Заблокировать двери

**Аэропорт Нарита, Япония, 16:30, полчаса до отправления**

Многие назвали бы это обычным поведением туриста, особенно того, кто никогда не летал на самолете. Однако, как японец ни разу не бывавший за границей, Юичиро мог честно признаться, что был чертовски взволнован этой поездкой. Да что там взволнован, он прыгал от радости, был вне себя от счастья, буквально сходил с ума. Он выглянул в окно, за которым самолет как раз готовили к полету. Краем глаза ему удалось заметить, как работник заправляет его топливом. Если быть до конца честным, то стоит добавить, что он был до смущения счастлив. И на то были свои причины, ведь он собирался провести время со своим парнем, с которым едва виделся из-за работы последнего. Впервые в жизни он чувствовал, что отправляется в настоящее путешествие (пусть только на две недели), чтобы исследовать неизвестное, увидеть новые места и узнать о мире больше. Также у него наконец появился шанс показать, что он не просто какой-то неотесанный болван с наивным представлением о мире (что довольно иронично, учитывая, что он эксперт по международным отношениям) и что скоро он чуть больше узнает о множестве культур, населяющих планету за пределами этого маленького острова. И не просто где-то прочтет, а узнает из первых уст. И не то чтобы об этом стоит упомянуть, но поездка представляла собой полностью оплаченный отпуск, и оплатил все его приемный отец, в качестве вознаграждения за окончание университета. Полностью оплаченный отпуск, где все расходы будут оплачены кредитной карточкой Гурена. Карточкой с ошеломительным лимитом в пять миллионов йен. Той самой карточкой, что сейчас лежала в кошельке и в его полном распоряжении. Да, черт возьми. На секунду он потерял контроль и позволил губам растянуться в глупой улыбке; хихикая как ненормальный, он зажал рот рукой, а на зеленых глазах слегка выступили слезы ликования. Остальные пассажиры, находившиеся рядом с ним в зале ожидания, с любопытством взглянули в его сторону, некоторые даже приподняли бровь. Заметив косые взгляды, Юичиро кашлянул и привел себя в чувство, нацепив менее подозрительное выражение лица. Но вернемся к делу. Как бы сильно он ни любил Страну восходящего солнца, ему хотелось насытить вечное любопытство и познать мир за пределами родины. Это был его шанс выйти из зоны комфорта и увидеть вещи, коих было не найти в Японии. Правда стоит быть честным: за две недели мало что успеешь повидать. Тем не менее он знал, что это будет отличным началом. Но была и другая вещь, которая делала эту поездку еще привлекательней (хоть она и едва началась) — он ехал не один. Он ехал со своим Микаэлой. Впереди у них было множество совместных воспоминаний и, возможно, именно поэтому Юичиро был так безумно счастлив. Он мог просто расслабиться и насладиться временем со своим парнем. Без надоедливых друзей и Гурена, который нещадно его подкалывал. И как вишенка на торте, не нужно было думать о том, что будет по возвращении домой. К счастью, ему предложили работу по специальности, и это всего лишь спустя полгода после начала поисков, а искать он начал еще на третьем курсе. Другими словами, во время этой поездки они оба могли сбежать от реальности и насладиться компанией друг друга. После мучительных экзаменов в университете он наконец заработал долгожданную степень, ради которой так много трудился. Международные отношения были для него ужасно сложной штукой, но, несмотря ни на что, он дошел до конца. Бессонные ночи писанины и вечная зубрежка окупились сполна, и диплом он получил с гордо поднятой головой и сияющей улыбкой. Вспоминая день своего окончания, перед глазами всплывало прекрасное лицо Микаэлы, его полные гордости глаза и ослепительная улыбка, что предназначалась ему одному. Все в его жизни складывалось хорошо и, казалось, счастью не было предела. Пожалуй, единственным минусом был тот факт, что Мика работал в первый день их путешествия. Работал он стюардом на самолете, который должен был доставить их на место отпуска. На том самом самолете, на который он сядет через двадцать минут. Поначалу блондин был, мягко говоря, не рад. Жаль, конечно, но все лучше, чем не ехать вообще, заключил про себя Юичиро. Пусть он и окончил учебу, денег своих пока не было, а Микаэла успел проработать только чуть больше года, так что они не могли себе позволить два билета на самолет (даже если у него была карточка Гурена и немного карманных денег, что он накопил). Единственным решением был «бесплатный» полет в качестве сотрудника авиакомпании, в которой Мика работал. Они решили вместе высадиться в аэропорту Окленда, а оттуда заселиться в отель и начать свое обзорное приключение. Не идеал, конечно, но это было единственным выходом. К тому же, будучи бортпроводником, Микаэле полагались некоторые льготы. Во-первых, ему не нужно было покупать билет на самолет, а во-вторых, не нужно было платить за багаж. О, и он зарабатывал кучу бесплатных милей для их следующей поездки. Какой бы ни была ситуация, а сэкономить деньги всегда хорошо. Естественно, Юичиро и самому это не особо нравилось, но он старался быть оптимистом. Из-за того, что Мика работал стюардом, им едва ли удавалось видеться. Временами он летал по разным странам мира, его не бывало дома целую неделю, и Юи ужасно по нему скучал. Не то чтобы он когда-то ругал его за это. То была часть его работы, и он пытался поддерживать Мику как только мог, особенно когда тот возвращался домой изнеможенным до такой степени, что готов был рухнуть на пол. И тот факт, что сам он в то время был студентом, ничуть не помогал, ведь иногда он не поспевал следить, где находился его парень. Он еще не до конца понимал, что значит быть взрослым, работать и платить за счета, всю жизнь он полагался в этом на Гурена. Но теперь ему выпал шанс увидеть любимого за работой. Ему всегда было любопытно, что именно делает Микаэла в качестве стюарда и, возможно, он радовался не только самой поездке, но и с нетерпением ждал увидеть его с новой стороны. Мика всегда описывал свою работу как «официант в самолете», но ему все равно хотелось посмотреть, пусть блондин и не придавал этому большого значения. К тому же, Мика выглядел неотразимо в своей униформе, в которую входила рубашка с длинным рукавом и строгий жилет, что подчеркивал тонкую талию. Юичиро практически не видел его в форме, так что это была отличная возможность вдоволь поглазеть на своего мужчину. А если у них будет шанс заняться этим на борту самолета (пусть Юичиро никогда и не летал, но слышал истории, учитывая, что его приемный отец был пилотом, который встречался со стюардом). Что же, посмотрим. Он был жутко взволнован самой возможностью. «Осуществляется посадка на рейс 2167 до Окленда, Новая Зеландия. Всем пассажирам просьба приготовить посадочные талоны». Услышав объявление по громкой связи, он взял свои вещи и с улыбкой до ушей встал в очередь перед выходом.

