***
Очнулся Питер уже на полу, все еще в спальне Мэй. Когда он взглянул на тело, то подошел. Видимо, убили его тетушку во сне, раз на лице изображен лишь ужас и страх, от того, что не успела ничего предпринять. Руки застряслись. Тети Мэй больше нет. Совсем. Никто больше не будет будить его по утрам в школу, никто не будет печь финиковые кексы и пироги, от которых немного тошнит. Больше нет Мэй. Она ушла. Н-а-в-с-е-г-д-а. Навеки вечные. Единственная мысль что пришла в голову, была — свалить из этого мира вслед за Мэй. Но парень отмел ее сразу же, ведь, что тогда будет с Мишель, с Нэдом, с мистером Старком? Правильно, нельзя начинать цепочку смерти, ведь как-то Мишель сказала ему — Пит, если ты умрешь, я отправлюсь вслед за тобой, обещаю. Тогда Питер только улыбнулся и сказал, что никогда ее не оставит. Что же, значит единственным адекватным решением будет отправиться к Мишель и уже у нее расплакаться, ведь глаза сильно щипет, а значит скоро потекут слезы.***
Уже на подлете к их с Мишель дому Питер вспомнил, что стоит позвонить в полицию, чтобы нашли виновника. Если Питер сам будет искать убийцу, то, безусловно, свернет ему шею. И непременно скажет, что так и было. Присев на крышу, он набрал номер полиции со своего личного номера (не с костюма же ему звонить). Послышались гудки. Когда же усталый голос пробурчал обязательное «Алло, что у вас случилось?», Питер на мгновение растерялся. — Здравствуйте, я хочу сказать, что мою тетю сегодня уб-били. — голос начал понемногу дрожать. — Когда я ночью проснулся и пошел в туалет — тайна личности прежде всего — я зашел к Мэй, каж-жется, я хотел спросить что-то п-про печ-ченьки, уж-ж-же не помню, у нее нож-ж из-з груди торчал-л. — Питер почти расплакался прямо в трубку. — Я с-сейчас у д-дома с-своей девушки, н-но вспомнил, ч-что стоит поз-звонить в п-полицию. Я сейчас скину адрес. Договорив последнее предложение без нервных ноток в голосе, он дрожащими пальцами стал набирать их с Мэй адрес. Вернее, теперь только его адрес. А потом, что-то в груди резко опустело. Он помнил это чувство. Когда умер дядя Бен, рядом с ним была тетя Мэй, которая поддержала племянника, хотя сама скорбила по мужу. Сейчас ему кто-то нужен, кто-то родной, и пускай, что кровных родственников в этом мире у него нет, у него остались люди родные сердцу. Да, Мишель, поможет. Определенно.***
Когда Мишель увидела Питера на своем подоконнике она почувствовала, что холодок пробежал по ее телу. Да, у нее не было паучьего чутья, но повышенная интуиция прилагалась. Когда она услышала ответ на свой вопрос — Что у тебя случилось, Пит? — ей стало немного жутко. Сначала от того заплаканного и красного лица, потом от настолько разбитого голоса, которым были произнесены слова, заставившие пожалеть Мишель о своем вопросе — Тетя Мэй умерла, представляешь? Такой сломанный, пустой, практически стеклянный голос она еще не слышала. Стало жутко, от того, насколько у Пита потерянные глаза. Он выглядел мертвенно-бледным, он, казалось, не понимал происходящего. О Тор, это похоже на истерику. В этот момент Мишель поняла, что готова отдать все свои сверхсилы ради улыбки, хоть какой-нибудь улыбки на этом когда-то светящимся лице, которое сейчас выражало абсолютную безысходность.***
Когда Старку на совещании пришло СМС от Пятницы «Тетя Питера Паркера была убита этой ночью», то Тони сбежал с такой малозначимой конференции в сравнении с горем, которое могло охватить парнишку. Мэй Рэйли Паркер никогда не была близким для Энтони человеком, но была для Питера. Сам Старк прекрасно помнит, как ему было плохо, когда умерли его родители. Да, Эдвард Старк никогда не был хорошим отцом, но почему-то Тони плакал на похоронах родителей. Мария Старк была прекрасной матерью, но Эдвард слишком часто увозил ее на конференции, вечера, совещания. Поэтому, когда Тони Старк гнал в своей машине сквозь пробки, то единственной мыслью было — не дать пацану натворить глупостей. Когда он увидел на карте передвижений, что Питер не находится дома, на кладбище, или, может быть, в полиции — что-то напряглось в душе мужчины. За прошедшие два года Питер и Старк стали практически отцом и сыном. Они вместе проводили много времени, а Тони все боялся, что Паркер рассыпется в пепел, как тогда, на Титане. После отмены щелчка Старк стал контролировать каждое действие паренька, на что обижался последний. Тогда Питер пошел к Старку на реальную стажировку, где Тони было легче уберечь мальчика от любой инопланетной опасности.***
