Парень, ты попал...

      Чонгук убрал руку с перил, глаза сами по себе закатились, разговаривать с отцом не то, чтобы не хотелось, а ужасно не хотелось. Гук медленно поплёлся к двери кабинета, она была приоткрыта, он тихонько открыл её до конца и зашёл внутрь. Чон старший сидел за столом и курил сигару, смотря куда-то в пустоту. — Чонгук, ты думал о своём будущем? — Отец поднял на сына пустой взгляд. — Думал...Пока ты мне не приказал, кем быть... — Не начинай. Я же стараюсь для блага компании и твоего, конечно. — Отец усмехнулся и потушил сигару. — Вот в чём дело, я пока уходить не собираюсь, но, сколько тебе учиться осталось? — Три года. — Гук не понимал, что от него хочет папа, он итак согласился учится бизнесу, возглавить компанию в будущем, что ему ещё надо? — Отлично. Через три года ты сядешь на моё место, по закону, но...Я, во-первых, несколько лет буду твоим наставником и буду помогать тебе со всеми делами, можно сказать, буду руководить тобой, во-вторых, бизнес — это тяжёлое бремя, я думаю ты понимаешь. Так что, будь готов к этому, перестань страдать ерундой, возьми себя в руки, наконец. Будь мужчиной, а не пацанёнком. В-третьих, за каждым мужчиной стоит женщина. Это то, о чём я хотел оповестить тебя. Тебя необходимо жениться. Я спрашивал у тебя, каковы твои отношения с Джису. Думаю, из вас выйдет отличная партия. — Чонгук просто выпал в осадок. Что он должен сделать? Жениться? Жениться на ком? А детишек ему на день рождения не подарить? Пиздец. — Что?... — Гук отказывался понимать услышанное, может ему показалось? — Чонгук, перестань. Ты прекрасно всё расслышал, вон как глаза округлились. Это необходимо сделать, рано или поздно, но лучше рано. Джису — замечательная девушка, она же у отца единственная, поэтому тоже сядет на его место. Можно в будущем объединить компании, расширить бизнес. Это же замечательно. — Ты сейчас серьёзно?...Ахуеть! — Чон выкрикнул. — Следи за языком! Чонгук, я думаю и настаиваю на том, чтобы это произошло в ближайшее время. Тебе надо исправляться, она в этом тебе поможет. Ты слишком безалаберный, как я могу оставить на тебя компанию? Брак научит тебя ответственности. — Отец, нет! Я не собираюсь ни на ком жениться! Тем более на ней. — Чонгук был в ярости, хотелось ударить кулаком по столу со стальным "НЕТ" и выйти, хлопнув дверью. Чон старший смотрел сердито и отстранённо. — Плохая "партия"! Я её даже не люблю! — Чонгук, какая любовь? Ты думаешь, что все всё делают по любви? Ты ошибаешься, глубоко ошибаешься. — Нет! Я не буду жениться! Ты меня не заставишь! — Так, слушай сюда! Мне надоели твои истерики. Я в который раз убеждаюсь, что из тебя выросла тряпка, ты не можешь взять на себя ответственность. Ты женишься, хочешь этого или нет. Свободен. — Отец опустил взгляд на бумаги. Гук не мог пошевелиться, вообще. Воздуха не хватало, отец дал понять, что выбора у него нет.       Что теперь делать? Его не убедить, что женитьба — ужасная идея, тем более на Джису. Гук проглотил накатывающиеся слёзы, вот кто-кто, а отец их видеть не должен. Он глубоко вздохнув, поспешил выйти из кабинета, как только Чон переступил порог и закрыл дверь, по щеке скатилась слеза. Отвратительное чувство, чувство безысходности. Чонгук выдохнул и быстро пошёл к себе. Идя по лестнице, он несколько раз запинался из-за плёнки скопившихся слёз на глазах. Зайдя в комнату, он закрыл дверь и скатился по ней