да, — сказала Регина.       — Спутницей? Как жаль, а я уж хотел высказать комплимент вашим пухленьким бёдрам, — разочаровался блондин.       — И слава Аллаху, что вы не высказали. Хотя подождите-ка. Ты высказал.       Белобрысый не сумел открыть рот, чтобы извиниться. Квартет сел за стол, табуреты были мягкие, из убитых животных, если это кого-то интересует.       Блондин вновь зачем-то заговорил:       — Это отдельный стол для русскоязычных студентов, кстати. Меня зовут Дмитрий Малафеев, я увлекаюсь аниме. И всё, собственно, да. А, и ещё мой батя известный развратитель монашек.       — Величай меня Региной. Развратитель… монашек?       — Развратитель. Монашек. Это его хобби, да. По ночам он летает в монастыри и превращает монашек в лесбиянок. Обычно он предпочитает ирландских сестёр милосердия.       — Каким образом он превращает их в лесбиянок?       — Кидается в них фотографиями Хеди Ламарр. Этого вполне достаточно. Правда, они ещё зачарованы проклятием—       — Здравствуйте. Вы едите устриц? — невесть откуда взявшаяся коротковолосая официантка в белом балахоне обратилась к Регине.       — …Да?       — А улиток едите?       — Ну уж нет.       — А мне пофиг, я только устриц пробовала, — встряла в разговор Вероника.       — Прекрасно, — ответила официантка и раздала пришедшим толстенные меню. Нике и Регине она также поставила бокалы и подлила в них красненькую жидкость.       — Это вино? — спросил Дмитрий.       — Вроде как, — ответила Ника.       — Это лишь для членов кружка кройки и шитья, — добавила Регина, положив руку на колено Вероники, которая в ответ взглянула на неё в замешательстве.       — Вы такие хорошие подруги, — вдохновенно подметил Пётр.       Иван открыл меню и у него перехватило дыхание. Столько блюд со всех концов света, хотя концов у неплоской Земли быть не может, в меню обычного ресторана не поместилось бы. Как вообще можно выбрать отсюда что-то одно? Царицын посмотрел на то, как действуют его соседи по столу со второго курса. Они что-то перечёркивали в своих меню указательным пальцем. Иван попробовал чиркнуть своим пушкинским ногтем по строчке «солянка халяльная», бумага вмиг побагровела, несмотря на то, что страницы у меню были заламинированы. Аналогичным образом он зачеркнул спагетти с тефтельками, блинчики с клубникой в взбитых сливках и вишнёвый компот и оставил открытое меню на столе, как сделали второкурсники.       Директор Неврос встал, чтобы произнести речь перед ужином:       — Приветствую. Что же, настало время для первого ужина новых студентов в стенах Академии. Будет интересно посмотреть на их реакцию на наш способ доставки блюд. Предупрежу, кто ещё не догадался: меню с отмеченными в них позициями следует оставить открытым на столе. О да, теперь все это поняли. Да начнётся трапеза.       Он щёлкнул пальцами и свет в зале замигал. Это не помешало Ивану заметить, что из меню начали подниматься столбики пепла, приобретающие очертания заказанной еды и столовых приборов. Через пару секунд блюда приняли натуральный цвет, а освещение вернулось в норму. Супница, две тарелки и стакан, содержащие заказанные Царицыным блюда. Ещё и чашка душистого чая в качестве бонуса! Откуда она тут? Он сделал пару глотков и ему слегка поплохело. Чай чрезмерно травяной.       — Представляю проблемы с логистикой, если бы я заказал больше трёх блюд, — подумал вслух Иван, присосавшись к стакану с морсом.       — Повару по котелку настучали бы, наверное, — предположил Пётр       — На кухне под этим залом работают домовые бесы с минимальным окладом, — ответил Дмитрий.       — Ах, повезло бы им больше с ростом, сношали бы ведьм, — добавила Регина.       — Это шутка? — удивился Иван.       — Я читала, что раньше ведьмы на шабашах совокуплялись с самим Дьяволом и его подданными в грандиозных оргиях. Он ставил ведьмам клеймо, которое было знаком его собственности, и через этот знак бесы пили кровь.       — Ты серьёзно, вы все спите с чертями?       — А я и не знаю, это мои догадки, сделанные по средневековой литературе и книгам Скриво Азенса. К чертям не всех пускают. Но я откажусь, пожалуй.       — Нифига подобного, — вмешалась в разговор Ника, — никаких титек для питья чертями крови на теле не появляется. И отдаваться Сатане не надо.       — Да, напридумывали бреда о бесах всякого. Но насчёт последнего я попробовал и мне понравилось, да, — произнёс Дмитрий и медленно отхлебнул чаю.       Царицын и Ника и несколько второкурсников за столом посмотрели на него в недоумении.       — Но не на оргии, нет.       Пётр был слишком занят бефстрогановым. Регина заедала грибной крем-суп чесночными гренками и запивала красной жидкостью из бокала. Это я отвлекаю вас от того, дети, что в нашей истории оказалось так мало натуралов.       — Можно попробовать глоток из твоего бокала? — спросил Иван Регину.       — Разумеется, вдруг пожелаешь и себе такое заказать.       Иван глотнул алой жидкости.       — Это кровь.       — Это гранатовый сок, Царицын.       Ужин продолжился уже без таких жутко интересных бесед. Иван смотрел по сторонам, замечая российских студентов за другими столами, в том числе и первокурсников. И тут в зал влетел попугай вида голубой ара с листком, который он сбросил прямо на голову Царицына.       — Что там? — поинтересовался Пётр.       — Это тест на определение факультета. Зачем он мне?       В тесте было десять вопросов. Иван наугад ткнул в один из них:       «4. Инквизитор украл у вас сладкий рулет. Какое действие вы предпримете? А. Испарить всю кровь в его жилах, игнорируя опасность быть схваченным инквизицией. Б. Превратиться в опоссума и понадкусать рулет. В. Отнять рулет обратно, отвлекая инквизитора жалобами на крабов-грязевиков. Г. Отнять рулет обратно, отвлекая инквизитора философскими дебатами о схожести иерархии человеческого социума с крабами. Д. Превратиться в объект полового влечения инквизитора и попросить подарить рулет в обмен на фотографии ступней. Е. Купить фалафель».       — Тут даже не написано, какая начинка у рулета.       Ивана не интересовало, к какому из тринадцати факультетов он по-настоящему принадлежит, поэтому он занялся своей главной задачей — шпионажем разведкой. Он начал подслушивать разговоры русскоязычных второкурсников за столом.       — Вы уже слышали, что российские спецслужбы отправили к нам шпионов помладше? — промурлыкала с албанским (что в принципе не может знать Иван) акцентом светлорусая девушка в чёрном кружевном платке.       — Александре Глебовне это должно понравиться, — ответил ей парень с каштановым jewfro.       — Она снова пришлёт родителям шпионов их заспиртованные головы?       — Так это же слух, который она сама пустила по Академии. Как и то, что планируется строительство велодорожек на поляне для полётов.       — А мне выдали карнавальную маску, — похвастался Дмитрий, — интересно посмотреть, как демоны будут студенток оприходовать, да.       — Фу-у-у, никогда до такой мерзости не опущусь, — возмутилась албанка.       — Оно и понятно, на такое решаются только ведьмы с Кроули. Рябинов тот ещё извращуга такие шабаши устраивать, да.       — Опа, суп из моллюсков, типа как в Бойцовском Клубе? — поинтересовалась Вероника у парня с jewfro. Он в смятении раскрыл рот, полный бульона.       Подошла Динара. Она не смотрела на сидящих за столом, простояла как вкопанная пару секунд и забралась на него. И упала, истекая кровью из носа.       — Божечки, так много красненького! — взвизгнула Регина.       Посуда зазвенела и начала левитировать, свет снова замигал, а снаружи послышалось карканье.       — Оно в деревьях, оно идёт! — прорычала Динара и взлетела, со всей дури столкнувшись с потолком.       — Не паникуйте, первый курс, мы трансгрессируем, — заверил охающую аудиторию директор.       Пейзаж за окном залило мерцающим сиреневым светом. Это космос? Нет, дети, космоса не существует, космонавты просто попадают в Ад. Через полминуты сиреневое сияние исчезло, а вместе с ним и невесомость: посуда разбивалась при падении, освещение вернулось в норму, а несколько взлетевших студентов приземлились на ковёр, получив ушибы или, как в случае с Динарой, несовместимый с жизнью перелом шеи. За окном оказался густой лес.       — Мы с Региной отнесём её в больничное крыло, — громко объявила Ника, схватившись за посиневшие ноги Динары.       — С ней всё будет в порядке, не пугайтесь, друзья, — добавила Регина, вернув в правильное положение голову Динары.       Еврейки потащили тело из зала, пачкая ковры и кафель кровью.       — А что с РАНД? Он тоже с Шетландских островов телепортировался? — осмелился спросить Иван у второкурсников.       — Ты не слышал, да? Конторку эту завтра прикрывают. Она только для набора российских колдунов нужна была, да, — ответил Дмитрий.       — М-м-м, спасибо за информацию, — Иван встал из-за стола, Пётр последовал его примеру. Есть что сообщить начальству, но для начала Царицыну хотелось бы выспаться. Ему ещё предстоит проследить, что колдуны сделают с трупом Динары.