Оказалось, Питер находился почти на последнем этаже какого-то здания, которой обычным язык назвать не поворачивался — настолько пафосно оно выглядело. С зарплатой, которую платил Тони Питеру, парень вполне мог позволить себе купить здесь жилье. Когда ты Тони Старк — на Земле перед тобой открывается множество дверей. Консьерж пропустил его за автограф и селфи. Не профессионально, но что поделать — когда перед тобой кумир многих людей! Позвонив в дверь, за которой мог находиться Питер, Старк почему-то напрягся. Дверь ему открыла странная девушка — она сначала посмотрела на него с нескрываемым раздражением, но через пару секунд складка на лбу разгладилась, хотя глаза продолжали напряженно изучать лицо миллиардера. Такой взгляд только у Романофф, может, родственники? — Мистер Старк, если вы хотите морально поддержать Пита — проходите и садитесь на диван, если он не захочет, я все равно выпру вас отсюда. Желание Пита — закон, особенно в такой ситуации. — Девушка говорила это с абсолютно не читаемым лицом. Она пропустила Энтони в квартиру, аккуратно прикрыв за собой дверь. — Ах да, я — девушка Пита. Приятно познакомиться.***
— Пит, ты как? Там Старк пришел, хочешь поговорить? — Мишель не хотела напрягать парня, все-таки и для нее Мэй была не посторонним человеком. Парень вскинул голову и посмотрел красными глазами так, что сердце у Джонс сжалось. — Правда? Я с-сейчас, прив-веду себя в п-порядок, и выйду. Мишель поджала губы и отвела взгляд. Ей совсем не хотелось мучить Питера, но тут Старк пришёл, в такой личный момент. Она знает, что Тони — не настолько она его уважает, чтобы и в мыслях мистером Старком звать — искренне беспокоится за Паркера, но… Немного не вовремя.***
Когда Тони увидел сгорбленного Питера с красными опухшими глазами, то на мгновение ему стало страшно. Этот страх усилился, когда мужчина посмотрел в глаза парню. Потерянные глаза. Напуганные. Сейчас Питеру семнадцать, и его отправят в детдом до совершеннолетия, если Старк что-то не сделает. Идея усыновить Питера — это надо повторно обсудить с Пеппер, может, другие мстители подтянуться — была в его голове давно, достаточно, чтобы большинство вопросов были заранее уложены. — Питер, привет. — о да, гений, ничего лучше не придумал? — Я понимаю, как тебе сейчас плохо, но позволь кое-что предложить тебе. Так как ты несовершеннолетний, тебя могут отправить в детдом — Старк увидел, как вздрогнули одновременно Питер и его девушка, кстати, как ее зовут? — Я хотел сказать, что мы с Пеппер, может и с другими мстителями, можем усыновить тебя. Ты не против? Энтони видел, как распахнулись глаза Паркера и как тот начал медленно качать головой, говоря «да».***
Когда Питер отказался переезжать в Башню или на Базу — ему был дан выбор — Старк удивился. Когда парень пояснил, что не хочет расставаться с Мишель, Энтони успокоился. В Башне найдется комната с двухспальной кроватью — уверен миллиардер. Сейчас главное — дать пацану валерьянки или еще чего успокаивающего. Остальное второстепенно.***
Наташа не была против стать опекуном Питера — как и Стив, и Клинт, и Баки и Сэм. Это напрягло. Осталось уговорить Пеппер, и дело закончено. Вытащить миссис Старк с конференции — проще простого, когда напишешь ей «дело сверхважности». Она даже не ругалась, когда узнала про горе пацана. И конечно согласилась стать ему опекуном.***
Питер чувствовал себя предателем, когда так легко согласился на предложение мистера Старка. Он поступил бессовестно, как последний человек на Земле. Ему неимоверно стыдно перед тетей. При упоминании тети Мэй слезы текут новым потоком, хотя казалось, что Питер уже всех их выплакал. Мишель обняла его, успокоила, он же такой плохой человек***
