Тупые подкаты

Стив зашёл домой и, столкнувшись с Баки прямо в дверях, немного растерялся. Он подготовился к разговору, но теперь, при взгляде на Баки, все нужные слова вылетели у него из головы. Сделав глубокий вдох, Стив постарался выглядеть расслабленным и звучать непринуждённо: — О, Баки, привет. Какими судьбами? Баки одарил его странным взглядом и похлопал по плечу в знак приветствия. А лучше бы он Стива по лбу хлопнул за такие фразы и у виска пальцем покрутил. — Я же тут живу. Вроде как. Нет, если ты против, я могу съехать… — Нет-нет-нет, что ты, — испуганно сказал Стив, выставляя вперёд ладони в защитном жесте. Он боялся развивать эту тему и совершенно не хотел, чтобы Баки съезжал, хотя они жили вместе уже несколько месяцев, а Баки легко мог позволить себе отдельную квартиру на щитовскую зарплату. — Я рад, что ты здесь. Сейчас. И вообще. Просто хотел тебе кое-что предложить. — Ага. Что? — А что? — вновь растерявшись, переспросил Стив. Баки решил расправиться с ним, припечав своей следующей фразой: — Ты хотел сделать мне предложение? — Очень хотел бы, — опустив взгляд, тихо сказал Стив. Он знал, что Баки не поймёт контекста, но если только представить… Представить, как Стив становится на одно колено, протягивает Баки бархатную коробочку с сияющим кольцом и спрашивает «Ты выйдешь за меня?». А Баки в ответ радостно кричит «Да, конечно!», кидается обнимать Стива, заваливает его на пол и крепко целует… Из мечтаний в реальность его выдернул голос Баки: — Тогда… Рассказывай? — Ах, конечно. В общем, если ты не занят, может… Посидим? — выдохнул Стив, проглотив окончание фразы. О, нет, он забыл сказать «где-нибудь». Сказать сейчас будет уже глупо? Баки тоже молчит, и пауза затянулась, так будет ли это глупо? Или Баки и так его понял? Вот у других же как-то получается. Нужно лишь сказать какую-то красивую фразу. Но лучше сначала её обдумать, а не как обычно у него бывает с Баки. «Баки, давай посидим… Хотя сам я давно уже крепко подсел… На вид твоей улыбки». «А больно было? — Что? — Когда ты падал с небес на землю, мой ангел. — Стив, ты совсем? Да, падать с того грёбаного поезда было охренеть как больно». «А вашей маме зять не нужен? — Стив, моя мама давно умерла, как тебе не стыдно?» Стив моргнул, отвлекаясь от своих идиотских мыслей. — Посидим? На диване типа? — недоумённо протянул совершенно ничего не понявший Баки. — Нет, на стульях. — Ладно, — Баки пожал плечами. — Я чайник тогда поставлю, чтобы не впустую сидеть. Выпить вместе чаю было заманчивой идеей — только он и Баки друг напротив друга, с тёплыми кружками в руках, какая-нибудь спокойная, отвлечённая беседа… Но чаепития были их традицией из детства, традицией лучших друзей. Просто друзей. Стив хотел большего, так что решил не сдаваться: — Да нет, давай куда-нибудь уйдём? На этот раз Баки понял его сразу: — В бар или в кафе, имеешь в виду? — Именно, — Стив радостно закивал и мигом приободрился. — Ты не против? Сходить со мной куда-нибудь? — Конечно, не против. Кто же откажется сходить с таким… — Баки замялся, будто подбирая верное слово. — С таким тобой куда-нибудь. То есть, ты же Капитан Америка. Мне-то, конечно, какое дело, ты же мой лучший друг… Но не будь ты моим лучшим другом, я бы всё равно куда-нибудь с тобой сходил. — Потому что я Капитан Америка? — озадаченно переспросил Стив. Он почесал затылок, пытаясь сообразить, к чему Баки всё это сказал. Баки неловко улыбнулся ему. — Потому что ты классный и всё такое. — Оу, ну… Спасибо тогда, — Стив закусил губу, внутренне ликуя. Баки считает его… Как он сказал? «Классный»? Стив ни разу не слышал от Баки этого слова в адрес девчонок. Разумеется, это потому что это слово придумали намного позже сороковых, но… Баки считает его классным и точка. — Рад это слышать. Прямо сейчас