«Your Germany»

Юнги работает над графиком, который ему отдал его статист. Кривая плывёт перед глазами. Он так устал. Дни слились в один, а ещё сегодня, после вчерашней пьянки, его мучают воспоминания. Воспоминания не о том, как он с кем-то классно развлекался и не о том с кем провёл неплохую ночь, нет, он помнит только… Чимина. Странное дело, но происходит что-то с его головой, если он видит лучшего друга, лучшего друга АЛЬФУ в совсем не альфьем обличии. Пак всегда был достаточно миловидным и привлекательным, ребята часто по этому поводу его стебали… Но вчера он был по-особенному «женственным». Юнги видит перед собой губы Пака, глаза, обрамлённые длинными ресницами и задницу, которую так круто обтянули джинсой. И всё это про чёртого Пака. Он начинает отчётливо чувствовать своего дружка, который с какого-то хера встал на эти мысли. Сколько бы с утра Юнги не старался думать кому бы всё это могло принадлежать, чётко вспоминает только его. Но он ведь альфа. Лучший друг. Он его БРО! Юнги мысленно бьёт себя по лицу и обещает никогда больше не пить. Ещё спустя какое-то время, Юнги устаёт от желания спустить, член не на мгновение не давал о себе забыть. Он встаёт и выходит из кабинета, направляясь в туалет. Заходит в кабинку и спускает брюки вместе с трусами. Юнги, думая о губах, глазах, заднице одного конкретного и блядского, обхватывает ладонью, налившийся кровью, член и его ведёт. Быстро надрачивая, он держится за ручку дверцы кабинки и шепчет «ну же, давай». Представляет теперь всего Чимина, который улыбается и облизывает свои губы. Ненормальное, внезапно появившееся влечение к другу подбрасывает образы с ним, танцующим среди потных тел. Кто бы что не говорил, но Чимин всегда был очень гибким парнем. Пусть и сам старался отрицать, особо не проявлять… Но был один раз очень пьяным и проспорившим желание, танцевал на барной стойке, виляя бёдрами, неплохо так выгибаясь. Юнги вспоминает одну из волн, которая особенно засела в голову, и кончает. Он прикрывает глаза, осознаёт весь масштаб пиздеца, охуевает. Натягивает вещи, поправляет ремень и уже собирается выйти, как слышит имя того, от чьего образа постыдно кончил пару секунд назад. -Пак, ублюдок!! Эта сучка! Достал со своими отчётами, докладами… Айщ, он младше меня на шесть лет! Альфа в жёлтой рубашке бьёт не в чём не повинный туалетный столик и ругается. -Эй, ну ты чего? Ты ж, правда не по форме заполнил прошение… Он указал на твои ошибки, успокойся. -Нихуя, вот почему ему двадцать три, а он уже за руководительским столом? А?! Эта блядь, он даже на альфу не похож. Я уверен, что его из верхушки просто кто-то потрахивает. -Не неси чушь, да, он достаточно смазлив и молод, но это не значит, что… Ну сам подумай, тот же руководитель Мин Юнги. Ему ведь всего 24, а он уже управляет. -Нет, ты послушай… Этот Пак, он не тот, за кого себя выдаёт! Пойми, я со столькими омегами жил, я стольких перепробовал и … -Ну и что?! Хочешь сказать, что руководитель Пак омега? -Альфы так не выглядят: стройные ноги, бёдра широкие, смазливый и этот его одеколон… Тебе не кажется стрёмным, что со времён стажировки он его ещё ни разу не сменил? -Кстати, да… В этом ты прав, от него иногда так сладко пахнет… Банан? -Хмм, я такой не один значит. Я вот думал, что у него просто омега постоянная есть. Но с учётом того как часто он меняет секретарей и помощников… Я совсем запутался в нём! Может, подавители? -Слушай, ну а не пофигу тебе, а? Ну даже если и не альфа, с его приходом у нас всё