Теплый подарок

　 　Эмма стояла у кабинета Нормана, тихо переминаясь с ноги на ногу. На улице становилось все холоднее, девушка постепенно стала замерзать. Но войти она не решалась. "Вдруг у него дела какие-то, я могу ему помешать", - думала рыжеволосая. 　 　Уже вечер 21 марта, а Норман еще ни разу не выходил из своей комнаты. Целый день девушка его не видела и этот факт Эмму очень беспокоил. В последнее время парень все реже покидал свой кабинет, общался с друзьями только во время трапез. Вид у Нормана был болезненный: лицо осунулось, черные круги под глазами стали заметнее, а улыбка грустнее. 　 　И кашель. С каждым днем у парня он становился хуже. Сухой, раздирающий слух - Эмма ненавидела этот звук. Она возмущалась, говорила, чтобы Норман принимал лекарства и теплее одевался, но парень лишь грустно улыбался, говоря, что ей не о чем беспокоиться, это всего лишь кашель, он скоро пройдет. 　 　"Почему ты так беззаботно относишься к своему здоровью? Почему ты никогда не думаешь о себе? Почему ты ведешь так, словно тебя абсолютно не волнует то, что с тобой будет? Это ведь неправильно..." - думала Эмма ночами, лежа на своей кровати. Эти мысли не давали ей спокойно спать, она пыталась понять Нормана, найти ответы на вопросы. 　 　Но не находила. 　 　- Почему я вообще боюсь войти? Мы же друзья, а не незнакомцы. Раньше мы свободно общались, и сейчас должно быть также, ничего ведь не изменилось, верно? - тихо рассуждала девушка, держа в руках подарок. Она тяжело вздохнула и закрыла глаза. Ей не хотелось признавать тот факт, что между ними начала появляться пропасть. Ей не хотелось понимать то, что дотянуться до Нормана становилось все сложнее. Ей не хотелось снова потерять друга. 　 　Но просто ли он друг? Может, для Эммы Норман значил нечто большее? 　 　Девушка так бы и стояла с закрытыми глазами, погружаясь в свои мысли, если бы Рэй очень вовремя не проходил мимо по коридору. Заметив, что рыжеволосая антенна что-то бормочет себе под нос, стоя у кабинета, парень сразу все понял. Хитро улыбнувшись, Рэй тихо подошел к девушке и, положив ладонь на плечо, тихо сказал: 　 　- Стол уже скоро накроют, поэтому давай решай свои дела также быстро, как заговариваешь мне зубы. 　 　Эмма не успела даже ничего возмущенно ответить, как Рэй без стука распахнул дубовую дверь и бесцеремонно толкнул в кабинет девушку. Эмма споткнулась о порог, полетев лицом вниз. Она бы его себе разбила, если бы Норман, стоящий недалеко от двери, легко и быстро не поймал девушку за талию. 　 　- Excuse me, - беззаботно протянул Рэй, разведя руки в стороны, - Я просто споткнулся, так что все произошедшее - чистая случайность, - с этими словами он незаметно подмигнул Эмме, которая стояла с выражением лица, сожалеющим о том, что Рэй в день побега не сгорел. Усмехнувшись, черноволосый закрыл за собой дверь и быстро удалился. 　 　"Я бы тоже хотел побыть с Норманом наедине. Видимо пора завязывать с чтением странных книг про ориентацию", - неожиданно для себя подумал Рэй, засунув руки в карманы и отправившись в столовую, чтобы проверить, как идет подготовка праздничного ужина. 　 　- Эмма, ты в порядке? - обеспокоенно спросил Норман, медленно отпуская девушку. "Она теперь кажется такой маленькой и такой беззащитной", - с умилением заметил парень. Ему не хотелось убирать от Эммы руки, он хотел чувствовать ее рядом как можно дольше, но он не может себе этого позволить. 　 　По-крайней мере пока. 　 　