Я бросаю тебе вызов, жизнь

Шагни в неизвестность и ты найдёшь себя

      Наконец-то, дом! После трудного, выматывающего дня только дом способен помочь человеку восстановиться. В ноздри резко ударил такой знакомый, домашний запах уюта и тепла, которое постепенно обволакивало тело, угоняя все негативные мысли прочь, и заставляя окунуться в забытие. Маршалл спокойно прошагал вслед за мной в квартиру. Он довольно аккуратно снял свои светлые кроссовки, к моему удивлению идеально чистые, несмотря на пыльные улицы; темная толстовка, которая была накинута поверх белой майки, осталась на его широких плечах и он вопросительно смотрел на меня, скрестив руки. Наши взгляды встретились, и я снова не могла оторвать от него глаз. Я редко испытывала смущение перед мужчинами, но теперь, не могла узнать саму себя. О, черт, насколько же он притягателен! И насколько глупой выгляжу сейчас я, замерев от одной встречи с его удивительными глазами.       Каждая его частичка тела притягивает к себе, будто магнит. А каждая частичка моего тела вопит, вопит лишь от одного его присутствия. А чего стоит только один его взгляд, этот взгляд голубых, как чистое летнее небо, глаз, который заставляет меня трепетать, будто я осиновый лист. Он пламя и лёд одновременно. Он сожжёт меня или убьёт своим холодом? Уж я то знаю, что я уже попалась. Быть может, он этого и хотел? Мой взгляд невольно блуждает по его лицу, пытаясь вбить в память каждую его деталь.        Да что со мной происходит? Мы познакомились совсем недавно, а в мою больную голову лезут всякие мысли. Думаю, если бы он умел их читать, то убежал бы уже к чертовой матери. —О чём задумалась? «Да так. Ни о чем. Просто хочу сказать, что ты Аполлон воплоти. Ты словно пламя костра. И я хочу, что бы ты обжег меня». От собственных мыслей я заметно покраснела, и конечно же соврала ему. —Думаю о сегодняшнем дне,—произнесла в ответ я, проходя на кухню. Он ступил за мной, теперь держа руки в карманах. Я наконец-то опустилась на стул и почувствовала как ноги начинают приятно гудеть. Да...денёк ещё тот. —Что-то случилось?—в его голосе слышалось нескрываемое любопытство. Он присел рядом со мной и вопросительно взглянул на меня. —Много чего,—ответила я. Он резко нахмурился и скрепил ладони в замок, все также смотря на меня. —Расскажи мне всё.       Я не переставала удивляться. Неужели ему интересно послушать что же такого дерьмового случилось в моей жизни? Я отвела взгляд, но все же принялась рассказывать про мою эпичную потерю работы. Он выслушивал меня внимательно, несмотря на мои лирические отступления и излишнюю эмоциональность. Когда я наконец-то закончила он протяжно вздохнул. —Да…ситуация не из лучших,—прозвучало в ответ на мой «увлекательный» рассказ,—Но мы сможем найти решение. «Мы?» Я подняла на него свои уставшие, раскрасневшиеся глаза, будто маленький ребёнок, не понимающий, что же ему только что сказали. Увидев непонимание на моём лице, он улыбнулся. —Кейт, я могу помочь. —Что?..Нет, нет. Не стоит,—удивлённо завопила я.       Наш разговор прервал телефонный звонок. Нехотя, вздохнув, я побежала к телефону, находящемуся в гостиной. Ноги ныли, и я уже проклинала того, кто соизволил позвонить мне. —Привет, шалопендра!—прозвучал голос Энн. В ответ я лишь фыркнула. —Чего надо? —Да так…Всего-то хочу сообщить новость про твоего бойфренда. Как его там... Маршалл?— с ноткой издевательства произнесла Энн. —Даже слушать не буду! —Нет, нет. Ты послушай. Ты, мать твою, связалась с знаменитостью, и ни черта не знаешь? —Какого хрена ты несёшь, обкуренная?—недоверчиво спросила я. —Спроси у него сама, а я побежала. Еле нашла минутку для этого звонка. Дел по горло. Чао!        И что это было? Маршалл—знаменитость? Я ничерта не поняла из того бреда, что наговорила мне Энн. Хотя это было в ее репертуаре. На ватных ногах я прошагала на кухню. Маршалл, увидя мой безумный взгляд, подскочил с дивана, уже готовясь ловить меня, потому что я шаталась из стороны в сторону, как алгоколик. —Кейт? Что такое?—его лицо было настолько близко ко мне, будто я окунулась в омут, и не могла выбраться. Он «поглотил» меня, и не отпускал, а я лишь молча стояла, доверяясь его сильным, тёплым рукам. Не знаю, что мной руководствовало в тот момент, но, поверив словам Энн, я ляпнула, не подумав. —Какого черта ты общаешься со мной, будто мы равны? —пролепетала я, пытаясь отодвинуться от его лица, словно выражая протест. Он удивлённо поднял брови, но вскоре видимо понял, что именно звонок «раскрыл» его. И кажется, взорвался. —И что? Ты считаешь, если я знаменит, то ты не должна со мной общаться, разговаривать, проводить время?! Что я изверг? Что я думаю только о себе, о наживе? —Но.. —Хочешь знать, почему я не рассказал тебе?—он подошёл вплотную. Я подняла голову и заглянула в его глаза. Они снова метались по моему лицу. В горло пересохло, а боль в ногах, да и по всему телу будто исчезла. —Да,—прохрипела я. Расстояние между нашими лицами постепенно уменьшалось и уменьшалось. Он держал мои ладони в своих, и молча смотрел на меня. Перед глазами всё плыло. Я и не думала, что сегодняшний день будет настолько насыщенным. —А разве то, что я знаменитость сыграет роль в наших отношениях?— наконец нарушил он тишину,приближаясь к моему лицу все быстрее. —Зачем тебе общение с обыкновенной девушкой? —Ты не обыкновеная. Ты удивительная девушка,—улыбаясь, чуть хрипловатым голосом произнёс он. Расстояние между нашими лицами ужасно быстро сокращалось. И вот, я уже могла ощущать его горячее дыхание, которое обжигало кожу (А я же говорила, что он подобен пламени).       На улице заметно повечерело, а в комнате постепенно скапливалась темнота, заполняя каждый уголок, но не уголки наших сердец, которые в этот момент искрились, как алмазы на солнечном свете.       Маршалл окончательно сократил расстояние между нами и припал к моим губам. По телу будто прошёл электрический заряд. От неожиданности я замерла, но вскоре переняла инициативу на себя, скользнув языком по его губам и наконец-то попав внутрь его рта. Наши языки сплелись в огненном танце. Внутри все колыхалось, низ живота приятно покалывал. Маршалл запустил одну руку в мои распущенные волосы, а другой прижимал меня к себе. Казалось, что каждая секунда была вечностью, наступила тишина, весь мир исчез. Теперь есть только мы: я и он.