только лучше. Мы стали успевать больше и не знаю, как тебе, а мне подняли зарплату в два раза. Поэтому, можно и потерпеть его замечания. Не думаешь так? -Уф, ну тут ты, конечно, прав. Просто он иногда совсем себя по-блядски ведёт, докапывается до любой запятой! Ты видел его зад? Бля, я дико надеюсь, что он омега на подавителях… Иначе, я гей! -Да закройся, фу. Забей. -Ладно, пойдём. Мне ещё отчёт этому недоальфе сдавать, - уже более мягким тоном. Они вышли, успокоившись, но вот Юнги… У него от мысли, что Чимин, их ЧимЧим, омега, голова кругом. Он всегда только в шутку Пака стебал, старался задеть. Да и Чимин так злился мило, что… Мило. Мда. Юнги идёт мыть руки, смотрится в зеркало и видит свой взгляд, такой шальной и возбуждённый. Пак омега. Он же, правда, дико похож… Да, спит с омегами, да ведёт себя как самец, но и то что говорил тот в жёлтом, отрицать сложно. Банан? Пахнет бананом… Юнги поправляет волосы и галстук, но всё-таки две пуговицы расстёгивает на рубашке. Он хочет уйти обратно работать, чтобы забыться и не думать над тем, что только что произошло. Но вместо этого ноги несут его в отдел стратегического планирования. На пути с ним все здороваются, и он видит этих двух из туалета около кулера. Видит секретаря Чимина, который только вышла из комнаты отдыха. Юнги смотрит на её потрёпанную одежду, на распущенные не по уставу волосы и опухшие губы. Всё-таки он альфа. Торжествует про себя Юнги. Думает, а потом видит, как из этой же комнаты выходит Чимин. Видит его и резко передумывает. Он видит омегу. Не альфу точно. Чимин выходит в чёрных брюках, которые так охуенно его ноги обхватили, являя миру бёдра и округлую задницу. В чёрной рубашке, заправленной в брюки и показывающей его тонкую талию. С такими же пухлыми губами и слегка растрёпанными волосами. Будто омега с омегой… Юнги видит, как он склоняется над каким-то альфой, сидящим за компьютером. Пак опирается руками о стол и заглядывает к нему в монитор. Пак смотрит, кусая губу, и о чём-то просит. Видит, как сотрудник что-то отвечает и смотрит снизу вверх на него. Чимин улыбается ему, хлопает по плечу. Выпрямляется, смотрит по сторонам: как-то интересно хмурит лицо и принюхивается. Принюхивается, а потом поворачивает голову точно на Юнги, который стоит всё ещё в дверях. -А, хён! Хён, я как раз к тебе собирался. Чимин улыбается, подбегает, хватает за руку и тащит в свой кабинет. По дороге о чём-то трещит, но вот Юнги его почти не слышит. Юнги принюхивается к Паку, но чувствует только шлейф от его секретаря. -Эй, Мин, ты чего как замороженный? – Чимин видит перемену в друге, но принимает не на свой счёт. – Наверное, ты всё ещё со вчерашней пьянки не отошёл, да? Пак втаскивает Юнги в кабинет свой и закрывает дверь, предупредив к себе никого не пускать. -Хён? - Чимин так и не дожидается ответа, всматривается в глаза Юнги и начинает переживать. Что же с его хёном? Почему он такой дезориентированный? Он теребит немного альфу за плечо и хлопает по щеке. -А? Да, Чимин ты чего хотел – то? – Мин вздрагивает и отталкивает его. -Эмм, ну да, - Чимин всё ещё всматривается в глаза альфы, его тревожит самочувствие старшего. – Кхм, по поводу рекламной компании к нашей общей проблеме. Нам мне подкинул идею, он сказал, что можно использовать в рекламе беременных женщин или детей, что гуляют рядом или ходят сделать ключи, например, в каком-нибудь из офисов… Ну, знаешь, абсолютно безобидное место со своими павильонами. И ещё можно учителей, врачей… Ну, ты понимаешь? А