пойдём? — Да, только мне нужно переодеться. Я быстро. Не идти же в бар в рваной футболке? — усмехнулся Баки и повёл правым плечом, обращая внимание Стива на небольшую дырку. Ткань разошлась прямо по шву на рукаве. — Красивая футболка. И сейчас же это… слышал, теперь так модно. Носить что-то рваное. Это стиль гранж, — надеясь не выглядеть полным идиотом, сказал Стив. С друзьями это обычно не срабатывало, и его попытки умничать или вливаться в современное сообщество выставляли его дураком, но… Но это сработало на Баки, который и сам разбирался в современной моде едва ли лучше него. — Да? Ого. Мне казалось, это касается только джинсов. Так мне переодеться или как? — Как хочешь, но ты выглядишь здорово и в этой футболке, и без неё. То есть, не то чтобы я тебя разглядывал без футболки, я так, сужу объективно… — Стив решил просто умолкнуть, чтобы не ляпнуть чего-то похуже. А то Баки ещё сочтёт его каким-то извращенцем, подглядывающим за ним в душе. Но Баки не разозлился. — Что ж, можешь подтвердить свои догадки, — Баки одним быстрым движением снял с себя футболку и обернулся к Стиву. Полуголый и улыбающийся. Чёрт. — Или опровергнуть. Ну, как тебе? — Да, так… Так всё же лучше, — сглотнув ком в горле, сказал Стив. Баки был очень красив, и это не менялось в зависимости от наличия или отсутствия футболки на его теле. Но сейчас Стив видел его широкие плечи, чётко выделяющийся пресс и напряжённые грудные мышцы, которые больше не скрывала небрежно скомканная сейчас в руках футболка. А Баки не просто стоял рядом, как бывало после тренировки, спарринга или совместной миссии, сейчас Баки сам разрешил ему посмотреть. Так что Стив мог не кидать на него взгляды украдкой, а насладиться зрелищем сполна. — Можешь пойти в бар прямо так, но, боюсь, окружающие не оценят. Или переоценят, и придётся тебе от них отбиваться, — сказал наконец он, ощущая, что молчание затянулось, а его дыхание сбилось слишком заметно. Баки перебросил футболку из правой руки в левую, заставляя работать и сокращаться мышцы рук. — Ты же мне поможешь? — Одеться? — Стив облизнул губы. — Или отбиваться? — По твоему выбору. — Я всегда с тобой, ты же знаешь. И всегда готов помочь тебе чем угодно. Даже надеть футболку. — Ну, если что, буду знать, к кому обращаться… Я мигом. Баки ушёл в комнату, а Стив едва сдержался, чтобы не съехать по стене на пол с мученическим стоном. Нужно было попытаться флиртовать и предложить помочь Баки не одеться, а раздеться. Тогда его реакция стала бы очевидна, а так… А так Стив определённо выставил себя идиотом. Невыносимо. Ну ладно, они хотя бы идут вместе в бар — это уже маленькая победа. *** В баре оказалась куча народа, а громкая музыка била по ушам, не щадя сверхчувствительный супергеройский слух. Стив с Баки выпили уже коктейлей по пять, и Баки сейчас отчаянно жалел, что ни один из них не мог опьянеть. Если бы можно было напоить Стива, стало бы проще выведать у него, как он на самом деле относится к Баки. А если бы Баки мог напиться сам, то хоть стал бы посмелее. И, может, у него бы развязался язык, а рот перестал бы выдавать корявые шаблонные фразы. И куда девались все его навыки обольщения в присутствии Стива? Когда он был рядом, Баки ощущал себя не умнее суслика с интеллектом уровня хлебушка. Он постоянно выставлял себя идиотом. Невыносимо. Они вели разговор о проходящих мимо девушках, сравнивая их с девушками их поколения в молодости. Баки совсем не хотел говорить ни о каких девушках, он хотел говорить о Стиве и о всяких шаблонных, банальных клише, на которые до сих пор велись романтики и прошлого, и этого века. Например, о его прекрасных голубых глазах, в которых было чуть-чуть зелени, о его мягкой, ласковой улыбке, о его сильных пальцах, уверенно обхватывающих стакан. Вот сейчас, нужно просто сделать ему