- А, да, все хорошо, - промямлила Эмма, смущенно отступая назад. Ее щеки горели, а глаза отвлеченно смотрели в пол. Прижав к себе подарок, завернутый в блестящую бумагу, что она случайно нашла в кладовке, Эмма замерла, словно статуя. Она боялась пошевелиться, боялась что-либо сказать. "Боже, да что со мной такое?! Мне всего лишь нужно поздравить Нормана с днем рождения и отдать ему подарок, а после отвести его в столовую. Это же сущий пустяк, так почему же я так смущена?!", - Эмме хотелось провалиться сквозь землю. Она никогда себя так не чувствовала, ей никогда не было так волнительно и жарко. Девушка не знала, что ей сказать, и так бы и стояла, как вкопанная, если бы Норман вдруг неожиданно не засмеялся. Звонкий, словно колокольчик, смех нарушил тишину. Эмма опешила. Она со времен, когда они жили в Благодатном Доме, не слышала этого смеха. Этого искреннего, чистого смеха Нормана. Сейчас Эмма не могла оторвать глаз от парня. Он был прекрасен: зажмуренные от счастья глаза, раскованные движения, широкая улыбка. Норман зачесал одной рукой белоснежные волосы назад и, немного успокоившись, весело сказал: 　 　- Боже, Эмма, ты бы видела свое выражение лица, - он снова хотел засмеяться, но немного закашлялся. Немного помолчав, парень продолжил - Я даже не могу его описать, но это было по-настоящему мило. А, извини - смутился Норман, заметив, что девушка покраснела еще больше, а ее рыжие волосы стали торчать во все стороны. Парень отвел голубые глаза в сторону и, чтобы разрядить неловкую атмосферу, спросил - Хоть тебя и случайно сюда толкнули (парень прекрасно понимал, что Рэй это все спланировал), ты ведь хотела о чем то поговорить, верно? 　 　- А, да, - смущенно протянула Эмма, почесав затылок, - В общем, я хотела кое-что спросить, - девушка подняла взгляд - Ты помнишь, что сегодня за день? 　 　- 21 марта, вроде как день весеннего равноденствия. А что такое? Сегодня какое-то событие? - удивился Норман. 　 　Повисла тишина. Такая же, какая была, когда Эмма задала вопрос Рэю. Девушка специально не стала сразу поздравлять Нормана, ибо у нее с самого утра закрались сомнения. Он ни разу не упоминал о празднике, ни разу не говорил о том, что хочет получить. "Гении мыслят одинаково, но вы что, издеваетесь... Ладно, Рэй не помнит, но почему Норман не помнит о собственном дне рождения? Он что, притворяется? Хотя, не похоже, он удивился абсолютно искренне... Неужели он настолько забыл о себе? Неужели все настолько плохо..." - Эмма была рассержена. В порыве эмоций и быстро подошла к Норману и, схватив одной рукой за ворот блузки, наклонила его голову поближе к своему лицу и начала возмущаться: 　 　- Ты что, издеваешься?! Как ты мог забыть, что сегодня твой день рождения?! Я понимаю, забывать о других праздниках, но о своем ты должен помнить! Почему ты думаешь больше о других?! - Эмма негодовала. Ей всегда было больно от того, что Норман совершенно не думает о себе. Ее глаза были широко распахнуты, губы кривились от злобы. Девушка сильнее сжала ворот блузки. Подступали слезы, в груди невыносимо кололо. Норман остолбенел. Он не знал, как реагировать, что говорить. Он действительно забыл, что сегодня его день рождения, выкрутиться никак не удастся. Более того, он растроил Эмму. Норман даже подумать не мог, что в ней накопилось столько эмоций. Даже подумать не мог, что она так о нем беспокоилась... 　 　Парень положил ладони на плечи Эммы и спокойно сказал: 　 　- Эмма, ты слишком близко, ты можешь зарази... 　 　- Мне все равно! - закричала девушка, бросив из свободной руки подарок на пол. Схватив парня за плечи, она с грохотом повалила его на пол. Листы со стола разлетелись в стороны, Норман неожиданно охнул, уперевшись локтями об пол. 　 　