вниз. Всё катится в бездну. Всё будущее, которое должно было быть счастливым. Гук прикрыл ладонями лицо, ужасно больно в грудной клетке. Просидев так недолго, он взглянул на время — 16.05, Тэхен сказал приехать в восемь, но он необходим прямо сейчас. Чонгук достал мобильный, пару раз хмыкнув носом. Чонгук: Ты дома? Могу приехать? Ты мне нужен. Ответ пришёл спустя три минуты. Тэхен: Дома, отец тоже дома, но если нужен, то приезжай. Получив добро, он поднялся с пола и вышел из комнаты. Вскоре сел в машину и поехал.       У двери, уже полюбившегося дома, он простоял минуту, набравшись смелости, нажал на звонок. Через несколько секунд дверь открылась. Тэхен смотрел обеспокоено, правильно делал. Чонгук, сделав шаг, повис на его шее. — Что случилось? — Тэ обвил руки вокруг его талии. — Пойдём. — Гук перехватил его руку и повёл за собой, он помнил, где находится комната Тэхена, решительно открыв дверь, он завёл туда Кима. Войдя следом, закрыл дверь и сразу же прильнул к губам Тэ. — Чонгук, что случилось? — Тэхен отстранился, хоть и не хотел. — Пока не важно. — Чон довольно сильно толкнул Тэ на кровать. Сказать, что Ким немного удивился, ничего не сказать. Сам Чон Чонгук припёрся к нему домой, сказал, что нуждается, а сейчас проявляет инициативу. Тэ бы и радовался, но что-то тут не чисто. — Чонгук! Что происходит? — Тэхен, опираясь на руки, попытался встать, но Гук, сев ему на бёдра, не дал этого сделать. — Не важно... — Чон наклонился и накрыл его губы своими. Из почти невинного поцелуя с редкими покусывании, это переросло во что-то слишком развратное. Пальцы Чонгука гуляли по рубашке, расстёгивая пуговицы, а руки Тэ точно были не под контролем — пытались расстегнуть ширинку, комната заполнилась чмоками и прерывистым дыханием со вздохами. Тут дверь резко открывается. — Тэ, кто-то пришёл...Ой, простите... — Чон быстро слез с разгоряченного Тэхена и взглянул на покрасневшую женщину. Она прикрыла улыбку ладонью и почему-то стояла на месте. — Мам, может выйдешь? — Ким всё ещё не пришёл в нормальное состояние, дышал глубоко и прерывисто, в отличии от Гука, у которого кажется пропал дар речи, их спалили, мама Кима их спалила. Чон сразу пришёл в себя и аккуратно присел на край кровати, опустив взгляд. — Да-да...Тэ, ты же говорил, что не все с кем ты общаешься геи... — Ким старшая говорила это пытаясь сдержать смех, закусывая губу, при этом очень смущая Чонгука, смотря на него, он это чувствовал всеми фибрами. — Ну, видимо я ошибся... — Тэхен улыбнулся во все тридцать два, а вот Гук от стыда готов был провалиться хоть куда, только бы подальше отсюда. — Ладно, мам, покинь помещение, пожалуйста. — Ладно-ладно. — Она ещё раз оглядела Чонгука и, наконец, вышла. — Бля... — Чон упал спиной на кровать, его щёки, кажется, горели в первый раз за всю жизнь. Было ужасно неловко. — Да ладно, расслабся. Ты ей нравишься, так что... — Тэ взглянул на прикрывающего глаза Гука. — Ты покраснел? Да ладно! — Тэхен перекинул ногу, оказавшись на бёдрах младшего. — Дай посмотреть. — Тэ схватился за запястья Чона, потянув на себя. Чонгук брыкался, вырывался, не давая возможности Тэхену, ослабить хватку и оторвать ладони от лица. — Чонгук! Да дай же. — В ход пошло запретное оружие — щекотка. Тут железная хватка бессильна. Чон таки убрал руки с лица и залился смехом, складываясь пополам. — Боже, как это мило! Бля, клянусь, самое милое, что я видел. — Ким, перестав щекотать, схватил его за щёки. — Эй, это я милый? Ты там не перепутал? — У Гука уже заболел пресс из-за смеха, но успокоиться было трудно. — Не, видел бы ты себя сейчас... — Тэхен внимательно оглядел Чонгука, после уже не выдержав, начал поцелуй. Чон не отталкивал, а отвечал тем же, это продолжалось недолго, вскоре Тэ понадобился воздух и он слез с Гука, ложась рядом. — ...