комплимент, а затем спросить Стива в лоб, нравится ли ему Баки или нет. Можно будет отшутиться, зато пустая надежда зачахнет навсегда и больше не станет ему докучать. — Стив, ты очень привлекательный парень. Тебе нравится… Нравится что-нибудь? — Что-нибудь? — озадаченно переспросил Стив, а Баки мысленно взял лопату и огрел ей себя по голове. Два раза, для верности. И контрольной граблями по лбу, когда будет падать на пол. — Мне нравится этот коктейль, как он называется? Хм, секс на пляже? — проведя пальцем по чеку, Стив перевёл на него смущённый взгляд. Баки медленно облизнул губы и кивнул. — О, я бы за. — Что? — Я был бы за выпить ещё по коктейлю! Нам секс на пляже, пожалуйста, — попросил он, обратившись к бармену. — Два раза. И безо льда. Когда бармен ушёл к противоположному краю барной стойки, Баки наконец решился поднять на Стива глаза. — Я имел ввиду не «что-нибудь», а «кто-нибудь». Тебе кто-нибудь нравится? — Ну, мне нравятся многие. В этом веке много хороших людей. Наташа, Сэм, Тор, Брюс… даже Тони, хотя он бывает… — Не в этом смысле. Ты с кем-нибудь встречаешься, может? Просто мне не рассказал? — Нет! — Стив ответил так поспешно, что у Баки мигом отлегло от сердца. — Нет, я ни с кем не встречаюсь. И ты ведь тоже. — Да, вот это совпадение, — протянул Баки, посматривая то на губы Стива, то ему в глаза. Бармен принёс им коктейли, и Стив тут же схватил свой и осушил его до дна. — Да, в этом ты и я совпали. Бывает же. А тебе… Тебе нравится кто-нибудь? Какой ты вообще типаж предпочитаешь? — выпалил вдруг Стив, облокачиваясь на барную стойку, словно бармен, пытающийся склеить посетителя. Баки хоть и был от него не по другую сторону барной стойки, а по эту, всё равно подался вперёд и заглянул ему в глаза. Было так легко вообразить себе развитие событий. Представить, как Баки притягивает Стива к себе за воротник его белой рубашки, выдыхает ему прямо в губы: «Мой типаж — это ты. Только ты», а затем целует его со всей страстью и любовью, что Баки к нему испытывает. И Стив, конечно же, непременно отвечает на поцелуй, обнимает его за шею и сообщает на ухо, что его собственный типаж — это Баки, и это всегда был Баки. Полёт фантазии прервал виноватый голос Стива: — Если не хочешь рассказывать, то ты не обязан. — Да нет, я всё тебе расскажу. Мне нравятся… Добрые. Смелые и честные, знаешь, чтобы не правильные до зубовного скрежета, но с принципами. Глупые, хотя нет, лучше сказать тупые. Страсть у меня к идиотам, что поделать. С хорошим чувством юмора, заботливые. Блондинистые. И голубоглазые желательно, хотя я никогда не возражал против зелени, — Баки закончил свой краткий монолог, сделав несколько глотков из своего бокала. Всё, вот и решительный шаг. Он справился, наконец-то хватило решимости. Теперь осталось только дождаться вердикта и постараться сохранить их со Стивом дружбу. — Оу. Да это по описанию прямо я, — протянул Стив, и Баки порадовался, что музыка заглушает стук его бешено колотящегося сердца. — Жаль, что я не девушка. Баки поперхнулся коктейлем и начал кашлять. Стив заботливо похлопал его по спине, и Баки захотелось подставить под его широкую ладонь шею и попросить просто его придушить. — А я сказал «тупые»? — уточнил он, отдышавшись. Стив с готовностью кивнул. — Да. — Хорошо, просто хотел убедиться. — Баки… — проникновенно начал Стив, и Баки уже понадеялся было, что не всё потеряно. — Мм? — А как думаешь, если бы… Если бы я был девушкой, у нас бы могло… Получиться что-то? Баки вновь начал фантазировать. Представить Стива девушкой было сложно, но это бы мало что изменило для Баки. Уж точно не в плане его чувств. Но это повлияло бы на их жизнь и, уж точно, сделало бы всё в разы проще. — Я бы женился на тебе ещё году так в тридцать седьмом. Сыграли бы свадьбу, простую, но весёлую, спустили