Очарование

      С недавних пор Лю Цингэ взял себе за привычку частенько дарить Шэнь Цинцю различные подарки, в том числе и съестное. Меха, украшения, драгоценные камни, расписные веера, изысканные лакомства и душистые чайные листья — всё это кропотливо приносилось в дар лорду вершины Цинцзин.       — Это трофеи с заданий. Мне ни к чему всё это барахло, а тебе подобные цацки, вроде, нравятся… — было ответом на недоумение старшего заклинателя и его попытки поблагодарить за такие щедрые дары. — Не нужна мне твоя благодарность! Говорю же, мне уже некуда девать весь этот мусор, поэтому бери, коль хочешь.       Шэнь Цинцю с улыбкой взирает на своего благодетеля. Видел бы брат Лю себя со стороны: он весь такой дёрганный и смущённый, но, с провальным треском, пытается казаться невозмутимым.       «Очаровательно. Если это слово вообще можно применить к гордому и бесстрашному, подобному Богу Войны, лорду пика Байчжань.» — насмешливо подумал Шэнь Цинцю.       — Но всё же, раз уж тебе не нужна моя благодарность, тогда позволь сказать, что мне очень нравятся твои дары, и я с радостью приму их. Разреши хотя бы угостить тебя чаем?

***

      Мда, Шэнь Цинцю воочию убедился, что адептам Байчжань не считали нужным прививать эстетический вкус, и Лю Цингэ был тому живое подтверждение. То ханьфу, что он сегодня подарил лорду пика Цинцзинь, было безусловно наилучшего качества, но краше его это не делало: яркая и вычурная окраска явно не шла к изящному облику Цинцю.       Бессмертный мастер Шэнь лукаво улыбнулся и снял верхний слой своих одежд и вместо них нацепил новоприобретённое ханьфу, чтоб покрасоваться перед своим неприступным братом Лю.       Ладони Шэнь Цинцю обхватили прекрасное лицо шиди и ненавязчиво направили в сторону разодетого мужчины:       — Брат Лю, взгляни же на меня. Я примерил это ханьфу специально для тебя, а ты даже не желаешь смотреть… — приглушённым тоном вещал Шэнь Юань, так и не убрав своих рук с лица Лю Цингэ.       — Тебе не идёт. — Прямо заявил Цингэ и в его глазах явственно читалось недовольство оттого, что он прогадал с подарком. И всё же, стоило ему взглянуть на Шэнь Цинцю так близко, как он невольно залюбовался. Как заворожённый он не мог отвести взгляд от этого изумительно красивого человека, во что бы тот не облачился.       — Может мне и не идёт, но твоё пристальное внимание говорит об обратном… — неуловимо Шэнь Цинцю сократил дистанцию и теперь практически опалял дыханием губы Лю Цингэ. Из озорства он намеренно вёл себя так фривольно, чтоб просто понаблюдать за реакцией своего шиди, в надежде вновь увидеть то прелестное выражение лица, когда брат Лю взволнован близостью шисюна.       Вдруг, Шэнь Цинцю почувствовал, как его обхватили за талию сильные руки Лю Цингэ и прижали ещё ближе, причём сделали это так стремительно, что Юань даже удивиться не успел.       — Хо-хо, брат Лю стал таким решительным… Этот старик гордится тобой. — Шэнь Цинцю не смог сдержаться, чтоб не брякнуть глупость. Но ничего, с Лю Цингэ он может себе такое позволить…       — О, похвала от старшего брата делает меня счастливым. Надеюсь, он также оценит и другие мои достоинства…- с дерзкой полуулыбкой парировал Цингэ.       Внутри Юань уже истошно орал от внезапного задорного настроя шиди. Божечки, ну как можно быть настолько горячим?!       Пока Цинцю ошалело пялился на эту поразительную метаморфозу, чужие руки с его талии перекочевали чуть ниже и уже вовсю хозяйничали на бёдрах старшего мужчины.       — Если ты не снимешь с себя этот ширпотреб сейчас же, то тогда это придётся сделать мне.       — Так, почему бы тебе это и не сделать? Хах, неужели я поспешил, когда хвалил брата Лю за решительность? — Шэнь Юань был просто в восторге от своей смелости в такой момент.       Лю Цингэ было только в радость купиться на эту провокацию, и он тут же приступил к делу. Одежда Цинцю едва ли выдерживала его решительное стремление от неё избавиться и почти трещала по швам.       — Ты специально принёс мне эту вещь, чтоб после снять её с меня? — шутливо поинтересовался Шэнь Юань, когда неугодное ханьфу было отброшено в сторону.       Лю Цингэ промолчал, недовольно разглядывая нижние рубашку и штаны — единственное, что оставалось сейчас из одежды на теле Цинцю.       — И это тоже не идёт, — с непроницаемой миной изрёк лорд пика Бай Чжань. — Снимай.