Парень, ты попал...

      После рассказанной истории, Юнги понял, что Чонгуку необходимо поговорить со своим братом. Мин пришел домой слегка грустным, решив написать Чонгуку. Юнги: Что делаешь? Ответа не приходило. Ни спустя пятнадцать минут, ни спустя час.       После ухода Юнги, Чонгук поехал домой, полностью поглощенный своими мыслями. Он решил отвлечься. Время было 16:05, в клуб запускают с 18:30. Отлично, есть время собраться. С Джису видится он пока не мог, поэтому написал ей. Чонгук: Сегодня не могу. Вот так вот, коротко и сухо. Прям, в стиле его отца. Дома он был в 16:20, принял по-быстрому душ, поел (пить алкоголь на пустой желудок - самоубийство), надел он: простую белую футболку и чёрные рваные джинсы. Выехал из дома в 17:00, чтобы прогуляться, оставив специально телефон дома. Доехав до клуба, он припарковался. Машин было мало, потому что ещё слишком рано. Чон вышел из машины, на улице было пасмурно и прохладно, такое ощущение, что сейчас пойдёт дождь. Чонгук поёжился, но всё равно решил, что прогуляться — хорошая идея. Он шёл по длинной дороге в неизвестном направлении. Ветер колыхал его волосы, а нос от холода покраснел. Голые ветки деревьев качались из стороны в сторону. Чонгук не любил зиму, природа как будто умирала, а Чон ненавидел смерть. А кто её любит вообще? Мысли Гука были заняты Джису, Тэхеном и даже Джином. Вся эта ситуация сложилась действительно по его вине. Он это прекрасно понимал, но легче от этого понимания не становилось, скорее наоборот. Мысли так же завели его в воспоминания о матери и о брате. Вот о ком он точно не хотел думать, дак это о нём, поэтому он встряхнул головой, как бы прогоняя эти мысли. Дорога привела его в тупик, какой-то магазинчик с сувенирами, видимо, для туристов. Чонгук посмотрел на наручные часы, они показывали 18:10. Надо же, он проходил почти час. Пора возвращаться обратно. У клуба он был уже через пол часа. На входе уже стоял верзила и пара охранников. Этот клуб был элитным, простых смертных туда не пускали. Чон не был "простым смертным", поэтому без проблем прошёл фейс контроль. В помещении темно, включены стробоскопы и неоновое освящение, уже играла громкая музыка. Людей было мало, основной народ привалит после девяти. У Чона была осознанная цель и он двигался по направлению к ней. Бармен стоял за стойкой, протирая стакан, Гук сел напротив него. — Стакан виски. — Чонгук был не в настроении любезничать. — Будет сделано. — Молодой парень улыбнулся и наполнил стакан коричневатой жидкостью, бросив в него пару кубиков льда. Гук взял стакан и залпом выпил. — Ого! День не задался? — Спросил бармен, протирая уже другой стакан. — Скорее жизнь... Ещё. — Чонгук вытер ладонью рот. Парень послушно налил добавки. Чон так же резко, залпом опрокинул жидкость в себя. После со стуком поставил стакан на стойку. — Если что, я отличный слушатель. — Бармен улыбнулся и налил ещё. — Ага. — Гук взял стакан и выпил содержимое. После семи стаканов его язык слегка развязался, а клуб наполнился людьми. — Вот я узнаю, что эта скотина – гей, шантажирую. Всё вроде хорошо, а ощущение, как будто чью-то собачку сбил. Ужасно в общем. С Джису разговаривать не могу. — Чон выдохнул и прикрыл ладонями лицо. Было душно, басы давили на мозг, люди вокруг бесили, да и вообще все бесило. Гук опустил руки и взглянул на бармена. Тот был озадачен. — Ну, парень, занятная история. Я тебе посоветую ей рассказать. Не мучить себя. — Парень взял его стакан и наполнил. — Я не могу. В этом-то и дело. Не могу... — Чон