**Воздушное пространство Японии, 20 минут после взлета, 11 часов 40 минут до посадки**

Юичиро сидел ближе к хвосту самолета, сзади оставалось еще рядов пять. Взглянув на экран телевизора впереди, он изо всех сил пытался не смотреть на значок мужского туалета и мысленно потряс головой, прогоняя назойливую идею. Место было для него идеальным, хотя бы потому что оттуда не многим было видно, как он трясся от смеха. Прямо как сейчас, когда Юичиро пытался сдержать радостный смех при виде Микаэлы, что находился от него в нескольких шагах. Он вытянул шею, чтобы посмотреть поверх стоящего впереди сидения, и губы его тут же растянулись в широкой улыбке. Не сводя глаз с парня, он наблюдал, как тот проводит инструктаж безопасности, при этом стараясь держать бесстрастное, профессиональное лицо. Он смотрел, как блондин размахивает руками, указывая, где находятся аварийные выходы. Выражение лица у него, однако, казалось скучающим. Возможно, то были нервы от первого в жизни полета (кстати, в следующий раз стоит быть осторожней, ведь громкое «У-у-у!» во время взлета — не лучшая идея), а может быть, он просто был в восторге увидеть Мику за работой. Как бы то ни было, наблюдать за «выступлением» блондина было чертовски смешно, пусть он и понимал, что не было ни одной разумной причины смеяться про себя так сильно, как он это делал. Кроме, пожалуй, того факта, что за последние пять минут он пытался поймать взгляд Мики и заставить его самого засмеяться. У него даже была забавная рожица наготове, но пока что ему не удалось привлечь внимание парня. Хм… зануда, разочарованно подумал он, по-детски надув губы. Что до Микаэлы, он точно знал, где сидел Юичиро, и по этой же причине старался игнорировать его, как только мог. Зная, каким ребенком был его парень, он был уверен, что тот придумал какой-нибудь план, чтобы разрушить профессиональный внешний вид, который он сейчас пытался сохранить. Юичиро всегда говорил, что у него бесстрастное выражение лица, а последние полтора года работы бортпроводником только ухудшили положение. Но это было его единственной защитой в случаях с проблемными пассажирами, которые часто считали, что могут подзывать сотрудников экипажа, сколько их душе угодно. Разумеется, они заплатили большие деньги за билет и все прочее, так что ожидать хороший сервис было вполне естественным. Несмотря на это, за свою короткую карьеру он мог припомнить немало раз, когда ему хотелось бросить все к чертям и набить морду каждому за их тупые просьбы. А пассажиры, будь они прокляты, могут засунуть свои права клиента куда подальше. Он продемонстрировал, как использовать кислородную маску, поворачивая приспособление в руках, чтобы все могли увидеть, и потянул за предохранитель, прежде чем надеть маску на лицо. Он смотрел прямо перед собой, стараясь избегать взгляда Юи, чтобы не засмеяться в голос и не выставить себя дураком перед всеми людьми. Не сегодня, Юи-чан, твердо подумал он и спустя несколько минут закончил инструктаж, так и не рискнув бросить взгляд на парня, хоть и очень хотелось. Затем сложил средства безопасности в выдвижной ящик и удалился с остальным экипажем.

**Воздушное пространство Японии, 10 часов до посадки**

С начала полета прошло всего два часа, а Юичиро уже маялся со скуки (даже успел убить около часа на сон). Стуча зубами, он снова посмотрел в сторону знака для уборной, а потом отвернулся. Он вполне мог потратить это время на книгу, что захватил с собой в дорогу, послушать музыку на телефоне (а может и найти способ прочистить ухо, которое у него заложило из-за воздушного давления), но через час подают ужин, а он умирал с голоду. Хотя полчаса назад и разносили рисовые крекеры с напитками, аппетит от них только разыгрался. Надеюсь, у Мики все хорошо…, вдруг подумал он, выглянув в окно (учитывая, что он в первый раз летит на самолете, место у окна было как нельзя кстати), и мечтательно посмотрел в ночное небо. Внизу виднелись огни города: то должна была быть Фукуока, согласно карте на миниатюрном экране перед ним, куда он недавно заглядывал. Если подумать, когда Микаэла передал ему бутылку «Спрайта» и пакетик крекеров, он был не в лучшем расположении духа. Он все так же улыбался ему и спросил, как проходит полет, но он вел себя слишком профессионально, и что-то в его голосе выдавало наигранную вежливость. Юичиро хотел спросить его, в чем дело, но по какой-то причине не смог. Более того, тон в голосе Мики словно предупреждал не задавать ему подобных вопросов, если он, конечно, не хотел столкнуться с жуткими последствиями. И это приводило его в полное замешательство. Он даже хотел встать и поцеловать его, чтобы взбодрить. А вдруг нельзя общаться с Микой на личном уровне, пока он работает? Может, ему не полагается со мной разговаривать? Заметив, как он выходит с тележкой еды, Юичиро выдал сочувственную улыбку и, усевшись поудобней, достал мобильный с наушниками, чтобы послушать музыку. Правую ногу он положил на колено и, подняв подлокотник, отклонил кресло назад. Имея оба сиденья в своем полном распоряжении, он мог спокойно расслабиться. Все в порядке, малыш. Ты отлично справляешься. Еще десять часов и мы в Окленде, подумал он, посмотрев в сторону своего парня; с глазами, полными любви и тепла, он еле поборол желание помахать ему.