И снова наступила тишина. Только было слышно, как у обоих бьется сердце и как Эмма тяжело дышит. Девушка сидела у Нормана на коленях, крепко держась за его плечи. Она опустила голову, пытаясь спрятать свои глаза, и закусила нижнюю губу. Ей было больно, ужасно больно. Хрустальные слезы катились с ее щек и падали на белоснежную блузку парня. Девушка шумно выдохнула, пытаясь успокоиться. Резко вскинув голову, она обхватила ладонями худое лицо Нормана и начала чуть ли не истерично шептать: 　 　- Норман, я никогда не просила тебя быть Богом. Потому что мне этого не нужно. Никому этого не нужно. Мы просто хотим, чтобы ты был тем Норманом, которого мы знали. Тем Норманом, который улыбался, когда я плакала. Тем Норманом, который весело и искренне смеялся и желал всем доброго утра. Тем Норманом, который всегда был рядом, - девушка глубоко вздохнула, закрыв глаза и продолжила. - Мы просто хотим, чтобы ты был счастлив. Не нужно строить мир, в котором тебе будет грустно, но будет хорошо нам. Я никогда не приму такого будущего. Поэтому, пожалуйста, - Эмма крепко обняла Нормана за шею, зарываясь ладонями в его волосы. - пожалуйста, не прячь от меня свою боль, не замыкайся в себе, не отдаляйся от меня, ведь я хочу быть той, кто всегда сможет поддержать тебя. Я хочу быть всегда рядом... 　 　Норман был потрясен. Он всегда думал, что то, что он делает - правильно. Он думал, что своими действиями защитит Эмму от боли, подарит ей тот мир, который она так хочет. Но все оказалось не так, как он считал. Норман сделал только хуже, разбил сердце той, кого любит больше всего на свете. Он чувствовал себя омерзительно, паршиво. Но позволить себе заплакать Норман не мог. Ведь рядом с Эммой он всегда должен улыбаться, как бы плохо на душе ему не было. 　 　"Я закрылся от тебя, чтобы ты никогда не узнала, что я чувствую, но ты снова ворвалась в мою душу. Снова расколола лед, покрывший мое сердце. Ты ничуть не изменилась с нашего расставания. Все такая же безумная, невероятно добрая и заботливая. Вот поэтому я всегда... Всегда смогу подняться с колен, всегда смогу улыбаться. Ведь ты рядом, а мне достаточно и этого." 　 　Норман крепко прижал к себе Эмму, обнимая ее за талию. Девушка плакала, уткнувшись носом в плечо парня. Он успокаивающе провел ладонью по ее непослушным огненным волосам, прошептав: 　 　- Прости, Эмма. Я всегда хотел сделать как лучше, хотел защитить тебя, - Норман взял в свои прохладные ладони лицо Эммы. Ее щеки были мокрыми от слез, глаза опухшими. Девушка поджала губы, попыталась отвернуться, но парень крепко держал ее лицо. Проведя большим пальцем по горячей коже щек, Норман улыбнулся, прикоснувшись своим лбом к ее. - Но я сделал тебе только больнее. Прости, больше я не буду убегать от тебя. Обещаю, теперь я буду всегда рядом. Я не буду скрывать от тебя то, что чувствую. Только пожалуйста, перестань плакать. У тебя потом будут болеть веки, а я не хочу, чтобы тебе было больно, - Норман отодвинулся и аккуратно вытер слезы, навернувшиеся на бриллиантовых глазах Эммы. Девушка еле кивнула головой и, смущенно отвернув голову, тихо произнесла: 　 　- Хорошо, я верю тебе. Извини, что так накинулась на тебя, просто я... 　 　- Все в порядке, я понимаю, - улыбаясь, перебил Норман. Его голубые, словно океан глаза, светились от счастья, а бледные щеки немного порозовели. Склонив голову набок, от чего белоснежные пряди волос упали ему на глаза, парень заметил лежащий рядом подарок, который Эмма бросила на пол. Из блестящей бумаги торчало что-то белое. Норман с украдкой спросил, указывая рукой на подарок. - Что ты хотела мне подарить? 　 　