Тепло твоей ненависти

POV Минато – Ну вот, сынок, остался лишь последний порок шиноби, - проговаривает Кушина, сплёвывая вновь подступившую кровь, - берегись Джирайи, - шепчем мы вместе с ней, улыбаясь окровавленными губами. Я положил голову на плечо своей любимой – кровавой Хабанеро – и через боль улыбнулся. Пусть мы с ней и не все успели сделать, но мы выполнили главное: оставили Наруто на этом свете. Он – наше всё, и когда-нибудь он станет шиноби, каких этот мир ещё не видывал.... Я закрываю глаза со счастливой улыбкой, сияющей на моём лице. – Кушина, я люблю тебя... Понимаю, что это уже конец. Но нет, конец лишь моего пути, ведь мой сын станет великим шиноби, перед которым преклонится вся Коноха, признав его великим Хокаге.

***

Ксо, ну, это же все, что я помню! Это последние воспоминания. Но что же сейчас?! Если честно, я не тут ожидал оказаться. Коноха... я стоял у ворот Конохи, боясь лишний раз вздохнуть. Я не понимал, что происходит. Где Кушина? Где Кьюби? Где все? Да это просто.... Я даже не мог объяснить своё состояние. Состояние неведения. Состояние полного непонимания происходящего. Мне нередко приходилось быть в таких ситуациях, но чтобы настолько!? Я осмотрелся вокруг. Всё, вроде бы, настолько знакомое, такое родное... и при этом такое чужое. Словно это не та деревня, за которую я когда-то готов был отдать жизнь. Почему я больше не чувствую того уважения и желания беречь эту деревню ото всех невзгод? Почему я более не желаю править этой деревней, которая когда-то была самым дорогим сокровищем для меня? Я ведь пожертвовал всем ради деревни. Что же изменилось, что настолько отталкивало меня? Увы, пока это мне было не ясно. Я решительно направился ко входу в деревню, решив, что бояться сделать шаг – глупо. Раз уж я оказался тут каким-то образом, значит, это было не зря. Да, я пока ничего не понимал, но я надеялся, что кто-то мне всё прояснит. Я направлялся к тем самым воротам, к воротам своей деревни.... Но где же радость? Где же приятные воспоминания, связанные с местом, что был моим домом? Почему ничего этого нет? Ранее, по возвращении с миссий, я заходил в деревню, одаривая искренней улыбкой тех, кто всегда стоял у входа в Коноху. Я шёл по такой знакомой дороге. Всё было идентично. Всё, кроме моих ощущений. Я поднял свой взор на небо. Да, погода обещала быть хорошей, хоть и сейчас было утро, но это было и так ясно. Я слышал тихое, приглушенное пение птиц, доносящееся до меня. Чувствовал лёгкое дуновение ветра, вдыхал тот самый знакомый запах... все было также... Я подошёл вплотную ко входу, взглянув на символ нашей деревни, символ Конохи. "Ну, что же, получается, что я дома, верно?" – эта мысль заставила меня улыбнуться, хоть и краешками губ, но всё же. На самом же деле, желания улыбаться у меня не было, но нахлынувшие воспоминания заставили меня это сделать. А вот кое-что до сих пор осталось неизменным: те, кто сидят у входа в деревню и сторожат её – дрыхнут без задних ног. Так было всегда, и это не могло не заставить меня искренне улыбнуться. Я всегда любил смотреть, в какой позе они заснули сегодня? Но нет. Они, конечно, были отличными шиноби, да только ленивыми. Но это, похоже, не те, которые были там всегда... это совершенно другие шиноби! Ну, да ладно, спали они не менее смешно, чем те, которых я привык там видеть всегда. Я решил не придавать значения такой мелочи, как другие стражники деревни. Я ведь не знал пока, что произошло и в какой день я попал... да мне было ничего не ясно. Я решил не будить этих сонь – пусть спят. Мне нужно было как-то понять, что же всё-таки случилось. Для этого мне надо бы к Хокаге... что? К Хокаге... Так это же я! Ладно, оттого, что я ничего не могу понять, у меня сейчас просто взорвётся голова! Я поправил повязку, слегка ослабив узел, и решительным шагом направился к резиденции Хокаге. – Кажись, кто-то идёт, вон там, - зевая, проговаривает один из этих двоих, указывая пальцем на мой движущийся силуэт. – Ксо, да там реально кто-то идёт! Котетсу, идиот, вставай! – толкает его второй, и сам же резко подскакивает и направляется ко мне. - Вы почему не... – его глаза стали как два блюдца. Он указал на меня пальцем, поднимая свою дрожащую руку. - Котетсу... это... это же Четвёртый! – он посмотрел на меня с ужасом, словно я был его ночным кошмаром. – А? Кто? Четвёртый... ну, и хорошо, ну, и ладненько... – тихо отвечает тот, собираясь снова на боковую. - Что?! Четвёртый? Это что, твой новый способ меня будить? – он нехотя встаёт и направляется к нам. – Ты что, идиот? Я не шучу! Сам посмотри! – его рука все ещё дрожит, как и он сам. Меня же это не удивило, а лишь развеселило. Надо же, не думал, что с виду обычные шиноби, ничем не примечательные, смогут меня так рассмешить одним лишь своим поведением. Они так себя вели, словно я привидение или же что-то мистическое... ну, в этом роде. – О, похож, реально! – усмехнулся, видимо, Котетсу. - А ну-ка, вдруг это не он? Вдруг это нам кажется или... ну, или техника какая-то? – он подходит вплотную ко мне и начинает пристально рассматривать. Он ткнул пальцем мне в руку, что вначале меня рассмешило, потом же начало изрядно раздражать. Они что, издеваются? Или это прикол такой? Как они могут сомневаться, что это я?! – Слушай, Изумо, это не мираж, он реальный... Значит, техника какая-то. – Да вы что, реально идиоты? Какая ещё техника? Я четвёртый Хокаге, Намикадзе Минато, - вскрикнул я, уже не выдержав их идиотизма. Знаете, всего нужно в меру, а это уже был перебор. – Э... а как Вы... ну... Я даже не знаю, что и сказать, - промямлил человек, один глаз которого закрывала челка. Имени я, увы, пока не запомнил. – Где Кушина и Наруто? – я задал вопрос, терзавший меня с самого начала. Мне, правда, было до жути важно знать, где же они. Но эти двое отвечать не спешили. Их удивление лишь возросло, мне же было неясно, почему. Я задал нормальный вопрос, который совершенно не должен был вогнать их в ступор. – Узумаки Кушина.... Она же мертва, уже пятнадцать лет прошло.... Она погибла во время нападения Девятихвостого Лиса на Коноху, как и Вы... – неуверенно проговорил тот шиноби, боясь даже поднять свой взор на меня. - А Наруто, ну, он... – Что?! – я не дал ему договорить, ибо сказанное им меня настолько поразило и ужаснуло, что я еле смог устоять на ногах. Кушина и я погибли пятнадцать лет назад?! Такого я услышать никак не ожидал, я даже не помню, что они говорили дальше. Я просто не мог принять слов, сказанных ими. Что же я тогда тут делаю?