**Международное воздушное пространство (над Тихим океаном), 8 часов 30 минут до посадки**

— Юи-чан… Юи-чан, проснись, — прошептал Микаэла мирно спящему Юичиро, который облокотился об окно. Он аккуратно наклонился вперед, стараясь не удариться головой о низкий потолок, и легонько потряс его за плечо. Брюнет тут же проснулся. Первые пару секунд он просто смотрел на Мику, а затем лениво улыбнулся, вытаскивая наушники. Он широко зевнул и почувствовал хлопок в ухе, после которого приглушенные голоса остальных пассажиров снова послышались громко и отчетливо. — О! Так вот как ты это делаешь… — пробормотал он про себя, полностью проснувшись, и отложил электронику в карман. — Мика, что случилось? — Прости, что так поздно к тебе подошел, у нас сейчас нехватка рук. У одной из стюардесс сильно закружилась голова, и она отдыхает, — объяснил Мика уставшим голосом. Тем не менее он одарил Юи яркой улыбкой и кивнул в сторону меню, которое лежало в кармане кресла напротив. — О, точно. Так, посмотрим… — ответил Юичиро отчего-то настороженным голосом и быстро оглядел парня, прежде чем глаза зажглись бодростью. — Я буду карри по-японски, салат и мисо суп. Еще один «Спрайт» и… о, клубничный щербет на десерт. — Я так и думал, — Микаэла радостно хихикнул и кивнул. Юичиро расслабился, увидев, как любимый наконец смеется. До сих пор он выглядел чересчур серьезным, и было приятно осознавать, что он был не таким уж уставшим, чтобы не удостоить его искренней улыбкой. И все же их короткого разговора хватило, чтобы понять, что что-то было не так, только он не мог понять, что именно. Он бросил взгляд на Мику — тот как раз наклонился, пытаясь достать поднос с едой, что находился с задней стороны тележки — и сглотнул, внезапно почувствовав, как кровь приливает к лицу. Мика… выглядел хорошо. Он выглядел… отлично. Рукава строгой белой рубашки были закатаны по локоть, чтобы не запачкать. Галстук тоже был поднят, а значок с его именем на левой стороне груди доводил жилет до совершенства. Со всем этим хорошо сочетались серые брюки, а стильные черные часы на левом запястье только дополняли идеальный образ. Другими словами, он выглядел потрясающе. Да что там, Юичиро был смело готов заявить: его парень выглядел чертовски горячо. Было в Мике что-то особенное, когда он носил часы. Брюнет считал, они делали его невероятно сексуальным. Может, дело было в эстетике или чем-то еще, но ему нравился такой образ, особенно в дополнении с великолепной униформой. Если посмотреть на джинсы и серую футболку с толстовкой, что были надеты на нем самом, вряд ли можно догадаться, что эти двое пара. Люди скорее задались бы вопросом, как такой шикарный стюард может встречаться с бедным выпускником? Юичиро мысленно помотал головой, отбрасывая подобные мысли, и попытался сосредоточиться на чем-то другом, пока ждал еду. Отчего-то он вдруг почувствовал себя неловко. — Юи-чан, с тобой все хорошо? — спросил Мика с волнением на лице и протянул ему поднос с едой. — У тебя все лицо красное. — Конечно! Да…! Да, все хорошо, — чересчур радостно протараторил он и, взяв поднос, поставил его на раскладную столешницу. Микаэла посмотрел на него еще пару секунд и неуверенно кивнул. — Если заболит голова или еще что, у нас есть медикаменты, так что не стесняйся, — ласково сказал он, хоть и с ноткой упрека. На этих словах он прошел к следующему пассажиру, оставив Юичиро наедине со своим ужином.

**Международное воздушное пространство, 7 часов 45 минут до посадки**

Карри с рисом были неплохи. Не сравнить, конечно, с готовкой Мики, и порция была смехотворно мала, но от урчания в животе избавиться помогло. И все же было у еды странное послевкусие, которое не перебивал даже вкусный щербет. Потому-то он сейчас и находился в уборной, где беспечно чистил зубы. С левой стороны раковины стоял небольшой рюкзачок для путешествия, который он купил за пару недель до отлета. Он обвел взглядом небольшое помещение, облокотившись рукой о край миниатюрной раковины, и посмотрел на свое отражение в зеркале, все еще держа зубную щетку во рту. А где-то спустя минуту прополоскал рот, ополоснул лицо и вытерся платком, что носил с собой в кармане. К счастью, странный вкус исчез. Да благослови Господь того, кто изобрел зубную пасту со вкусом мяты. Парень уже начал убирать туалетные принадлежности обратно в рюкзак, как его взгляд упал на маленький флакончик, невинно лежащий внутри. Выражение его лица резко изменилось; призадумавшись, он снова огляделся вокруг и с тенью похоти на лице медленно облизнул губы.

***

Одно дело представлять нечто непристойное в голове, и совсем другое действительно предлагать Мике заняться этим здесь, на высоте десяти тысяч километров над землей. Заняться с ним этим… здесь, в туалете. Опасность того, что их могли обнаружить, и запретность самой мысли безумно приглянулись его упрямой натуре, как бы он ни пытался выкинуть ее из головы (а пытался он с того момента, как поднялся на борт самолета). Пусть пространство там и небольшое, хотелось надеяться, что места для двоих было достаточно. По крайней мере, он был готов проверить свою теорию. Нет, нет, нет, долбаный ты идиот! Возьми себя в руки! ругал он сам себя, тряся головой, и с настороженным взглядом заставил себя покинуть мир грез. Было бы безумием сделать подобное. Это была бы… это, черт возьми, была бы публичная непристойность! Нужно посмотреть на всю картину: Мику наверняка уволят, если застукают за этим делом, и даже могут внести в черный список и запретить путешествовать их авиакомпанией! Нет, ни в коем случае! Он ни за что не стал бы рисковать и терять все те мили, ради которых Мика так упорно работал! Так ведь…? Спокойно, дурак, держи себя в штанах! Хотя бы пока не доберемся до отеля, подумал он и решительно кивнул. Он застегнул рюкзак и уставился на свое унизительно красное после таких грязных мыслей лицо. И тут он остановился. Медленно, словно и не было никакого мысленного разговора пару секунд назад, на лице растянулась лукавая улыбка, а в зеленых глазах заплясали бесенята. Без всяких размышлений он расстегнул рюкзак, достал флакончик с маслом и положил в карман джинсов, затем взял вещи, открыл дверь и, приклеив взгляд к полу, направился на свое место. Если бы в тот момент на него кто-нибудь посмотрел, он бы заметил смущенное лицо, что выдавало все мысли.

**Международное воздушное пространство, 6 часов 56 минут до посадки**

Вот уже сорок пять минут Юичиро мучился в нерешительности и за все это время так и не придумал, как предложить свою идею Мике. Честно говоря, он даже не был уверен, хотел ли он вообще через все это проходить. Понравится ли Мике эта идея? спросил он сам себя, перебирая в руке флакончик, что все еще лежал в кармане. Рюкзак был спрятан обратно в багаж, и только неуверенность удерживала его от того, чтобы достать его с полки над головой, убрать флакончик куда подальше и отказаться от этой затеи. А может, рассеянно подумал он, правильный вопрос в том, когда именно ему это предложить? За прошедшие сорок пять минут, с тех пор как он вернулся из уборной, парень дважды поймал Мику взглядом. И оба раза он не выглядел и чуточку счастливым. Юичиро не сомневался, что это было как-то связано с работой. Что-то наверняка случилось, поэтому он выглядел так; казалось, блондин был готов кого-нибудь убить, наплевав на свидетелей. На задворках разума Юичиро гадал, не продолжалось ли это с самого начала полета. Что бы ни происходило с его парнем, это было намного серьезней его собственной дилеммы по поводу того, притворить ли в жизнь одну из своих фантазий. Он твердо кивнул и решил поговорить с Микой как можно скорее, позабыв на время о своей абсурдной идее. Пока не вспомнил о предупреждающем тоне блондина. Удастся ли с ним здесь нормально поговорить…? Черт. Все вернулось к началу.