Эмма шлепнула ладонью себя по лбу. Она уже совершенно забыла, с какой изначальной целью шла сюда. Быстро поднявшись с колен Нормана, девушка подняла с пола подарок с пола и аккуратно развернув, достала из блестящей бумаги белоснежный... шарф. 　 　Присев рядом с Норманом, который так и остался сидеть на полу, с интересом наблюдая за девушкой, Эмма легко обмотала шею парня шарфом, который связала за 6 дней. Норман провел по приятной теплой ткани длинными бледными пальцами, отмечая, что подарок был связан вручную. Шарф пах Эммой, ее апельсиновый запах он ни с чем не мог спутать. Девушка взволнованно заговорила, теребя пуговицу на рукаве своей блузки: 　 　- Он, конечно, не настолько хорош, каким мог бы быть, если бы я умело вязала, но я очень старалась! В последнее время ты много кашлял, вот я и подумала, что было бы здорово, если бы у тебя был шарф, - Эмма посмотрела на Нормана и замерла от удивления. 　 　Она никогда не видела его таким счастливым. 　 　От выражения лица Нормана невозможно было оторвать взгляд. Парень широко и мило улыбался. Его улыбка уничтожила всю грусть. Эмма даже забыла, что пару минут назад она плакала. На щеках у Нормана пылал нежно-розовый румянец, глаза восторженно блестели. Пальцы скользили по шарфу, будто пытаясь запомнить каждый миллиметр работы, что проделала девушка. Взяв конец белоснежной ткани, Норман перевернул его и заметил нашивку. 　 　На шарфе была вышита сова. 　 　- Я вышила ее, потому что ты у меня ассоциируешься с ней, - пояснила Эмма, смущенно засмеявшись. - Это, наверное, глупо звучит, да?... 　 　- Нет, это ничуть не глупо, - заявил Норман, схватив девушку за ладони. - Эмма, это прекрасный подарок. Нет... Это лучший подарок в моей жизни. Я поверить не могу, что ты ради него за такой короткий срок научилась вязать и так красиво вышивать - парень сжал ладони девушки, заставляя ее от этого краснеть. Немного помолчав, подбирая слова, Норман продолжил, приблизившись, - Но знаешь, для меня то, что ты пришла ко мне - уже прекрасный подарок, дорогая Эмма... 　 　Сердце девушки замерло. В ушах зазвенело. Эмма почувствовала губы Нормана на своих. Немного шероховатые, но теплые, они нежно прикоснулись, даря все чувства, что парень хранил 14 лет. Норман аккуратно провел ладонью по нежной щеке девушки, словно боясь спугнуть. Длинными изящными пальцами коснулся поврежденного уха, вгоняя Эмму в краску. Девушка забыла, как дышать. В прикрытых глазах парня она заметила, как мелькнуло что-то такое, что она никогда не замечала. Любовь. Не такая, которую им дарила мама в Благодатном Доме, а игривая, по-своему страстная и немного безумная. Эмма была в недоумении, но при этом испытывала крепкое доверие. Она понимала, что для Нормана этот поцелуй значит что-то невероятно важное. Возможно, что для него он был спасением. 　 　Эмма закрыла глаза, поддаваясь эмоциям, что накрывали с головой. Ведь она, как и Норман, испытывала чувство, которое раньше не понимала. 　 　Чувство любви. ------------------------------------------------------------------ 　 　Рэй, который достаточно долгое время подслушивал разговор за дверью, закатил глаза: "Черт возьми, как же я чертовски был прав, предполагая, что Эмма будет лучшим подарком. Какой же я все-таки крутой", - с этими мыслями парень бесцеремонно распахнул дверь и, нарушая всю романтическую идиллию, ворчливо воскликнул: 　 　- Хватит уже лизаться! Мы вас двоих ждем уже целую кучу времени, еда стынет, а есть хочется. Можно как-то побыстрее прикрыть ваш театр? 　 　Эмма второй раз подумала, что лучше бы Рэй сгорел. А Норман еще раз отметил, что Эмма маленькая и беззащитная, но все же невероятно милая.