Я женюсь, похоже... — Спустя пару минут, смотря в никуда, сказал Чонгук. — Что? — Тэхен говорил спокойно, кажется, не понимая серьёзности его слов. — Женюсь...Я. — Гук присел на постели и потёр глаза ладонями. — Что? — До Кима, видимо, дошло. Голос был обеспокоенный. — В смысле? Ты шутишь? — Нет, Тэ, я не шучу. А вот эта ебаная жизнь шутит. И знаешь, юмор у неё так себе...Отец сказал, что я безответственный и мне нужна жена...Жена! Сука, какая жена!? — Чонгук подскочил на ноги, кричал он эмоционально, размахивая руками. — И кто?...Джису. — Тэ же был безэмоциональным, взгляд пустой. — Да... — Гук отвернулся, не мог смотреть на такого Тэхена, лучше бы он послал его, накричал, но не это. — Понятно. — Ким встал и прошёл до окна. Дождь. Отлично. Тэ закусил ноготь на большом пальце, нижняя губа подёргивалась. Парни стояли спинами друг к другу. Чонгук просто пялил в пол. Внезапно, Тэхен развернулся, подбежал к Гуку и крепко обнял его со спины. — Не надо этого делать! — Он уткнулся Чону носом между лопаток, слёзы сами покатились из глаз. — Бля... — Чонгук поднял глаза в потолок, внутри всё сжалось и ныло. Пелена снова накрыла глаза, но он не давал слезам скатиться. — Это невозможно. Пойми, мой отец,...Это пиздец... — Чон всё таки опустил голову, а по щеке пробежала слеза. — Ты...Поговори с ним. — Тэ говорил невнятно, но Гук понимал его. — Если бы разговоры помогали. Мой отец не твой, он...Он самый ужасный человек, поверь. Если он чего-то хочет, то добьётся, любыми способами. Но...Подожди. — Чон сбросил с своей талии руки Тэ и повернулся к нему. — Гук, не надо, пожалуйста...Ты мне должен, помнишь, желание? Дак вот оно: Пошли нахуй отца и не женись на ебаной Джису! — Тэхен кричал громко и разборчиво, в его глазах теплилась надежда и отчаяние. — Забудь... — Чонгук посмотрев ему в глаза, выбежал из комнаты, Тэ что-то кричал в след, но Гук пытался не вслушиваться, услышав громкий стук, как будто что-то разбилось, он на секунду остановился, но после продолжил сбегать по лестнице. Быстро схватив пальто, не застегнув ботинки, выбежал из дома. Сев в машину, он взглянул на окно второго этажа, на комнату Тэхена, и поехал.       Дорога длинная, проезжающие мимо машины и дождь. Улица казалось серой и пустой, но так оно и было. Гук гнал, несколько раз проехав на красный. Чонгук: Выходи, буду через десять минут. Знакомый, аккуратный чёрный дом. На месте он был ровно через десять минут. Девушка стояла под зонтом, заметив машину, она лучезарно улыбнулась и поспешила сесть в неё. Из-за короткой юбки и каблуков, Джису бежала походкой, как пингвин. Открыв дверь машины, она закрыла зонт и села в салон. — Привет. — Джису чмокнула его в щёку, Чон скривился и вытер мокрый след пальто. — Привет...Джису. Я приехал, чтобы кое-что тебе рассказать, а ты поступай, как знаешь... — Ким улыбнулась и развернулась корпусом к Чонгуку. — ...