Улыбающийся смерти

      Однажды я не знал как это быть свободным, но в один день осознал.И помогло мне в этом моя жизнь, а если быть точнее, то её анализ.Она была жалкая, мерзкая и до боли отвратительная мне.В ней нет ничего хорошего, каждый день я проговаривал себе это, но мне лучше не становилось, а наоборот только хуже.Я отвергал её, но в конце концов смирился.Ребёнок, мечтавший улететь, так и не взлетел.Эта фраза прочитана мной в детстве отражала полностью всю её суть.       Надо мной с самого детства издевались, а моими обидчиками были, никак иначе, как мои родители, но они были в этом не одни.Они всячески упрекали меня за мои ошибки.Хоть эти ошибки были мелкие и ничем не приметные, но им было всё равно глобальные они или же нет.Для них важнее всего было одобрение общества, а для этого мне приходилось изображать на своём лице эмоции, которые доставляли им удовольствие.Кроме них была ещё сестра, которая только и делала, что утешалась и радовалась тому, что она не на моём месте.К счастью, её не трогали, но это счастье было только для неё, а не для меня.Она пыталась всячески угодить родителям, в такие моменты она была противная как змея: мерзкая, лживая и вонючая.Я так её и называл, но только у себя в голове, безусловно.       Мои издевательства дома и в школе продолжались каждый день, в итоге: послушность, терпение и не пререкание, на которые были возложены мои надежды исчезли.Да-да, это было не только дома, но и в школе, но меня это ничуть не удивляло.       Вопросы, возникающие в голове, не исчезали, а наоборот прибавлялись.«Я что-то сделал не так?»,«Почему это происходит со мной?», но ответов для них не нашлось, как и для последующих.       На моё 10-летие они устроили мне праздник, но только на глазах гостей, которые пришли к нам неожиданно, и конечно же, моих родителей это не обрадовало.Они и моя сестра пытались им угождать.Каждый играл свою роль в спектакле мать: заботливую маму, любящую жену и замечательную домохозяйку, а ещё роскошную женщину, которая знает себе цену. Отец же играл: крепкого, сильного мужчину, с которым можно провести хорошо время, он ещё мог и финансово поддержать особенно как раз эта черта всеми была так любима.Ну, а сестра же в свою очередь выступала в роли послушной и умной дочки.Гости не видели их настоящих лиц, но и не могли, потому что они искусно играли свои роли.Эта игра изматывала их и выводила из себя, поэтому при завершении спектакля они показывали себя во всей красоте.Естественно, что от их недовольства получал я.Сестра в такие моменты исчезала из их поля зрения, а я, к досаде, нет. Ситуация, образовавшаяся в комнате, нарастала, достигая своего пика.И это не могло меня радовать.После мне пришлось выдумывать историю, в которой я получал гематомы, синяки, шрамы и ушибы.Я понимал, что это необходимо для меня самого, поскольку их стало бы больше.Мне приходилось врать, чтобы моя «идеальная семья» выглядела ещё идеальней, чем раньше они представляли себе.Мои родители купили для этого даже мне друзей, так как у их сына они обязаны быть, но на деле нет.       Мои псевдо-друзья тоже играли свои роли для спектакля, но никто не замечал этого, кроме меня, конечно же.Я даже не мог с ними встревать в драки, поскольку это было неподобающе для меня, а вот как раз они могли.Этим они и занимались ежедневно, после занавеса или во время антракта.У меня было несколько причин, которые не давали мне возможности дать сдачи.Во-первых, это поведение не подобало мне.Во-вторых, об этом могли узнать мои родители, а мне этого не хотелось, поэтому приходилось терпеть, кроме того, была ещё третья причина — это моя физическая слабость.Она выводила не только меня, но и родителей, потому что постоянные объяснения людям о моем физическом состоянии сильно напрягали их.Они из-за этого отдали меня в секцию боевых искусств.В самом начале я их терпеть не мог, но со временем полюбил.       Занимаясь, я чувствовал прилив сил — мог свернуть горы, но это было не так.Кроме того, приходилось целыми днями сидеть над книжками и зубрить.Мне давали заучивать, то ли предметы на 2 класса, то ли на 3 выше, а они превосходили мою параллель, само собой разумеется.Благодаря этому я перескакивал на несколько классов вперёд.Моя успеваемость очень волновала их, поскольку была в приоритете.Они усердно контролировали её, поэтому не допускали ни малейшего ухудшения.