бы на неё почти все деньги. Но осталось бы, чтобы снимать уютную квартирку в Бруклине. А после войны в стране начался бы подъём, смогли бы купить свой дом. С садом. И никаких детей, твоё здоровье важнее наполняющих дом криками маленьких существ, — Баки поморщился. Он никогда не хотел детей, да и куда Стиву рожать с его-то медкартой? Кстати, о медкарте… — И без животных, конечно, у тебя же была аллергия на шерсть. Разумеется, ни на какую войну ты бы не пошёл, а я бы отслужил и вернулся к тебе. И никакого Капитана Америка, обошлась бы история и без него. — Нет, не обошлась бы, — сказал Стив, заставляя Баки закипеть от раздражения, но всего на пару секунд. — Тебя бы взяли в плен и превратили бы в Зимнего Солдата. — Ох. Ну, они же сделали это так и так? — Да. Но я смог тебе помочь, а будь я до сих пор слабым, будь я девушкой… Я бы умер вдовцом. Точнее, вдовой, — исправился Стив. На его лице была слабая, грустная улыбка, и Баки потрепал его по волосам, не удержавшись. — Ты бы ждал меня? — Конечно, — с готовностью ответил Стив. — Я бы получил то письмо с соболезнованиями, но не поверил бы ни единому слову. Ведь я знал бы, что если бы ты был мёртв, я бы это почувствовал. Я бы встречал каждый поезд с солдатами, возвращающимися домой, и раз за разом искал бы в толпе твоё лицо. Я бы писал тебе письма в стол, надеясь, что ты сможешь прочитать их, когда вернёшься. И я бы умер одиноким стариком, который оставил бы после себя только целую кладовку никому ненужных писем и твоё фото в нагрудном кармане. У Баки, кажется, в глазах защипало. Ну какой же Стив романтик. И какой же он чудесный, да ну Господи-Боже, и где таких делают? Баки прекрасно знал, что дело тут не в поколении, которому принадлежал Стив — в этом поколении придурков хватало, взять хотя бы самого Баки. Стив просто был уникален и даже сам не мог представить, насколько же он хорош. А ещё он говорил все эти трогательные вещи, превращая сердце Баки в бесполезно трепыхающуюся тряпочку, а мысли — в кашу. — Стив… Это так… Так интересно, — выдохнул Баки и закусил внутреннюю сторону щеки почти до крови. Нужно было сказать «мило», какое нахрен «интересно»? Стив же ему не забавный факт рассказал, а самым сокровенным поделился. Мечтами или, может, даже воспоминаниями. — Слушай, ты сейчас рассказывал историю, что было бы, родись ты женщиной или… Что было бы, если бы ты не ушёл на войну, не получил бы укол сыворотки и не спас бы меня? А то ты сказал «стариком», — Баки неловко пожал плечами. Ещё ему очень хотелось уточнить про фото в нагрудном кармане, но это уж точно было придумкой. Стив предпочитал медальоны. А точнее, компасы. И место под фотографию там уже было занято ослепительной Маргарет Картер, до которой Баки, как пешком до Асгарда. Картер обходила Баки во всём, а начинался этот длинный список с того, что она была девушкой. Стив как-то смутился. Тоже думает о Картер? — О, ну, да. Как-то так ведь и было бы, только я слишком мрачно рассказал. Не хотел пугать, прости. — Ты писал мне письма? — на удачу спросил Баки. Стив мог не отвечать, Баки и так уже знал ответ, ведь тот дёрнулся. — Они всё ещё у тебя? Можно их почитать? — Да там… Скучно. О том, чем я занимался, о миссиях со Мстителями… Это не стоит потраченного времени, — совершенно неубедительно попытался начать отпираться Стив. Баки покачал головой. Вот ещё, такой шанс он не упустит! — Шутишь? Это же такая возможность узнать о твоей жизни больше! — Ладно, я отдам их тебе. Как-нибудь. Мне только найти их нужно будет сначала, а то я уже и забыл, куда их сунул, — Стив краснел, бледнел и смущался. Очевидно было, что он врал, но о чём именно? О существовании этих писем? Вряд ли, зачем придумывать такое? Или о том, что там нет ничего важного? Может, Стив там душу изливал, а теперь стеснялся