**Международное воздушное пространство, 6 часов 19 минут до посадки**

Понадобилось еще тридцать томительных минут раздумий, и все же, сидя в кресле как последний трус, он сумел убедить себя, что попробовать стоило, и, набравшись храбрости, встал с места, чтобы наконец перейти к действиям. Если удастся провернуть это дельце, он до конца жизни запомнит его как одно из своих величайших достижений. Стараясь выглядеть как можно менее подозрительным, Юичиро нерешительно отодвинул зеленую штору в поисках Микаэлы. Тот стоял к нему спиной, наливая кофе в пластиковый стаканчик. Выглядел он напряженным, а аура вокруг него была пропитана неприкрытым раздражением. Парень шагнул внутрь и задернул за собой шторку. На секунду засомневавшись, он сделал глубокий вдох и смело двинулся вперед. — Мика… — тихо шепнул он и настороженно выставил ладонь для защиты. Внезапно услышав собственное имя, блондин с широкими глазами обернулся на голос Юичиро и, на время позабыв о кофе, чуть не выронил пакетики с сахаром и сливками. — Юи-чан…! Что ты здесь делаешь?! Юичиро почесал затылок и отвел глаза в сторону, вдруг осознав всю деликатность ситуации. — Я просто… хотел проверить, как ты… — беспокойно ответил он, нахмурив брови. — Я наблюдал за тобой и… не похоже, чтобы ты был в хорошем настроении. Э-это типа наш отпуск, так что тебя можно понять, но… эм… мне кажется, тебя что-то беспокоит, поэтому… если я могу что-нибудь сделать, ну ты знаешь… просто скажи мне и эм… Какого черта он мямлил как идиот?! Микаэла посмотрел на него, а затем устало выдохнул, взгляд при этом вышел немного раздраженным. Темноволосый парень сглотнул, гадая, не сделал ли он чего не так. — Я благодарен тебе за беспокойство, Юи-чан, но ты пассажир, — аккуратно ответил блондин, прежде чем губы приподнялись в мягкой улыбке, а в глазах зажглась признательность за то, что парень за него волнуется. — И мне не разрешается просить помощи у пассажиров. Просто расслабься и постарайся отдохнуть перед посадкой. Я расскажу обо всем позже. — Значит, что-то и вправду не так?! — выпалил он, прежде чем зажать рот рукой, когда Мика жестом показал ему понизить голос. — В чем дело? Все хорошо? — Все нормально, тебе не о чем беспокоиться. — Ты уверен? — Да, Юи-чан, — ответил Мика, голос его звучал ужасно устало. — Но ведь что-то случилось, верно? Почему ты мне не расскажешь? — Долго объяснять. Говорю же, я потом тебе все расскажу, — он выглядел очень скрытным, и Юичиро понимал, что больше ничего из него не вытянет. Тихо вздохнув, он снова почесал затылок, на сей раз смотря парню прямо в глаза. — С тобой точно все будет хорошо? — Точно… обещаю. Как только мы приземлимся, все будет хорошо. — Все же я бы хотел знать, что происходит. — Голос звучал по-детски несчастным, но его это не заботило. — Я все расскажу, не волнуйся. Юичиро неохотно кивнул, снова посмотрел в сторону и засунул руки в карманы, краем глаза наблюдая за Микаэлой. — Что-нибудь еще, Юи-чан? Я должен отнести кофе пассажиру, — сказал Мика, терпеливо дожидаясь ответа. Юичиро в нерешительности закусил губы, прежде чем наконец принять решение. Ладно, сейчас или никогда. Без всяких колебаний он преодолел расстояние между ними и наклонился к уху блондина, чуть сжимая его за бедро. Быстро, как только мог, он шепотом рассказал ему про мысль, что не давала ему покоя с самого начала полета. С каждым словом лицо Микаэлы становилось все краснее, а рука, что держала быстро остывающий кофе, затряслась. Когда парень закончил свой короткий рассказ, он скептично посмотрел на него, все еще жутко пылая. Конечно же, он тоже думал об этом, и не раз! В конце концов, он работал стюардом, да и они, два молодых, здоровых парня, занимались этим не раз. Но сделать это на самом деле?! — Нет, Юи-чан…! Нельзя, ты с ума сошел? — грозно прошептал блондин с широко раскрытыми от удивления глазами. — Что, если нас застукают и меня уволят?! — Ой, да брось, поживи немного! — так же шепотом ответил Юичиро; его уверенность росла с каждой секундой, а губы растянулись в широкой улыбке. — Все равно все спят, и мы никому об этом не расскажем. — Нет! А что, если кто-нибудь постучится, пока мы этим занимаемся? — Тогда я прихвачу с собой рвотный пакет. Притворимся, что одному из нас плохо, а другой ему помогает. Микаэла продолжал сверлить его недоверчивым взглядом, поражаясь, что его другу детства и возлюбленному хватило мужества предложить такое. Этот идиот и вправду все продумал, не так ли? Мика посмотрел ему за спину, чтобы убедиться, что их никто не слышал и, поставив стакан на небольшую стойку, помотал головой, насильно разворачивая Юичиро к выходу. — Нельзя. — Да ладно тебе… — Последний раз говорю, нет! Теперь вернись на свое место. Мне могут оторвать голову за то, что так долго несу этот гребаный кофе. Блондин легонько вытолкнул его из-за шторки, отклоняя все протесты друга.

**Международное воздушное пространство, 5 часов 42 минуты до посадки**

Натянув капюшон на голову, Юичиро дулся, сидя в своем кресле, и переключал телеканалы на небольшом экране. — Глупый Мика… вечно он портит все веселье, — пробурчал он себе под нос и притянул колени ближе к груди, кутаясь во фланелевый плед, и еще раз взбил подушку за головой, делая все тихо, боясь разбудить людей вокруг. План был идеальный, а его парень даже не оценил старания, которые он вложил, продумывая все до последней детали (может, он и перегибал палку, но, черт побери, мысли тоже считались). Все напряжение, через которое он прошел, оказалось бесполезным, и, злобно уставившись на миниатюрный телевизор, он грубо клацнул пальцем по кнопке выключения, смотря на теперь уже пустой экран; глаза все так же были недовольно сужены. Выглянув в иллюминатор, он не увидел ничего, кроме мерцающих звезд и волн Тихого океана внизу. Призадумавшись, он начал считать глупые красные огоньки, что мигали на самолете, подавая сигнал другим воздушным суднам поблизости. С таким же успехом я мог бы поспать… С тихим, разочарованным вздохом он наконец сомкнул глаза в надежде немного вздремнуть.