Я думаю, ты должна знать. Было это давно, я будучи с тобой в отношениях, переспал с какой-то девушкой в клубе, нас видели, но я приказал молчать и долго это скрывал... — Девушка не сразу поняв слова, все ещё улыбалась, но вскоре её улыбка пропала, а лицо приняло возмущённый вид. — Если это твои больные шутки, то не смешно. — Джису, это не шутки и, ещё я изменил тебе с парнем, и ни один раз. А сейчас я хочу, чтобы ты бросила меня. Думаю, так будет лучше. — Чон говорил медленно, чтобы то, что он пытается донести, дошло до неё. — Что ты несёшь, Чон Чонгук!? — Джису ударила кулаком ему в плечо. — Не шути так! — Я не шучу! Не шучу! Мне надоело всё, понимаешь. Я встречался с тобой только для того, чтобы твой отец подписал контракт, а сейчас это уже не нужно. Понимаешь, я тварь, да, ты заслуживаешь лучшего, правда... — Гук почти кричал, с каждым его новым словом глаза девушки заполнялись влагой, а нос краснел. — Ты! Да как ты смеешь говорить, чего я заслуживаю! Ты! Ты скотина, Чонгук! — Джису кинула в него зонт, после быстро дернула за рычаг и дверь открылась, она вышла из машины. — Между нами всё кончено, придурок! — Девушка хлопнула дверью, дождь лил прямо на неё, а она стояла и смотрела через стекло на Чонгука, тот постояв немного, завёл двигатель, положил ее зонт на заднее сиденье и тронулся с места. Как только он развернулся и поехал, глянув через заднее стекло, увидел, что Джису все ещё стояла, прикрыв лицо руками. Было ужасно жаль её, она действительно была в него влюблена, но так надо.       Дома света не было, отец ушёл. Чонгук смачно хлопнул дверью. Дело сделано, он расстался с ней, но что же делать дальше. На Джису он точно не женится, но существуют и другие кандидатки, надо что-то решать. Отец должен отказаться от этой затеи. Гук сбросил с себя пальто и не зашнурованные ботинки. Прошёл в коридор, немного подумав, он решительно зашагал к кабинету отца. Войдя в него, Гук прошёл до его стола. Взяв ключ от ящика, он открыл его, всё было на месте. Чон достал мобильник. Было несколько сообщений от Тэ в стиле "Ты подонок", Чон не стал их читать, а просто написал. Чонгук: Ты не понял меня. Я расстался с Джису, но это пока не всё. Война с отцом только началась. Гук, отправив сообщение, достал содержимое ящика, сфотографировав это всё на телефон, он быстро отксерил документы. После убрал всё это обратно. Развернувшись, он посмотрел на огромный портрет. — Посмотрим, чья возьмёт.       Утром гудела голова, на пары он решил не идти. Отца как раз не будет, можно ещё пошарить везде, чем он и занялся. Начал с полок книг, там ничего нужного не было, стол был весь в бумагах, но кроме тех, что он уже отксерил, не было. Гук повернулся к картине, сложил руки в боки и задумался. Внезапно вскрикнув, он подошёл к ней ближе. В доме нигде не висело картин, она единственная, к тому же огромная. Это натолкнуло на мысль. Чон попытался её приподнять — тщетно. Отойдя, он ещё раз внимательно оглядел её. Попытался еще раз — она как будто намертво приклеена. Гук выругался и подошёл к ней сбоку, между ней и стенкой было несколько миллиметров, значит она точно не приклеена. Чонгук взял со стола линейку и просунул её в это отверстие, подвигав, он прислушался, шуршание. Звук был похож на то, как по железу проводят железом, линейка, как раз была железной. Чон вынул линейку, за картиной точно что-то есть, только как это открыть, Гук понятия не имел, но теперь он знает одно, наркотики — не все тайны отца, что-то пострашней он хранит там, и Чонгук обязательно узнает что.