этого? Баки накрыл его руку своей, заставляя поднять голову и посмотреть на себя. — Стиви, я же не буду тебе осуждать, даже если там что-то, по твоему мнению, постыдное. Но если ты писал эти письма мне — именно мне, а не Пегги, не матери, не друзьям… Я хочу знать. — Хорошо, — нервно ответил Стив. — Говорю же, я их тебе отдам. У тебя… У тебя тёплая правая рука, а левая холодная, — сообщил он ему изменившимся голосом. Баки кивнул. — Да. Потому что левая металлическая, а правая живая. — Точно, — упавшим голосом согласился с ним Стив. — Но это она просто нагреться не успела. Потерпишь минутку? — и Баки переплёл пальцы левой руки с пальцами Стива. Он даже дышать теперь боялся, и если бы мог заставить своё сердце не биться, сделал бы и это. И плевать, что бионика не позволяет считать пульс, его сердце сейчас было слышно лучше, чем басы из динамиков колонок. — Да, становится теплее. Потихоньку. А правая… А правая? — Правая? Правая рука у меня тоже… тоже есть, — Баки вытянул вперёд и правую руку тоже, заграбастал себе ладонь Стива и переплёл их пальцы. Ну всё, теперь остаётся только молиться о сердечном приступе, иначе Стив всё поймёт. Хотя нет, не поймёт, это же Стив. Даже если Баки поцелует его прямо сейчас, Стив, вероятно, просто спросит: «Ого, у тебя есть губы?». Впрочем, о наличии у него губ Стив знал, потому что смотрел сейчас прямо на них. «Стив, а ты знал, что лоси любят соль? Мне кажется, у тебя соли. — Что ты несёшь? — Иначе как объяснить тягу. Мою к тебе». «Стив, я решил вернуться в криокамеру. — Опять? Мы же об этом говорили. Тебе хуже? — Мне станет гораздо лучше, если ты побудешь моим принцем и разбудишь меня поцелуем, вытащив из хрустальной криокамеры». «Стив, а твои родители, случайно, не астронавты и не полосатики? — Нет, Баки, ты же знаешь, моя мама была медсестрой, а полосатики — это же рыбы такие, и мои родители… — Тогда откуда у них такое звёздно-полосатое чудо?». — Стив, а… — Баки было смешно и страшно одновременно. Он понимал, что не сможет. Он был не в состоянии сказать даже полную чушь, и уж тем более не мог сейчас ничего сделать. На Стива надежды тоже было мало. Хоть отстранился бы, минута ведь давно прошла. Интересно, если просто озвучить вслух одну из его тупых идей, Стив перестанет с ним общаться, потому что Баки его любит или потому что Баки полный идиот? — У тебя такое лицо… знакомое. Мы в прошлой жизни случайно не встречались? — спросил вдруг Стив, и его щёки мгновенно вспыхнули алым. Он попытался было отстраниться и даже вырвать руки, но Баки держал его крепко. — Мне кажется, мы не просто встречались, а были женаты и умерли в один день. Стив, а твои родители случайно не физики? — спросил Баки, уже начиная усмехаться. Стив поддержал игру: — Нет, а что? — Потому что ты выглядишь как охрененно удавшийся научный эксперимент. Стив замолчал на пару секунд, и Баки за это время уже успел мысленно прикинуть стоимость места на кладбище, склониться к кремации (лучше сиюминутной) и завещать всё своё имущество клубу пикаперов. Хотя нет, ничего он им не оставит, это же они виноваты в его смерти, вместе со своими дурацкими статьями… Но тут пришло его спасение — Стив оттаял и начал так сильно смеяться, что завалился на Баки и уткнулся носом в его плечо. Баки бы погладил его по голове и притянул бы к себе за затылок, да только руки расцеплять не хотелось. — Баки, а твои родители, случайно, не пекари? — Скажешь про булочки — я тебя убью, — спокойно сообщил ему Баки. Стив покачал головой, задевая при движении его шею носом. — Нет, я про другое. Когда твоя мама принесла хлеб из пекарни, то явно раскрошила его по полу. Иначе откуда у неё такая крошка? — Ты читал те же сайты, что и я? Или ты просто такой же тупой, как и я? — Ну, тупые же в твоём вкусе? Да, я очень тупой, — заявил Стив, почти