**Международное воздушное пространство, 4 часа 21 минута до посадки**

Он проснулся оттого, что кто-то резко потряс его за руку, и быстро заморгал сонными глазами, привыкая к полумраку, царившему в кабине экономкласса. Парень взволнованно огляделся по сторонам, пытаясь разыскать нахала, который посмел так грубо его разбудить. Какого хрена… Поток ругательств, который он уже готовился пустить в ход, так и застрял в горле, когда взгляд его упал на склонившегося над ним Мику. Блондин больше не скрывал раздражение, которое пытался сдерживать с начала полета. Юичиро в тревоге распахнул глаза и крепко сжал губы, пытаясь пододвинуться ближе к Микаэле, как всегда, следя за тем, чтобы не шуметь. Он оглядел салон: в паре рядов от него женщина читала книгу, а чуть дальше мать укачивала ребенка, что-то тихонько приговаривая и чуть покачиваясь в кресле. Переведя взгляд обратно на парня, что стоял над ним с угрожающим видом, Юичиро беспокойно нахмурил брови и, взволнованный как никогда, осторожно протянул к нему руку. — Мика. Что слу… Не дав договорить, блондин наклонился к его уху и крепко ухватил за кофту. Юичиро ойкнул, когда тот резко притянул его вперед, и в шоке уставился на любимого. — Встреть меня в уборной с задней стороны кабины, — почти что страстно прошептал он, другой рукой сжимая подлокотник. — Я пойду первым минут через пятнадцать. Мне только нужно поговорить с одним проводником. Когда я зайду, иди следом, как только будешь готов. — Скажи мне, в чем дело, — твердо ответил Юичиро и осторожно огляделся, чтобы убедиться, что на них никто не смотрит, а у самого сердце уже бешено стучало. Большинство пассажиров еще спали, а парочка даже громко похрапывала. Блондин раздраженно вздохнул не в настроении отвечать на вопросы друга. — Самолет садится через четыре часа, у нас осталось мало времени, — резко ответил Мика с горящими глазами. — Ты хотел этим заняться или нет, Юи-чан? — Не когда ты ведешь себя так… Юичиро затих и подозрительно прищурил глаза, пытаясь разгадать мысли в светловолосой голове. Взглянув на него поближе, он заметил, что Микаэла был на грани слез (то ли от злости, то ли от чего другого, этого он понять не мог). Парня немного трясло, кулаки были сжаты. Изумрудные глаза резко смягчились, и обрывки странного поведения Мики наконец начали складываться в общую картину, о подробностях которой его любимый с удовольствием поведает чуть позже. Стараясь не вызывать подозрений, он поднес руку к лицу блондина и нежно провел большим пальцем под глазом. Напряжение в теле немного отступило от такого прикосновения, и Мика медленно повернул голову, оставляя на руке легкий поцелуй. Оба понимали, где находятся, и сцена закончилась так же быстро, как началась, а затем Юичиро прошептал: — Хорошо, встретимся там. Какой будет сигнал? Микаэла вытащил из кармана платок и отдал ему. — Постучись два раза и просунь его под дверью. Так я узнаю, что это ты. Прежде чем их могли заметить, Юичиро согласно кивнул и проводил Микаэлу взглядом, пока тот не скрылся за входом в бизнес-класс.

**Международное воздушное пространство, 4 часа до посадки**

Микаэла зашел в уборную около четырех минут назад. Большинство пассажиров в этой части кабины все еще спали, и за последние часы никто не просыпался. Другими словами, это был идеальный шанс подняться с места. И вот он снова нервничает. Запомни, это будет один из наших лучших с Микой моментов, если нам удастся это провернуть, подбадривал он сам себя, пока внутри него боролись восторг и тревога. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, а по ушам долбила кровь. Сняв кроссовки, он медленно встал в одной футболке и джинсах, оставив толстовку на кресле. В одной руке он сжимал рвотный пакет, второй — держался за спинку кресла, чтобы не упасть. Ладно, сделаем это. Посмотрев в сторону уборной, он двинулся вперед.