взял стакан и выпил. После развернулся на сто восемьдесят градусов, лицом к танцующей толпе. В глазах всё слегка плыло, но если на чём-то сфокусироваться, можно было разглядеть. Толпа казалось одной однородной массой, катающейся по залу. Все одинаковые, у всех одинаковые мечты и одинаковая судьба. Самое печальное, что и он сам такой же. Кто-то из этой толпы вскоре женится на той, что никогда не полюбит, а любовь и не важна, не для них, не для него самого. Важны лишь деньги и связи, выгодные контракты и сделки. И Чон станет папиной "сделкой", когда придёт время, и все они тоже – "сделки". Любовь в жизни не играет никакой роли – это пустой звук. Семья тоже – пустой звук для них всех. Да и кому нужна эта любовь, когда можно обеспечить себе перспективное будущее? Правильно, никому. Чонгук раньше никогда не думал о любви и, тем более, о создании семьи, но он понимал, что рано или поздно ему придётся женится. И женится на той, что скажет отец. Чон потёр руками глаза и поднял взгляд на столике сверху. Из-за алкоголя и давления на глаза, всё было размазано, но сфокусировавшись, он увидел знакомое лицо. Тэхен сидел с несколькими парнями за столиком и о чём-то болтал. Чонгук, несколько секунд посмотрев, встал и пошёл на выход. Взяв пальто, он вышел на улицу. Уже темно, Гук поднял голову к небу, звёзды... Красиво. На душе кошки скребут. Он так и шёл не отрывая взгляд от звёзд. Внезапно, он во что-то, а точнее кого-то, врезается. — Эй! Парень, смотри куда идёшь! — Голос казался противным и грубым. Чон посмотрел на парня, высокий, довольно жилистый, за ним стояло ещё трое. — Я-то смотрю, просто это вы тут встали, как ослы и пройти не даёте! — Он не знал зачем грубил, но просто хотелось. — Ты кого это ослом назвал? — Довольно не дружелюбным тоном, спросил кто-то из парней. — Тебя! — Гук указал пальцем на парня. — И тебя! — Ещё на одного. — И тебя! И тебя! — В конце, он ткнул пальцем в грудь парню, который стоял прямо перед ним. В ответ на это, парень, который стоял перед ним, замахнулся и ударил ему в живот. Чон согнулся и закашлял. Удар был сильным, после, его ударили носом об коленку, он упал на пол. Никакого сопротивления, он просто лежал и считал удары ног по его животу, рёбрам, спине. Чонгук закрыл руками лицо, из носа текла кровь. Алкоголь притуплял боль, но всё равно Чон чувствовал. Вскоре, он услышал какой-то шум. Удары стали сначала замедляться, а после вообще пропали. — Что здесь происходит?! Четверо на одного?! — Какой-то парень подбежал к тем, что наносили удары Гуку. — А тебе что надо?! Вторым хочешь быть?! — Громила был зол. — Ну, это вряд ли. — За ними пришли ещё четверо парней. Завязалась драка. Чонгук так и лежал, закрыв руками лицо. Ему было больно, но не физически... Он слышал только мат, крики, звуки ударов и сломанных костяшек, звуки падений. Вскоре, он почувствовал, как кто-то его берёт за плечи и пытается усадить. Чонгук сел, спиной облокотившись о дерево, убрал руки с лица и открыл глаза. — Чонгук?! Это ты?! — На него смотрел до боли знакомый парень. — Бля, какого чёрта?! — Его сразу же перестали держать за плечи и он чуть не упал на бок, но удержался. — Парни, можно было не стараться, а оставить его! — Тэ, что ты такое говоришь?! Как он? — Спросил кто-то из его компании. — Он нормально. Пойдёмте по домам. — Тэхен встал с корточек и сверху вниз посмотрел на Чона. Тот молчал, кажется, не осознавая, что вообще происходит. — Нет. Давай дождёмся скорой. — Сказал ещё один его друг. — Тэ, ты чего? Его же сильно побили! — Вызывай