даже не усмехаясь. Баки улыбнулся от уха до уха и шутливо воскликнул: — Ох, порви же на мне одежду прямо сейчас! — Порвать одежду, чтобы сделать тебя модным? — Лучше просто… Голым. Они вдруг оба синхронно перестали смеяться, словно только сейчас обнаружили, что их лица находятся в миллиметре друг от друга. Баки нервно сглотнул и наклонился ближе, практически задевая губы Стива своими. Тот не отодвинулся, но и знака ему никакого не подал. Хотя да, это же Стив. Стив же тупой, как хлебная крошка, и Баки не лучше. Но Баки любит Стива сильнее, чем физики любят эксперименты, чем пекари любят булочки, чем идиоты любят дебильные подкаты, чем сам Баки любит странные сравнения. Так что Баки просто подался вперёд и крепко, ласково, чувственно поцеловал Стива прямо в губы. И только он хотел начать представлять, что мог бы сделать Стив, как Стив высвободил одну руку и притянул его ближе к себе, отвечая на поцелуй… Они целовались, кажется, целую вечность. Уже стихли голоса вокруг, убавилась громкость музыки, бармен начал тактично греметь стаканами, а они всё никак не могли оторваться друг от друга или хотя бы открыть глаза. — Молодые люди, если вы надеетесь таким способом избежать оплаты счёта, то вам не удастся. Я терпеливо посмотрю и подожду. — Ох, простите, — сбивчиво извинился Стив, запуская ладонь сначала в один карман, затем в другой. Не обнаружив нигде бумажника, только телефон, он наконец вспомнил про нагрудный карман рубашки, где чётко выделялся контур кредитки. Стив протянул бармену карту, а Баки он отдал что-то небольшое, плоское, чёрно-белое и улыбающееся. — Господи, Стив, я люблю тебя, — шепнул Баки, не сдержавшись. Он крепче сжал свою фотографию бионическими пальцами и поцеловал Стива в щёку. — Вводите пин-код. — Десять ноль три, — продиктовал Стив, глядя не на бармена, а Баки в глаза. Баки растроганно улыбнулся и потянулся за ещё одним поцелуем. Они как раз успели, пока бармен возился с кредиткой. Они вышли из бара в обнимку, хотя оба могли идти совершенно ровно. На улице было раннее утро, так что мимо прохожие-то редко проходили, что уж до машин. Но это ничего, они могли подождать такси сколько судьбе будет угодно. — Моя дата рождения? — спросил всё-таки Баки. — Ну, тебе осталось мне лишь обещанные письма отдать, и я всё. Растекусь лужицей по полу и стеку к твоим ногам. — Там ещё и рисунки, — признался Стив. После каждого слова он коротко целовал Баки в губы, так что Баки был весьма не против, чтобы тот говорил больше. — Лужица будет розовая. Стихов хоть нет? — Нет, — на этот раз поцелуй затянулся, и Баки едва смог оторваться от губ Стива. Но ему нужно было тоже кое-что рассказать: — А у меня есть. В том самом блокноте с твоим фото и закладками. Поэма о добрых, глупых и блондинистых… — Я люблю тебя, — прервал его Стив. До него наконец дошло — а Баки-то считал его безнадёжным. Баки облегчённо улыбнулся. — Я тебя тоже. Хотя я только что говорил же. Чёрт… Стив, я идиот, чего ты от меня хочешь? — Хочу, чтобы ты был моим идиотом, — совершенно серьёзно попросил Стив. — И чтобы мы были идиотами друг друга. И делали это вместе. Баки постарался звучать так же серьёзно, ему в тон: — Тогда… Готов ли ты быть моим идиотом и в горе, и в радости, и в болезни, и в здравии, до самой последней черты? — Готов, Бак. Поехали домой, нам нужно многое наверстать. Стив вытянул руку, чтобы поймать такси. Как только машина остановилась, Баки завладел его рукой и крепко переплёл их пальцы. — Баки… Посидим? …на заднем сидении такси? — Обожаю тебя, — тихо рассмеялся Баки, запрыгивая в машину. Там он положил их соединённые руки им на колени, а голову опустил Стиву на плечо. Стив гладил его по голове и нежно целовал то в висок, то в щёку всё время поездки, а Баки чувствовал себя самым счастливым идиотом в мире…