**Международное воздушное пространство, 3 часа 59 минут до посадки**

Присев на корточки, Юичиро просунул платок под дверь и немного отпрянул назад. Дверь в уборную незамедлительно открылась, и чужая рука резко затащила его внутрь. Он только и мог, что последовать за хваткой Мики, боясь, что если вырвется, то споткнется и упадет прямо лицом вниз. Как только парень оказался внутри, блондин задвинул дверь и повернул замок, где на красном фоне появилась надпись «занято». Юичиро удивился, увидев Микаэлу уже по пояс раздетым: рубашки с жилетом было не видать. Впопыхах снимая форму, он, видимо, забыл снять часы. Любуясь красавцем, что стоял перед ним в одних штанах и часах, темноволосый парнишка тут же возбудился, а на лице засияла восторженная улыбка. Он уже томился в предвкушении. Не тратя ни секунды времени, Мика прижал Юичиро к раковине, просунул ему колено между ног, и обеими руками обхватил лицо, грубо целуя в губы и наконец высвобождая всю злость, что накопилась в нем за день. Юичиро не сопротивлялся и позволил прижимать себя, чуть приподняв бедра, чтобы хоть как-то усесться на маленьком пространстве, и наклонил голову в сторону поцелуя, стараясь не удариться затылком о зеркало. Сперва они просто наслаждались близостью, соединяя губы, пока их руки бродили по телу друг друга везде и сразу. Микаэла нетерпеливо заставил парня открыть рот, со страстным рычанием схватив его за смольные волосы, так что у парня не было выбора, кроме как сделать, что от него требовали. Он тихо простонал от удовольствия, когда Юичиро коснулся его языка своим. Юи изо всех сил старался ответить на его пыл: он обхватил руками обнаженную спину блондина и сплетал их языки, в то время как желание начинало затуманивать разум. Он старался не создавать много шума и заставлял себя проглатывать стоны, что норовили вырваться, чувствуя, как язык Мики ласкал его рот. Осмелев, он застал стюарда врасплох и сомкнул губы вокруг его языка, нежно и жадно посасывая, пока слюна не потекла по подбородку. Почувствовав приятный разряд тока по всему телу, Микаэла еще сильнее прижал Юичиро к раковине, дыша через нос и наслаждаясь ощущением, которое ему сейчас дарил его парень. Однако, не желая быть лишь пассивным партнером, он резко прервал поцелуй — теперь их губы соединяла лишь тоненькая ниточка слюны, которую он быстро слизнул языком, бросая на парня хитрый взгляд. Смотря на него из-под приоткрытых, небесно-голубых глаз, Мика бесцеремонно схватился за футболку Юичиро и со рвением поднял над головой в попытке снять ее с парня. Справившись с задачей, он кинул ее на заранее опущенную крышку унитаза и снова потянулся к губам брюнета, поворачивая голову под разными углами и одновременно играя с одним из сосков, чувственно сжимая его между пальцев. Юичиро поднес ладонь ко рту и крепко зажмурил глаза, позволяя волнам удовольствия накрыть его с головой. Они только начали, а в штанах было уже тесно. Тело требовало удовлетворения. Стараясь успокоиться, он еще несколько секунд позволял Мике продолжать их пьянящий поцелуй, а потом крепко схватил блондина за плечи, разрывая контакт. Бортпроводник посмотрел на него в замешательстве, пытаясь вновь сомкнуть между ними расстояние, но Юичиро не ослабил хватку. — С-сколько у нас времени? — медленно спросил он низким шепотом, опустив взгляд на грудь Мики и тонкие мышцы его живота, в то же время сдерживая себя, прежде чем они зайдут дальше. — Это не важно. Иди сюда, — ответил блондин запыхавшимся голосом и слегка высунул язык, прижимаясь к любимому. Он схватил Юичиро за затылок и снова заставил замолчать, скользнув языком в рот, чтобы возобновить поцелуй, несмотря на протесты последнего. — Подожди. Ты уве…рен? — хрипло спросил Юи в губы, энергично отвечая на поцелуй и все же стараясь сохранить хоть какую-то видимость разговора (который, честно говоря, был лишним). Оторвавшись от губ Юичиро, Микаэла припал к его шее, оставляя грубые поцелуи на ключице, и снова отправился вверх, до щеки. Он облизнул ушную раковину, нежно лаская мочку, и раздраженно прошептал: — Меня подменят до конца полета. А теперь помолчи! — Но что, если кто-то постучится? Ах…а-а… Ты сказал, у нас мало времени, — выдохнул Юичиро, раскрыв рот в беззвучном стоне, стоило почувствовать, как Мика трется о его пах своим, и крепче сомкнул руки на его спине, слегка царапая ногтями гладкую кожу. Как только блондин начал двигать бедрами сильнее, в глазах защипало, и он ухватился за русые волосы, тщетно пытаясь образумить его. — Ми-Мика…! — Не важно! Эти ублюдки могут подождать! — зло прошептал он, прежде чем переместить губы на грудь Юи. Взяв в рот один сосок, он начал посасывать его с неприкрытой похотью, играя языком с чувствительным местом. А через пару секунд повторил свои манипуляции со вторым, мягко сминая чужие бедра. От жара и желания разум Юичиро пребывал в тумане. Он крепко стиснул губы, не давая громким стонам вырваться наружу, пока грудь покрывали волны наслаждения. Его взгляд был устремлен перед собой, но он ничего не видел: зрачки расширились, а зеленая радужка глаз потемнела до цвета нефрита. Только когда Мика опустился ниже, ловкими руками схватив его за талию, к нему вернулась настороженность, и он опустил взгляд на светлую макушку. Его глаза в ужасе округлились, стоило услышать, как расстегивается ремень. Штаны повисли на бедрах, а потом их и вовсе стянули по щиколотку, оставив в одних боксерах и носках. Флакончик с маслом со стуком выкатился на пол. Заметив находку, Мика подобрал ее и положил поверх футболки Юи, томно посмотрев на парня с широкой улыбкой. — Ты такой милый, Юи-чан, ты это знаешь? — шепнул он, лукаво улыбнувшись, прежде чем запечатлеть поцелуй на ровном животе, а потом снова нагнулся, пока его глаза не оказались на одном уровне с пахом своего любовника. — М-Мика, погоди…! Я не думаю, что у нас есть время на это. Микаэла снова заставил его замолчать, положив руку на выпирающую ткань белья, и бросил на него похотливый взгляд. Юичиро посмотрел на него сверху вниз и покраснел, понимая, что Мика не собирался останавливаться, и намерения его были кристально ясны. Нервно сглотнув, он был не в силах отвести взгляд от глаз, что грозились потопить его в своей синеве. Стянув белье, Мика оставил легкий поцелуй на пульсирующей плоти; глаза его были закрыты, а на лице почти читалась безмятежность. Расположившись поудобней, он слегка обхватил Юи за член и провел языком вокруг головки, двигая рукой туда-сюда. Под натиском ласки орган стал еще тверже и, решительно взяв его в рот, парень начал сосать, переместив обе руки на талию Юи. Пока его пальцы изучали тело парня, тот прогнулся вперед, не сдержав едва слышимый стон. Микаэла продолжал ласкать его внизу и, казалось, совсем позабыл обо всем, что находилось за дверью. Тяжело дыша, Юичиро прислонился затылком к зеркалу и задрал голову, раскрыв рот в форме буквы «о». Из-под полуоткрытых век он смутно различал стыки на потолке маленького помещения. С развратным выражением лица он поймал себя на мысли, что нижняя часть его тела двигается в такт движениям блондина, и он просто не мог себя остановить. Весь мир сосредоточился на теплом ощущении рта его любовника. Черт… как же… как же хорошо! Он чувствовал, как что-то тянет его изнутри, готовясь вот-вот вырваться наружу. Схватив Мику за плечи, он крепко сжал зубы и зажмурил глаза. Блондин почувствовал, как парень начал толкаться в рот еще глубже, и изо всех сил пытался не закашлять, беря его так далеко, как только мог, и просто любовался тем, как его Юи-чан сходит с ума от удовольствия. — Мика… вытащи его. Я сейчас… Но Микаэла, наоборот, держал его крепче, звуки становились громче, стюард все упорней работал языком. Всякий раз, когда блондин вытворял с ним такое, он быстро кончал, как бы сильно это ни смущало. Поэтому Юичиро не слишком удивился, когда через несколько секунд почувствовал приближающийся оргазм. В панике раскрыв рот, он слегка попытался оттолкнуть Мику, но бесполезно — тот даже не двинулся с места. Наплевав на все, Юи кончил любимому прямо в рот, наполняя его спермой, которую парень жадно проглотил, тихо постанывая от соленого привкуса. В голубых глазах зажглось то, что можно было назвать настоящим удовлетворением, ведь он был наполнен своим Юичиро. Облизнув член в последний раз, он наконец отстранился, стирая с губ смесь слюны и спермы, и высунул