Юнги смотрит на него и ничего не понимает. Он только чувствует. Чувствует этот предательский стояк в штанах, который подёргивается от голоса Пака. Юнги раньше, чем думает, тянет руку к его волосам и поглаживает их. Чуть зарывается пальцами и проводит по всей длине светлой шевелюры. -Эй, эй, бро! Ты чего?! А Юнги убирает руку от волос и подносит её к носу, принюхивается… Банан. Пахнет бананами. Совсем немного, почти неуловимо, но есть. Запах есть. -Чимин, давай по-чесноку, у тебя давно омега есть? – видя, не понимающий взгляд друга, Чимин выгибает бровь. Сексуально так. Хотя, кажется, что он теперь всё делает таким образом. -Какая омега? Я холост, чувак! -А… да? Ну ладно тогда, я пойду. -А как же проект, Юнги? -Чимин, давай не сегодня? У меня что-то голова кругом… надо отдохнуть. -Давай провожу я теб… Но Юнги уже вышел. Не дослушав. Впервые, не дослушав Чимина. Пак в задумчивости садится за свой стол и прокручивает в своей голове весь диалог с хёном, стараясь уловить тот момент, с которого всё пошло не так. На деле он понимает, что Юнги изначально себя ведёт странно: обычно он не мнётся у дверей отдела, а сразу проходит в кабинет к младшему; не навещает Пака в рабочее время (этим только Чимин грешил); никогда не смотрел так заискивающе и никогда не… Боже! Чимин дрожащими руками тянется к волосам и пару раз проводит по ним, подносит к носу, принюхивается. Теперь он понял, почему Юнги спросил про пару… Волосы альфы пропитываются запахом омеги, если они истинные. Но Чимин сказал, что нет у него пары. Понятно теперь замешательство друга. Юнги, может, на основаниях альфы и не знает, но ещё волосы альфы пахнут омегой, если этот альфа и есть омега под подавителями. *** Юнги сидит у себя в офисе, смотрит на свои руки. Они трясутся. Он чувствует ломку, которая охватывает каждый участок тела. Он так сидит уже сорок минут. Сидит и смотрит на свои пальцы, которые всё ещё пахнут бананом. Запах почти неуловим, но Юнги его ощущает. Он боится снова понюхать. До этого, он шёл к своему кабинету, после встречи с Чимином, и обнюхивал каждый палец на своей руке. Делал вид будто нос чешет. Но на самом деле жадно вдыхал запах омеги. Он помыл руки, но запах остался, а в голову пришла шальная мысль попробовать. Попробовать на вкус. Лизнуть свой палец! Сука. Юнги кладёт в рот палец на одну фалангу и посасывает. В нос бьёт запах, а на языке сладость. Ему кажется, что он сходит с ума. Держит руки на столе и борется с желанием повторить. Ему даже интересно на сколько его хватит. Он сидит пару минут, чувствует, как что-то внутри него лопается и руки начинают трястись. Он даже не знает, что хуже: то, что Чимин омега и его от него так ведёт, или то, что это у Пака настолько вкусная омега, которую Мин хочет до трясучки в руках. Он достаёт телефон и набирает Намджуна. Ему сложно совладать с пальцами, поэтому набрать друга получается не сразу. -У нас проблемы. У меня проблемы. Сука, это у Пака проблемы! – Юнги не знает отчего рычит в трубку и как он мог так начать диалог. Но у него кожа пропиталась запахом сладкой омеги, он ничего не может с собой поделать. -Чимин? Что с ним? – У Намджуна голос дрогнул. – Я разговаривал с ним пару минут назад, он был бодрым. Ну, как и всегда. Напросился в гости. -Он омега, Джун. Я тебе голову на отсечение даю, он, омега. – - Вслух это произносить странно. -Да ты гонишь! – Нам сваливает этот бред Юнги на то, что тот бредит после пьянки. – Иди проспись. -От него пахнет. -Ну, Юнги-я, от него часто