и жди! А я домой поехал. Пока. — Тэ ещё раз глянул на Гука, развернулся и пошёл к своей машине. — Тэ!? Тэхен?! Ты куда?! — Кричали ему в след, но тот не оборачивался, сел в машину и поехал. — Парень, ты как? — Сел на корточки какой-то парень. Чонгук поморщился и попытался встать, но его быстро приземлили на пятую точку. — Сиди! У тебя же по-любому рёбра сильно пострадали... Скоро скорая приедет. И действительно, через пару минут приехала машина скорой помощи. Его подхватили за подмышки и положили на носилки. После чего затолкали в машину и поехали. С ним вызвался ехать один из парней. Он что-то рассказывал медбрату, скорее всего про драку, но Чон не слушал. Вскоре они приехали в больницу, его выгрузили из машины и повезли в здание. Чонгук понял, что скорее всего позвонят его отцу. Этого он никак не мог допустить. — Документы у тебя есть? — Спросил Чона парень. Тот кивнул и еле достал свой паспорт. Парень его взял и только собираясь уйти, за его кофту ухватились. — Только не звони... отцу. — У Гука получилось сказать очень хрипло. Говорить было тяжело. Парень кивнул и пошёл к ригестратуре. Через несколько минут его везли в палату. В VIP палату. Отцу всё-таки позвонили. Блять. Ему помогли переодеться и уложили на кровать. После поставили капельницу и оставили его в одиночестве. Через пару минут он уснул.       Проснулся он через несколько часов. Открыл глаза. Все плыло, но через пару секунд стало нормально. Он повернул голову. На него смотрел обеспокоенный Юнги. — О! Проснулся! Ты как? — Начал Мин. — Я...Нормально. Сколько я спал? — Получилось хрипло. — Не знаю. Я пришёл час назад, а ты уже спал. — Сколько времени? — Сейчас. — Юнги посмотрел на наручные часы. — Почти двенадцать ночи. — Отец не приходил? — Эм... Пока я здесь был – нет. — Мин посмотрел виновато. — Понятно. — Чон выдохнул и посмотрел на руку, в которую был воткнута капельница. — И сколько меня собираются здесь держать? — Не меньше двух недель точно. — Юнги похлопал по кровати. — Ебать! — Гук опрокинул голову назад и почувствовал резкую боль. — А! Бля! Больно! — Чонгук, у тебя сломано левое ребро и сильные ушибы. Хорошо тебя отделали. — Я знаю. — Чон вернул голову в обратное положение. — Что произошло? — Ничего. Просто подрался. — Ответил раздраженно Гук. — Не подрался, а тебя избили. Причем жестко. — Ага. — Дак что произошло? — Не отставал Мин. — Да бля! Просто шёл себе спокойно, а там эти гандоны. Ну, я им предъявил, а они вот, что сделали! — Закипел Чон. — И ты даже не сопротивлялся?! Чонгук, что происходит? — Ничего не происходит! Всё! Хватит! — Чон попытался сесть. — Ну-ка! Лежать! — Юнги остановил его за плечо. Тот послушно лёг на место. — Ладно, я отстану. А сейчас мне пора. Завтра... То есть сегодня загляну. — Мин посмотрев на друга, развернулся и пошёл на выход. Чонгук снова остался один.       Неделя в больнице длилась очень долго. Ему не давали самостоятельно вставать, если он хотел в туалет, приходил медбрат и помогал пройти пару шагов до двери. Туалет был у него в палате, как и душ. Ещё был телевизор и вай фай. Но телевизор он не смотрел, а в инете уже нечего было делать, поэтому он либо спал, либо пялил в потолок. Еду ему приносили в палату, готовили нормально, не как Джихи, но сносно. Каждый вечер приходил Юнги, Джису тоже приходила, но не так часто, даже Лиса забегала один раз. Отец ни разу не приехал. После адской недели, ему здесь так надоело, что он подумывал сбежать. От скуки он начал читать. Сначала какой-то детектив. Самый обычный, в