Сigarette aesthetic taste

POV: Дин.

      Сай идиот. Нет, даже хуже. Чего вот он от меня хочет? Я не знаю. Он сам полез ко мне целоваться. Его никто не заставлял. В чём проблема? Хорошо хоть не видел никто…       Я ещё долго сидел на кушетке и приходил в себя. Занятия закончились, мы убрали всё за собой, и я уже собрался домой. — Твою мать… Он просил погулять.       Я вышел из корпуса и набрал номер своей девушки. Она быстро взяла трубку и, казалось, была рада меня слышать. — Привет, Дин. Я ждала твоего звонка, — нежно говорила она. — Привет. Сона, ты не занята сегодня? Я хочу зайти к тебе. — Для тебя я всегда свободна. Ко скольким ты хочешь подойти? — Ну вообще — сейчас. Я уже иду. — Хорошо. Я буду ждать.       Сона очень хорошая девушка. Добрая, отзывчивая, преданная. Я вообще не понимаю, что такая как она нашла в таком, как Сай выражался, «тупом физкультурнике»? Она высокая, стройная; у Соны длинные светло-русые волосы, тонкие пальцы и очень красивые голубые глаза. Она живёт совсем недалеко от университета. Родители сняли ей квартиру, чтоб она жила отдельно. Буквально две улицы пути; одна выкуренная сигарета, — и я уже поднимаюсь по лестнице на третий этаж. Стучусь в двери, и они почти сразу распахиваются. Господи, какая же она красивая. Сона всегда встречает меня в платье и с распущенными волосами. Знает, что я очень люблю девушек с красивыми волосами. Ко мне она очень внимательна и всегда с порога протягивает руку, в ожидании того, что я отдам ей свою сумку.       Я вхожу к ней в квартиру. С кухни уже идёт приятный запах еды. Место на обувной полочке свободно специально для моих кроссовок. Она ждёт, пока я оставлю сумку, пока разуюсь, потянусь и обниму её. — Я скучал. — Я тоже скучала.       Я запускаю руки в её волосы и чувствую легкость. Эта девушка стала для меня отдушиной. Как же она похожа на Элизу… — Пойдём на кухню, ты, наверное, голодный. — Ага.       Я отпускаю её, и мы идём на небольшую кухоньку. Сона порхает у плиты, а я сажусь за стол. — Прости, я не думала, что ты придешь. У меня только то, что я сделала вчера. — Я съем, что угодно, если это приготовила ты. — Хорошо. Как прошёл день? — Нормально. Слушай, Сона. Ты хоть раз целовалась с девушкой? — Ты предлагаешь секс втроём с какой-то девушкой? — Нет, блин, я просто спрашиваю. — Может быть, пару раз целовалась, когда играла в бутылочку. А что? — Ты не считаешь это противным? — Почему я должна считать это противным? Все люди одинаковые, независимо от пола.       Так всегда. Сона была старше своего возраста. Думаю, Элиза сказала бы мне то же самое. Они и правда похожи. — Сегодня я целовался с парнем. — Ничего страшного. Я не считаю это изменой. Ты можешь делать, что хочешь. Ты ведь знаешь, я закрою глаза на всё, что бы ты не сделал. — Я говорю это не потому, что чувствую себя виноватым, а потому, что хочу разобраться в себе. Мне не было неприятно. — И ты боишься, что стал геем? — Ага…       Она поставила на стол тарелку риса и куриных сердечек в молоке. Господи, как же я люблю куриные сердечки. Когда стану старше, я обязательно женюсь на Соне. — Не переживай. Если тебе предназначено быть геем, — это не изменить. — Легко тебе говорить. — Человек, которого ты поцеловал, наверное, особенный для тебя… — Я не уверен. Думаю, он такой же, как и все остальные.       Стоило мне немного поесть и задуматься об этом «особенном» человеке, как я стал испытывать странные чувства. — Сона, как ты себя сегодня чувствуешь? — Чудесно. Ты хочешь сначала в душ или после?       Снова этот её взгляд. Готовая на всё девушка. По отношению к ней я испытываю смешанные чувства. Она мне вроде сестры, но в то же время я испытываю к ней желание. Я люблю её как сестру, но хочу как девушку…       Я быстро доел весь оставшийся рис и встал из-за стола. Всё-таки мама учила не быть свиньёй и помыть за собой посуду. Я стоял у раковины и намывал тарелку, закатив рукава, когда Сона подошла ко мне и со спины обняла. Она бывает холодной, радостной, но чаще всего она просто нежная девушка. Ненавижу себя за то, что поступаю с ней так из раза в раз.       Когда я домыл тарелку, то поставил её на шкафчик. После вытер руки, выдохнул, повернулся лицом к Соне и поцеловал её. Её горячие губы очень желанно принимали мои. Она приоткрывала свой рот и с лёгкостью впускала мой язык. Когда мы прервали поцелуй, я поднял её за ягодицы и усадил прямо на кухонный стол. — До душа. — Хорошо.       Я продолжал целовать её и гладить бедра. Такие мягкие, приятные. Её шея пахла сладкими духами. От этого её хотелось не только целовать, но и кусать, что я, собственно, и делал. Она постанывала и скользила руками под моей кофтой. Я быстро снимаю свою кофту и спускаю штаны. Она раздевается полностью. После я двигаю её за бедра чуть ближе к краю стола и спускаюсь на колени. От каждого моего поцелуя её бедра дёргаются и напрягаются. Затем, когда я начинаю целовать там, она буквально падает на стол и стонет, сложив ноги мне на плечи. Я хочу быть нежным с ней как можно дольше, но редко с ней я бываю терпеливым. Ласки продолжались сравнительно недолго, после чего я немного плюю на пальцы, смазываю себя и вхожу в нее. Тепло. Первые несколько движений обычно нежные и медленные. Я даю ей возможность привыкнуть. После чего берусь за её бедра и начинаю двигаться резче и быстрее. Я уверен, что ей больно, но она молчит. Как всегда. Я двигаюсь в ней всё быстрее и быстрее, затем приподнимаю, спускаю ногами со стола и переворачиваю к себе спиной. Она только стонет и сжимает меня изнутри. Какая же она сексуальная. И как я мог подумать о том, что какой-то парень сможет заменить это? Я двигался ещё минут пять, после чего остановился. — Скоро.       Она приподнялась и спустилась на пол на колени. Сона всегда знала, что я люблю, поэтому с лёгкостью доставляла мне удовольствие рукой и ртом. Как только я чувствовал, что вот-вот кончу, брался за него рукой и помогал себе сам. Сколько бы я не пытался, даже с разными девушками, кончить у меня выходит только на лицо. Часто они говорили мне, что я извращенец, но не Сона. Она молчала и довольствовалась тем, что имеет. Как только я кончу, я тяжело выдыхаю и, взяв со стола салфетки для рук, вытираю Соне лицо. Затем, она сама протирает его после меня второй раз и поднимается с пола. Я целую её, и мы вместе идём в душ. Обычно мы редко разговариваем после секса. Чаще всего, потому что она редко кончает. Пока я моюсь, ей приходится заканчивать всё самой, рукой. Я, определенно, ублюдок.       Мы помогаем друг другу помыться, потом она сушит мне волосы, и я смело могу собираться домой. Сона всегда улыбается и говорит, что счастлива быть со мной. Я ей не верю. Я та ещё скотина, на самом деле. Как же хочется остаться тут, а не возвращаться в общежитие. Там меня явно ждет серьезный разговор с Саем…