А если она снижалась, то мне не предвещало это ничего хорошего.В худшем случае меня морили голодом, а в лучшем ничего, поскольку его и не было.       Больницы стали для меня неотъемлемой частью жизни.Мои родители врали врачам, а те верили в их бред, который оправдывал моё пребывание в больницах.Пожалуй, единственным местом, где я мог отдохнуть от всего — это кладбище, на котором был похоронен мой пёс по кличке Амико, что с итальянского означает друг.Он то и был моим настоящим другом, а не эти продажные шкуры, которых купили мои родители.Они невзлюбили Амико, поскольку для них он был всего лишь шавкой подобранной мною на улице.На дворе было лето, когда я его подобрал.Он был ещё щенком, которому было едва ли 2 месяца.Амико с его тёмно-серыми глазами и с пепельной шерсткой сразу же приглянулся мне.Он был превосходным псом и другом, которому цены нет.Конечно, это было только для меня.К сожалению, он не прожил у нас долго, а способствовала этому моя любимая сестра, разумеется, в кавычках.Удивительно, что это она поспособствовала, а не родители, но это не играла уже роли.Я винил себя в его смерти, так как: придя, я домой чуть быстрее, успев закончить задание раньше и не оставшись ещё на пару минут позже в школе, то его можно было спасти, но, увы, этого не произошло.       Амико жил у нас дома по одной причине — это соседи, которые любили лезть, куда не просят.Они заметили щенка, когда я пытался отнести его туда, где он сможет жить.Я не хотел, чтобы он жил вместе с моей «обожаемой» семьей, поэтому нашел заброшенный сарай, который стоял возле электростанции в двух кварталов от дома.Мне оставалось дойти совсем малость, но, как нарочно, они оказались неподалёку.И стали засыпать вопросами, вдобавок, к этому поминутно трогая его.Я с трудом успевал отвечать на один — за ним летел следующий.К счастью, или, к сожалению, на встречу ко мне приближалась сестра, улыбаясь — торжествуя свою победу, но ею там и не пахло.Она и не смогла её одержать, поскольку прессинг соседей оказался сильнее, чем она себя представляла.К досаде, для самой себя угодила в капкан с вопросами.Я и смеялся, и потешался, и ликовал над этим, но только в голове.Она стреляла несколько раз взглядом, когда пыталась найти поддержу во мне.На первый её выстрел я не откликнулся, чем вызвал мимолетное недовольство у неё на лице. Я решил ей помочь как-никак старший брат для неё, но только спустя пару выстрелов.Соседи расспрашивали нас долго, но, в конечном итоге, сами от этого устали, поэтому освободили из своего капкана, в который сами угодили.Вслед уходящим соседям мы махали руками и улыбались.Я вместе с сестрой выжидал, когда они испаряться с поля зрения, как вода под палящим солнцем.В конечном счёте, мы дождались этого и ликовали, но недолго, поскольку нужно было возвращаться домой.       Сестра заметила Амико с самого начала, но не обратила на него внимания из-за соседей, которые втянули её в капкан с вопросами.Я с трепетом держал его на руках, так как боялся навредить ему.Он был укутан в мягкое полотенце, которое я нашел дома.Первым делом она накинулась на него, а затем начала подкидывать вверх, словно резиновый мячик. «Перестань!» — я крикнул, пытаясь забрать его обратно.Притянув его к себе, она сказала: «Не отдам, потому что он мой!» — и высунула язык. Я ещё сильнее пытался его забрать, но она уклонялась от меня.В итоге, из-за этого она уронила его с рук.Он упал на асфальт и жалобно пискнул.Я подбежал к нему и взял на руки и прижал его аккуратно к себе.Я повернулся к ней и выкрикнул со всей злости: «Дура!».Услышав это она произнесла с недовольством: «Что!».Само собой, она не остановилась на своём «Что!», поэтому продолжила своё возмущение.«Как ты посмел мне это сказать!» — выкрикнула она с оскалом.«Ты знаешь, что с тобой сделают родители узнав это? — и добавила с ехидным выражением лица.- А они узнают, потому что я скажу им».Я сидел и выслушивал это до тех пор, пока не услышал последнюю фразу.У меня мгновенно и у самого появился оскал.Оскалив зубы, я снова укутал Амико в полотенце, а после аккуратно положил в сторону.С каждым этим действием я всё сильнее сжимал зубы.Рванувшись с колен, я устремился к ней и со всей дури врезал ей в лицо.Она не удержалась и упала всем телом на асфальт.Я сел на неё сверху и тем самым прижал к земле, чтобы она не смогла встать.После я замахнулся на неё кулаком и начал бить.С каждым ударом я менял одну руку на другую.