Когда Мишель согласилась жить вместе с ним в Башне — он был рад. Но от каждой улыбки и позитивной мысли казалось, что он предает тетю Мэй. Когда он проснулся, наступил, кажется, уже следующий день. При первой и единственной мысли о том, что тети Мэй больше нет, ему стало плохо. Он предатель.***
Когда Питер вместе с Мишель переселился в Башню, он все еще чувствовал себя последней тварью. Он не смог уберечь. Не справился. Не сумел. Мишель все еще обнимала его каждую свободную секунду. Как такому плохому человеку как он, досталась такая прекрасная девушка? Когда Мишель предложила выпить он не сильно удивился. Согласился. Когда их увидел мистер Старк, ему уже было не так плохо. Даже немного весело. И, кажется, немного грустно, потому что как-то неприятно потянуло под сердцем. А может, он уже просто посадил печень.***
Ещё один разговор с мистером Старком на тему его усыновления. Питер невольно задумался — чем он, простой ботаник, которого укусил радиоактивный паук, достоин всех этих благ? Ему вполне достаточно было бы жить со своей тетушкой, обниматься с Мишель в библиотеке и просто жить со своей семьей. Взгляд Питера упал на спящую на соседней подушке, он заволновался. Что, если небо у него опять заберёт самое дорогое? Нет, — обещает Питер себе — я этого не допущу. Ни за что, Мишель будет жить вместе с ним долго и счастливо, он приложит все усилия, чтобы защитить свою семью. Питер обнимает Мишель до хруста в рёбрах, от чего резко разжимает руки. Во второй раз обнимает нежно, бережно прижимая хрупкое (на вид) тело девушки и вдыхает запах её волос. Боже, это ангел, а не человек. Какой человек может иметь настолько аккуратное лицо, настолько мягкие волосы? Только Мишель. Только его Мишель.***
А какой сегодня день? Питер не помнит. Только знает, что много времени прошло со смерти Мэй. Когда умирает человек, который каждый Божий день тебя будил, угрожая своей едой, ты начинаешь плакать. Засыпаешь, просыпаешься, вспоминаешь, и снова плачешь. Это похоже на День Сурка. Но Питер знает выход из него. Это Мишель, мистер и миссис Старк. Люди, которые его поддержат. Не дадут сорваться. Мишель не возражает, когда в их спальне камеры, а на ней самой не меньше десятка жучков, даже чип под кожей, следящий за её здоровьем день и ночь. Мишель знает, Питер волнуется. Обоснованно, кстати. Мишель***
Мишель в ярости. Почему, почему этот паук так поступает? Нельзя быть настолько самоотверженным!***
Когда Питер смотрит на календарь, то понимает, что прошло около трёх месяцев безумного ритма жизни, когда он не спит по несколько суток.***
Когда Питер впервые за это время идёт в школу, на предпоследнюю неделе последнего учебного года, Энтони Эдвард Старк закатывает такую вечеринку, что у Питера начинает кружиться голова. И пусть тут только Мстители, шума от них, как от толпы. Каждый подходит, здоровается, обнимает или жмёт руку. А потом Питер вспоминает, что все эти люди — в равной степени его опекуны. Он начинает перед всеми извиняться, чем вызывает безудержный смех у Героев Земли и счастливую улыбку своей девушки, у которой уже слезы в глазах стоят от радости. Он дома.***
Впервые раз, после смерти Мэй, Питер приходит к ней на могилу. За его спиной стоит Мишель, готовая подставить плечо, поддержать. И Питер ей благодарен. Правда. Питер извиняется перед Мэй, стоит на коленях, но уже не плачет. Да, ему по прежнему тоскливо и немного одиноко от отсутствия Мэй на земле, но это уже просто глухая, ноющая боль около сердца, где-то в душе. Он справился.***
Когда Флэш по-старому называет его «Пенис Паркер», сам Питер не знает, как реагировать. Он уже свыкся с мыслью, что он теперь — Старк. И когда учительница проводит перекличку, с некой радостью подмечает, насколько вытянулось лицо у этого мудака. О, оно того стоило.***
И когда Питер Старк смотрит сначала на зал с Мстителями, а потому на девушку перед собой — выдыхает одновременно с ней «Да». Питер и Мишель Старк смотрят на гостей — Мстителей, родителей невесты, — они думают, что они дома. По крайней мере, со своей семьёй. Смотря прямо в широко раскрытые от адреналина глаза своей жены, он уверен, он счастлив. Да, у него не осталось ни одного кровного родственника на этой планете, но живы люди родные сердцу.