Холодные сердца

Новый город. Новый институт. Новые люди. Новая жизнь. Говорят, что это помогает в жизни, меняется все, но меняется ли сам человек? Пожалуй, это зависит от самого человека, захочет ли он изменять своим привычкам, принципам или нет. Вот Мия и не захотела этого делать, она никогда не изменяла самой себе, не смотря не на какие ситуации. Если ее брат смирился с тем, что им пришлось переехать и даже обрадовался этому, то девушка как всегда была равнодушна и хладнокровна к этому: "Люди все равно везде одинаковые, хоть в Питере, хоть в Лос-Анджелесе!" Такое разочарование в людях заставило Мию смотреть на мир так, каким он был на самом деле: видеть в людях только ложь, которую они скрывали за притворной добротой, и не капли искренности. Измена, предательство... как много его было в ее жизни... Мия стала, скорее показала то, что давно сидело внутри нее, - ее вторая сущность, которая есть у каждого человека, но не каждый признает ее существование, и у всех она своя, но всегда однотипная. Холодность, равнодушие, спокойствие сочетаемое с вспыльчивостью... Только вот слабость. Моральная слабость порой давала волю ее доброй и ранимой части сердца, хоть она это и пыталась скрывать. Но люди стали такими эгоистичными, злыми, что заботятся только о себе и о своих поверхностных желания, разучившись понимать и смотреть в глубь других людей. Бессонные ночи, одиночество свойственные для нее и только для нее. Ведь этими ночами она размышляла о жизни, о том, что произошло за день, обдумывая поступки людей и словно ища место в этом мире для себя, или иногда же тихо плакала, все же давая волю своим слабостям, но так, чтобы никто не знал и не слышал, но все же были два человека в ее жизни, которые все о Мии знали, это ее брат и лучшая подруга. Девушка, которая насквозь видела Мию, которая очень хорошо ее знала и только при ней брюнетка была искренней и самой собой. Но может еще кто-то заставить ее открыться себе? Утро. Бледные лучики сентябрьского солнца пробирались сквозь шторы и играли на лице девушки, заставляя ее проснуться. После долгих сопротивлений и попыток спрятаться от солнца, Мия сдалась и медленно встала с кровати, направляясь в сторону кухни, откуда раздавался тихий шум. Мятая большая футболка придавала домашний и уютный вид девушке, ее длинные русые волосы, ниже лопаток, небрежно торчали во все стороны, сонные выразительные глаза карего цвета, а в тени черного, завершали образ. Они были словно магнит, тянули к себе, а ты ничего сделать не можешь и просто поддаешься этому притяжению -Проснулась, соня? - спросил парень. Высокий брюнет, на вид лет двадцать, хотя ему двадцать пять. Такие же выразительные глаза как и у сестры, острые скулы, которым всегда завидовала Мия, потому что их у нее не было, так как она имела овальное лицо, где все ее черты выглядели мягко и нежно, но не смотря на это девушка не очень любила свою внешность и такую странную и как говорил брат неземную внешность и ее притягательность -Если ты шесть утра считаешь поздно, то что мне сказать, когда ты спишь до часу дня? - усмехнулась девушка и села за стол, на котором для нее был уже приготовлен завтрак. -Я домой поздно прихожу, - с ноткой злости и некоторым спокойствием ответил Тим -А нефиг по клубам шляться, - с наглой улыбкой сказала она, на что парень ничего не ответил, а только закатил глаза, как маленький ребенок, когда его отчитывают -Буду поздно, - сказал парень, спустя несколько секунд молчания, которые, казалось, длились вечно, и направился к выходу из квартиры, на ходу беря сумку -В таком случае может мне лучше сегодня у Яны переночевать? - с усмешкой спросила девушка, не повернувшись лицом к брату. Парень снова ничего не ответил и ушел. Порой такое хамское поведение Мии выводило из себя даже Тима, но она ничего не могла с собой поделать и он это знал, и понимал, ведь она так разговаривала всегда и со всеми, уж такая у нее манера общения, но сильная любовь друг к другу побеждала все, к тому же они были единственными близкими людьми друг для друга.... но у каждой медали есть обратная сторона. Неужели только она одна с таким холодным сердцем? Нет. Не одна. Есть на этом белом свете человек, который считает: "белый свет"- это теперь лишь одни слова, ничего больше. Люди всегда пользуются тобой, извлекают из тебя пользу для себя, а про искренность... пожалуй промолчу", - но вот к его друзьям. Лучшим друзьям. Это не относилось, но вот его девушка... Конечно, парень понимал, что она его не любит... все ее чувства - фальшь. Только вот один вопрос, который он постоянно себе задавал, никак не давал ему покоя: "Зачем я с ней, если это все наигранно!?", - но вот ответ никак не находился, только какая-то отмазка по его мнению: "Просто мы увязли в этой игре, из которой теперь мне не выбраться... никому не выбраться", - хотя отчасти это было правдой. Почему отчасти? Потому что если мы захотим. Если мы найдем ради чего или кого стоит выйти из игры, мы это сделаем, не смотря и не задумываясь о последствиях, ведь…они не так важны, когда рядом есть тот, ради которого ты идешь на все. С ним ты пойдешь в огонь и воду И Марк скоро поймет это… Грубость, хладнокровие, которое пугало всех, порой даже его друзей, в то же время полное спокойствие, никак не подходящее, но идеально сочетающееся с его холодом. Карие глаза, словно бездна, в которой тонули все девчонки, но никто из них не мог достигнуть глубины этой бездны и дотронуться до самого сердца… Ах, эти глазки. Но вот если в этих глазках горели огоньки и бегали черты, то ничего хорошего это не предвещало…никто не мог увидеть другую сторону этого огонька -Марк, ты когда вернешься? - спросила Юлия Андреевна, мама Марка. Милая женщина сорока пяти лет, с милыми и светлыми чертами лица, которые сразу внушали доброту и ласку -Как всегда, - ответил он и захлопнул за собой входную дверь -Даже не позавтракал, - грустно сказала женщина сама себе Черная футболка, кожанка, черные джинсы и такого же цвета рюкзак, и белые кроссовки... Создается впечатление, что это обычный парень... это только первое впечатление, по которому не нужно судить о человеке и его душевном состоянии