пахнет омегами. Он же трахает всё что движется, - усмехается Намджун. Усмехается, успокаивает друга, но сам уже сомневается во всём. – Может, он ещё и постоянной обзавёлся? Вот и пахнет… -Хрень это всё, я спросил. Нет у него никого. От него пасёт, понимаешь? Он от нас скрыл… Ты замечал что-нибудь необычное в нём? -Вроде нет, - он напрягает память и тут всплывает интересный момент, который он заметил совсем недавно, просматривая записи видеонаблюдения с каждого из отделов. - Он каждый четверг ходит куда-то в обеденный перерыв. Выходит из здания и возвращается через полтора часа. Это началось примерно месяца два назад… Не знаю важно ли, я у него не спрашивал. -Ну, он ходит есть! Ты же знаешь, он обжирается во всяких кафе и закусочных. -Может, у него проблемы со здоровьем? – Намджун вспоминает, как Чимин пару раз, сидя за рабочим столом, хватался за живот и ложился головой на стол, выжидая, когда пройдёт. – Кажется, с желудком? Я у него спрашивал какого характера спазмы и так далее… Он говорил, что съел что-то не то. Юнги не замечал. Он не видел этого. Пак для него всегда просто был. Был чем-то совсем обыденным и само собой разумеющимся. Он даже не заметил плохого самочувствия младшего. -Он ведь и похудел слишком, - вспомнил недавнее открытие Юнги. -Сегодня у нас вторник… Мы могли бы посмотреть за ним, давай? Наблюдай за ним, хорошо. И ещё в четверг прогуляемся за ним, узнаем куда он ходит. -Глупо это. Я тебе и так скажу! Он ест! Это очевидно -Нет, недели три назад он вернулся с пакетами из аптеки. Знаешь, я не особо обратил внимание, Ваши отделы просматриваю вскользь… Но с учётом того, что с ним происходит, думаю, что это важно. – он видит, выходящего из магазина Джина и прощается с другом. -Когда там Чимин к Вам намылился? Я тоже приеду, - Юнги решает почаще бывать рядом с Паком и следить за ним. -Сегодня вечером, ждём. Намджун отключатся, а Юнги собирается в студию. Сегодня он не в состоянии работать. У него повышенная чувствительность, будто перед гоном. Но до гона, по сути, ещё далеко. Надо прийти в себя. Он едет в студию, принимает душ, переодевается и созванивается Чимином. -Ты к Наму едешь? – Без «привет» и очень грубо спрашивает. -Эй, ты сегодня со мной дохуя какой чёрствый, хён! Чимин оскорблён. Сначала Юнги игнорит его слова, а теперь ещё и грубит. -Блять, я вопрос задал, - шумно вздыхает. – Тебе ответить слабо? -Хён, я не знаю, чем перед тобой провинился, - выпаливает он, а Юнги думает, что всем. Он скрывал от своих друзей то, что является омегой. – Но, да, я сегодня в девять буду у Нама и Джина. Голос Чимина совсем поникший. Он не понимает, что сделал не так своему хёну. Пак всегда как-то зависел эмоционально от него. Он это признаёт. Поэтому сейчас настроение совсем сошло на нет. Хён отчего-то зол и раздражителен. -В половину девятого заеду за тобой. Не опаздывай. И отключается. Снова, не дожидаясь ответа… Он команду дал и всё. Чимина сильно штормит. Врач, который всё про него знает, наверное, с рождения, предупреждал о плохом самочувствии. Подавители, которые Чимин принимает уже с месяц почему-то не дают должного эффекта. Но дают много побочки: спазмы в матке, кровотечения из носа, головную боль, тошноту, снижение аппетита, вялость. И что-то с Юнги происходит. Чимин уже дома, лежит на кровати, думает. Юнги пронюхал бананы, но решил, что это очередная омега Чимина. Он встаёт и топает в душ. Голова кружится, его тошнит, ноги не слушаются. Уже в кабинке, парень теряет сознание и падает.