котором убийцей окажется садовник. После детектива пошла фантастика. Он никогда не читал Гарри Поттера, да и фильм только один смотрел. После прочтения он очень впечатлился, как дитя малое. По правде говоря, таким он и был. Ребёнком. Он пообещал себе, что обязательно посмотрит фильмы и сравнит с книгой. После фантастики пошёл какой-то роман, он так его затянул, что Гук от печальной концовки, чуть не пустил скупую мужскую. Так и прошли две недели мучений. Ребро уже не болело, ушибы почти зажили и он мог уже самостоятельно передвигаться. За ним в больницу приехал Юнги, помог ему добраться до дома и оставил одного в квартире. Отца не было в доме. По факту – того вообще не было.       На пары он пошёл, спустя дня два после выписки. Его все расспрашивали, что же произошло, как он себя чувствует и всё в этом духе. Все, кроме Тэхена, Чимина и Джина. Те всё прекрасно знали и просто не лезли. День прошёл нормально, но из-за двухнедельного отсутствия, он плохо понимал тему. Придётся навёрстывать, чем он и занялся после пар. В библиотеке тихо и пусто. Сидят, конечно, пару ботаников, но тех не много. Чона ничто не отвлекало, он смог разобраться в теме. Выходя из библиотеки, он заметил на подоконнике, курящего парня. Он был одет в крупную голубо-белую полоску кофту, чёрные больше штаны и ботинки. Это был Тэхен. Теперь Чон знает не только его тайну, но и то, что он курит. Гук спокойно прошёл мимо. Тэ выглядел грустным, но почему это должно волновать Чонгука? Правильно, не должно, хоть он и был ему, и его друзьям благодарен за спасение, но это не значит, что ненависть ушла, а он сразу ринется дружить. Чон спустился с лестницы и пошёл на парковку, сел в машину и поехал домой.       Дома пусто, не считая домработницы. Гук поднялся наверх. Он решил принять ванну. У него было джакузи с подсветкой, наполнив его водой и пеной для ванны, залез в него. Вода горячая, но он к ней привыкнет. Чон осмотрел свою грудь и живот. Синяки ещё не до конца прошли и, если надавить – побаливали. Запах пены и горячая вода расслабляли, он прикрыл глаза. Мысли его полетели в детство. Он вспомнил, как мама сидела рядом и гладила его по голове, пока он лежал и грелся в ванне. Воспоминания отдали болью в области сердца. Чонгук встал и вышагнул из джакузи, завернулся в полотенце, и не спуская воду, пошёл к себе. Джихи уберет. В комнате прохладно и темно. Чонгук падает на кровать и зарывается в одеяло. Неприятные ощущения гложут. Он решает поспать. Через пару минут, он отправился в царство Морфея.       Утро встретило звоном будильника. Он проспал тринадцать часов. Проснулся с головной болью, такое бывает от пересыпа. В универ идти совсем не хотелось, но надо. Чон надел толстовку с капюшоном и голубые джинсы с дырками. Поел и вышел на парковку, сел в любимую машину и поехал. Приехал он рано, в аудитории человек семь, он не считал. Через пару минут зашли Чимин, Джин и Тэхен. То, что Чим и Тэ геи – факт. Гука передёрнуло. А Джин? Он тоже? "Бля, хотя бы пусть он нормальным будет!" – прозвучало у Чона в голове. Тэ выглядел подавленным, шёл позади и молчал. Они сели за парту, Тэхен сразу достал свой телефон и включил какую-то игру. После зашёл Юнги, от Чонгука не осталось не замеченным, что тот кивнул Чимину, а Чим улыбнувшись тоже кивнул. Настораживает. Чон отказывался верить в сказанное Мином, ну, что он би. Ужас! Мир сходит с ума. Чонгук помахал Юнги, тот сел рядом. — И тебе привет. — Голос был... Счастливым? Прозвенел звонок, зашёл преподаватель, учебный день начался.