И с каждым моим ударом её лицо всё больше заливалось кровью.Увы, это длилось недолго, поскольку она изо всех сил протянула ко мне руку и схватила за лицо, не давая дышать.Я схватил её руку и оттянул в сторону, а она этим воспользовалась и ударила меня кулаком в ногу.Мне пришлось приподняться от резкой боли, чем она снова воспользовалась.Сестра отодвинулась назад и пнула меня ногой в живот, а затем резко встала и побежала в сторону, но я быстро оклемался от удара и побежал за ней вслед.Она не смогла далёко убежать, потому что я схватил её за косу.Я потянул её к себе — она закричала.И я уже замахнулся рукой, и вдруг в какой-то момент почувствовал ею чью-то сильную и холодную хватку.Я удивился этому, поскольку не ожидал.«Что здесь происходит? — прозвучал за моей спиной голос и прибавил. — Попытайся мне объяснить это».После этих слов меня бросило в холодный пот, потому что этот голос принадлежал моему отцу.Я отвёл взгляд в его сторону, но не видел его из-за спины, а поэтому отвёл обратно.«Что это ты тут делаешь, а?» — добавил он.«Я-я это», — заикаясь от страха, я ответил ему.На моём лице в этот момент появился ужас.Я открыл рот в надежде, что-то ещё сказать, но слова исчезли.Тело дрожало, словно струна.И слёзы проступали на глазах.Я уже начал думать, что мне сделать или сказать, но сестра меня опередила.Она закричала во весь голос: «Это не я, а он всё!».В этот момент моё сердце сжалось от боли и страха, и я посмотрел в её сторону.«Я возвращалась домой и увидела, что он издевается над щенком, а я не могла пройти мимо, поскольку очень люблю животных и я стала защищать щенка, — она яростно говорила это, что аж слюни разлетались по сторонам, — но он не слушал ничего, что я ему говорила и накинулся на меня с кулаками, и начал избивать, а потом вы пришли мам, пап и это всё правда, честно».После этих фраз мои слёзы устремились вниз по щекам.Мне стало больно оттого, что у меня есть сестра.С её слов я понял, что не только отец был там, но и мать, и я чувствовал это, а именно её пронзительный взгляд.       Яростные оправдания сестры вызвали внимания у мимо проходивших людей, которые обратились к матери: «У Вас всё в порядке?».Может другие этого не заметили, но в тот момент у неё глаза кипели от злости и она повернула голову к ним, и ответила: «Всё хорошо, спасибо, что спросили».Тогда она лице изобразила искусственную улыбку, а повернувшись обратно цокнула зубами и направилась к сестре.Она наклонилась к ней и с убийственным взглядом посмотрела на неё, а потом схватила сильно за руку и сказала: «Возьми эту чёртову шавку, потому что мы сейчас возвращаемся домой!».У сестры на лице появился страх от этого.Они уже устремились идти домой, а я стоял и понимал, что мне достанется больше всего.Я смотрел в обратную сторону от них, но вдруг отец обратился ко мне: «Ты идёшь или как?».Его вопрос звучал холодно и я ответил с безнадежностью: «Иду».Всю дорогу назад мы возвращались в тишине, а в воздухе из-за этого чувствовалась мерзкая атмосфера.Когда мы вернулись мать набросилась на сестру крича на неё: «Что это ты устроила на улице, а?».Та сжалась, а я стоял в стороне и наблюдал за происходящим.Мать продолжала на неё давить, а сестра стала снова винить меня.В результате, в порыве злости мать дала ей пощечину.У сестры на щеке остался красный след от удара, что делало её лицо ещё краснее не только от него, а и от крови.На глазах проступили слезы, и она прижалась к полу и начала умолять её не бить.«С твоим братом я разберусь не переживай», — после этих слов она направилась ко мне и начала расправу.Отец же ушёл к себе в кабинет, но, разумеется, перед этим спросил у матери «Не нужна ли помощь?», но та отказалась, потому что могла справиться и сама и сказала ему идти заниматься своими делами.Сестра плакала, но не из-за того, что меня бьёт мать, а из-за пощечины, потому что та не ожидала этого.Когда мать закончила своё дело она ушла к себе.Всё это время Амико лежал на полу подальше от всего этого, а сестра сидела и ревела — трубу прорвало.Я едва ли встал и подошёл к ней из-за побоев, и присел на корточки перед ней, и посмотрел на неё.У неё было всё лицо заплаканное в крови, а тело её дрожало.Я посмотрел ей прямо в глаза и с холодным взглядом сказал: «Добро пожаловать, в мой мир, сука!».Я встал и подошёл к Амико, и взял его на руки, и ушёл к себе в комнату, а она так и осталась сидеть с удивлённым лицом на полу.