язык, чтобы подобрать все, что мог. За это время он ни разу не отвел взгляда от зеленых глаз, делая все с бесстрастным выражением лица. Юичиро мог только подивиться его самообладанию. Чувствуя головокружение, он перевел взгляд в сторону, тихо смеясь чуть ли не в истерике. Но прежде, чем он успел что-нибудь сказать, Микаэла уже поднялся на ноги, расстегивая ремень на своих брюках. Его губы выглядели аппетитно влажными, а глаза цвета океана все так же неотрывно смотрели на парня. На секунду Юи стало не по себе, когда взгляд Мики вдруг потемнел и стал голодным. Блондин медленно облизнул верхнюю губу. — Мы еще не закончили, Юи-чан, теперь моя очередь, — сказал он низким голосом; светлые волосы на челке чуть поблескивали от пота, он тяжело дышал от возбуждения. — Повернись. Не дожидаясь ответа, он резко схватил его за предплечье и развернул лицом в другую сторону; голубые глаза потемнели, теперь парни смотрели друг на друга через зеркало. Встав позади, Микаэла подобрал с невинно стоящий флакончик и щедро смочил кончики пальцев, пока брюнет терпеливо за ним наблюдал. Крепко обвив одну руку вокруг талии Юичиро, вторую, влажную от смазки, Мика направил к тугому колечку мышц. Юи зашипел, почувствовав прохладную, густую субстанцию и вцепился ему в руку. Блондин ласкал его еще с пару секунд, а потом скользнул внутрь двумя пальцами, заботливо подготавливая любимого. Юичиро стиснул зубы, сдерживая рвущийся наружу стон, и тяжело задышал от резкого проникновения. Он наклонил голову к раковине, чувствуя, как глаза застилают выступившие слезы, а Мика тем временем медленно и ритмично двигал пальцами, растягивая его как можно больше. Хотелось продлить это ощущение неописуемой боли там, где двигались пальцы. Тихо постанывая, он еще крепче ухватил блондина за руку, держась за него так, словно от этого зависела его жизнь. Решив, что уже достаточно, Мика осторожно вытащил пальцы и поцеловал Юи в плечо, чувствуя, как у него встает при виде последнего таким доступным, бери — не хочу. Он уперся в задний проход любимого и, закусив губу, начал постепенно входить, сантиметр за сантиметром, пока не вошел до конца. На этот раз Юичиро не выдержал и издал низкий стон, прижав руку ко рту, чтобы заглушить звук и тяжело задышал, ощущая парня внутри. По щеке покатилась небольшая слезинка, и он поднял глаза обратно к зеркалу, чтобы посмотреть на Мику; лица обоих выражали смесь похоти и любви, а тяжелое дыхание смешалось в тесном пространстве кабинки. Коротко улыбнувшись, он медленно расслабил мышцы, привыкая, и, закрыв, глаза, наклонил голову набок. Где-то спустя минуту, он одобрительно кивнул. Блондин медленно отстранился и замер на пару томительных секунд, прежде чем снова войти, едва задевая простату. Оба довольно вздохнули. Мика уткнулся лицом туда, где шея Юи соединялась с плечом, и нежно коснулся губами вспотевшей кожи. Микаэла начал медленно двигаться, мягко толкаясь внутрь и смотря на Юичиро в зеркале, где они словно отказывались сводить друг с друга взгляд. Время для них застыло, и они с головой погрузились в занятие любовью, дыша как одно целое, пока непристойные звуки шлепков разносились по небольшому пространству. Крепко прижимаясь грудью к спине друга, Микаэла чувствовал, как недавнее раздражение закипает внутри и испаряется, кружа вокруг, словно невидимый туман. Занимаясь с Юи любовью, он неосознанно выплескивал всю злость, шепча последнему над ухом. — Ненавижу их, всех до единого…! — выпалил он с неким отчаянием и гневом в голосе, все так же двигая бедрами. — Они считают, раз я стюард, так меня можно подзывать сколько вздумается, как какого-то болвана! — Так вот почему… а-а… ты так злился все это время. Пассажир много о себе возомнил? — выдохнул Юичиро, позволяя любимому снять накопившийся стресс. — Как тот мудак с места 13А. Он попросил двенадцать пачек рисовых крекеров, и это за четыре часа… двенадцать пачек! — Мика продолжал свою тираду уже немного охрипшим голосом. — Богом клянусь, надеюсь, у него от этого кишки свернутся! — Ладно… это звучит жутко странно. Думаю, тебе стоит помолчать. Микаэла проигнорировал его, выплескивая наконец всю злость. — Или та идиотка с места 54С. Она хотела, чтобы ее пересадили в бизнес-класс! Даже когда я-а-а-а… сказал ей, что нельзя… и что мест больше нет, — продолжал блондин. — А она пригрозила подать в суд… за то, что ей отказали в «хорошем сервисе». Представляешь?! — Черт… вот сучка! — И я даже не хочу говорить про 43В! В попытке отвлечь любимого от вполне обоснованного негодования, Юичиро повернул голову и вцепился в губы стюарда глубоким поцелуем, переплетая языки, и одной рукой ухватил парня за затылок. Мика не пытался помешать ему, позволяя себя успокаивать, и с тихим стоном целовал в ответ. В какой-то момент был слышен только непристойный звук их извивающихся языков. А когда пришло время отстраниться для вдоха, Юичиро резко отпустил голову набок, прекращая поцелуй, и слабым, рваным голосом сказал: — Пожалуйста… двигайся быстрее… сильнее… прошу. Хочу глубже! Слыша, как искренне его просят, Микаэла потерял над собой последний контроль и ускорил темп, двигаясь равномерно и неумолимо. Такая поза стала немного неудобной, и он приподнял одну ногу, со стуком кладя ее на крышку унитаза, совершенно не заботясь о том, что наступил на футболку Юи. Да…да, вот так! Господи, это потрясающе…! лихорадочно подумал Юичиро. Окутанный страстью, он только и мог, что послушно стоять, пока его тело накрывало волнами удовольствия. Микаэла вбивался в любимого все сильнее, по шее струился пот, а приоткрытой рот застыл в беззвучных вздохах. Парень поднял голову, закрыв глаза от эйфории, и, ощутив прилив наслаждения, начал неистово толкаться внутрь. Он почувствовал напряжение вокруг стояка и взял в руку член Юи, начиная водить пальцами вперед-назад — он хотел кончить вместе. Юичиро простонал от двойного удовольствия и прикусил губу, сдерживаясь, чтобы не закричать. Вскоре оба почувствовали подступающую волну наслаждения, что поднимала их все выше и выше, до тех пор, пока они не достигли того, чего так жаждали. Мика кончил внутрь, крепко зажав глаза и рот; все посторонние мысли исчезли, и он не мог думать ни о чем другом. Юичиро последовал за ним через несколько секунд, упершись руками в зеркало, и приподнял расширенные глаза, чтобы посмотреть на их отражение. Как только они начали теряться в приятном чувстве блаженства, по кабинке разнесся резкий стук в дверь, и оба распахнули глаза, в шоке уставившись в зеркало. Блядь… блядь…! мысленно чертыхался брюнет в нарастающей панике. Нужно было быстро придумать отмазку, и Юичиро уже приготовился ответить, но остановился, почувствовав, как в рот скользнули два пальца. Взглянув на Микаэлу, он удивленно округлил глаза, пытаясь понять выражение его лица: блондин выглядел спокойным и собранным, чуть поглаживая плоский живот любимого второй рукой. — Эм, извините. Долго вы еще там пробудите? — сонно позвал мужской голос снаружи. — Могу я Вам чем-то помочь, сэр? — вежливо спросил Микаэла. Его голос даже не дрогнул, когда он с пустым выражением лица посмотрел в сторону отражения. — Ну, мне… мне тоже надо воспользоваться уборной, так что… — запинался джентльмен, немного взволнованный тем, что разговаривал с совершенно незнакомым человеком по ту сторону двери туалета. — Приношу извинения, но, к сожалению, одному из пассажиров стало плохо, поэтому я не могу Вас впустить. — О-о! Я, эм, простите за грубость… — В бизнес-классе есть еще одна уборная, можете воспользоваться ей, если не возражаете. Кажется, мы здесь еще задержимся. — К-конечно. Продолжайте, — за ответом мужчины послышались звуки удаляющихся шагов. Пока Мика с неизвестным вели вежливый разговор, Юичиро извивал язык вокруг пальцев блондина, пытаясь отвлечься. Посмотрев в зеркале на их неприличную позу, он тут же залился румянцем и отвел глаза. Он не мог удержаться и не сомкнуть губы вокруг тонких пальцев, несдержанно их облизывая. Когда он, наконец, услышал, как мужчина ушел, он выпустил пальцы Мики изо рта, в недоумении смотря на последнего. — Как ты мог говорить с ним так спокойно?! — тихо спросил он, борясь с желанием двинуться бедрами, ведь член Микаэлы все еще был внутри. — Это часть работы, — скромно ответил Мика, беспечно пожав плечами; в глазах блеснула забава, и он снова наклонился к любимому. — Ну и как мы закончим…?

**Международное воздушное пространство, 1 час 36 минут до посадки**

Юичиро закрыл глаза руками и прижал ноги к груди, ютясь на своем кресле (теперь полностью одетый), и, накрыв колени пледом, слушал музыку, отгородив свой слух от остального мира. Он поднял шторку иллюминатора, которую до этого закрыл, чтобы вздремнуть, и выглянул в тихое предрассветное небо. Краем глаза он заметил, как пожилой мужчина ковыляет в заднюю часть самолета, и даже не сомневался, что тот направляется в туалет. Смущенно сомкнув губы, он отказался взглянуть на мужчину, когда тот прошел мимо его ряда, а спрятанные в рукавах толстовки руки чуть тряслись, холодные и влажные. Они пробыли в уборной больше часа. Больше часа! То, что планировалось сделать по-быстрому, обернулось полноценным забегом. Было хорошо… больше, чем хорошо. Это было потрясающе, чудесно, превосходно, да все прилагательные словаря! Это внушало и трепет… и страх. Оглядев салон, он был совершенно поражен, что никто из пассажиров (кроме, может быть, того мужчины, что стучался) не мог знать, что творится в его голове, ни один даже не догадывался, чем он и один конкретный бортпроводник недавно занимались прямо у них под носом! Когда они закончили прибирать за собой и одеваться (рубашка и жилет Мики были аккуратно сложены в шкафчике), Юичиро вышел первым с высоко поднятой головой. Его футболка была измята, и кое-где виднелось грязное пятно от обуви. Несмотря на то, что они сделали, он мог выступить против целого мира (также известного, как пассажиры). Парень был готов к последствиям их занятия, потому что, черт побери, это был лучший секс в его жизни, и он не позволит какому-то незнакомцу, которого может больше никогда и не увидит, испортить момент. Он был готов к встрече с любыми последствиями. Только вот их не возникло… вообще. Потому что в то время, как они с Микой сносили друг другу голову, ни единая душа в кабине не проснулась. Мир внутри самолета все это время спал. Все, мать его, время. Юичиро улыбнулся, пряча довольную улыбку в ладони, и с мальчишеской гордостью в глазах продолжил смотреть в окно. Говорят, вступив однажды в «Мильный клуб», остаешься в нем на всю жизнь. Да у нас с Микой не просто пожизненное членство… у нас гребаный VIP-пропуск.

**Аэропорт Окленда, Новая Зеландия, 9:19, примерно 85 минут после посадки**

Микаэла вышел из уборной, избавившись наконец-то от своей униформы. На нем была синяя рубашка с подвернутыми по локоть рукавами и джинсы, на запястье красовались неизменные часы, а из обуви он предпочел удобные кроссовки, шнурки на которых он сейчас и наклонился завязать. Иными словами, он выглядел совсем обычно. Юичиро сидел на скамейке неподалеку, в окружении багажа, и с головой погрузился в путеводитель, который будет служить им источником информации последующие две недели. Подойдя к парню, Мика подал сигнал, что можно идти. Весь путь до выхода из аэропорта, где они собирались взять такси, прошел в молчании. Они не разговаривали с тех самых пор, как покинули кабинку туалета, и Юичиро все еще вел себя немного застенчиво после их шалости. Случись это в любое другое время, он бы не стеснялся начать разговор, но зная, где они занимались этим несколько часов назад… уму непостижимо. Это было нелепо, ведь перед ним был его парень, его друг детства, человек, которого он знал со времен детского дома! Он понимал, что не было никаких причин стесняться или волноваться. В конце концов, они столько раз занимались этим до этого; а что до случая в самолете — их же не поймали. Все было прекрасно: он наконец-то претворил в жизнь одну из своих фантазий, а Мика смог снять стресс, вызванный капризными пассажирами. Все хорошо, что хорошо кончается, верно? И все же он понятия не имел, что ему сказать… пока над головой не зажглась лампочка. С ярким выражением лица и радостью в глазах он переплел их пальцы и выдал блондину широкую улыбку. — Так… что ты там говорил про 43В?