Часть 1
25 марта 2019 г., 13:00
24.12.1943, Франция.
– Баки, потанцуй со мной. Он поднимает голову. Она великолепна, как всегда, и в первый раз на его памяти называет его так. Обычно – «сержант». Он медлит, медлит, смотрит снизу вверх – какой позор сидеть, когда дама стоит! – и пытается понять. Не может. Спрашивает: – Потанцевать? Она кивает, чуть дрожат локоны. – Я? Снова кивает, легким движением плеча стряхивает чужую руку: какой-то наглец решил приобнять, так пусть идет к черту. – С тобой? Она закатывает глаза, но Баки не видит в них раздражения. И встает, протягивая ладонь привычным жестом.*
Баки кожей, скрытой под выглаженной формой, чувствует взгляды. Пьяные, неодобрительные, удивленные, колючие. Они делают неуклюжий круг: много танцоров, мало места, и до противного громко бьет по ушам льющаяся из радио пародия на веселье. – На нас все смотрят, – Баки констатирует очевидный факт. Все – это Дум Дум, Гейб и Монти, который прикладывается к пустому бокалу. Все – это двое хороших парней из соседнего пехотного, которые отбывают домой завтра. Все – это группа союзников, в основном местные, шумные и такие типично французские. Все – это Стив, у которого челюсть где-то на уровне стола. Она поводит бровью, и Баки соглашается мысленно – какая разница? Пусть смотрят.*
Как сменяется музыка, он не замечает. Только что было что-то в тему этого вечера, и вдруг – почти родное. Хит последних лет, такой однозначный по смыслу, и Баки стоило бы сесть на место, но вместо этого он спрашивает: – Как его звали? – Кого? – она смотрит наконец на него. – Твой брат. Как его звали? Вокруг них золотой круг. Так ему кажется, по крайней мере: им давно освободили площадку, давно солдаты и офицеры смотрят только на нее, несколько медсестер и официанток – на него. Но Баки не видит их лиц, они скрыты в вихре ритма и вращений, замазаны бликами света. Он считает шаги – как на уроке, хотя давно может танцевать с закрытыми глазами и в стельку пьяным, но сейчас старается не сбиться. – Как ты догадался? Баки пожимает плечами и думает: как странно. У нее все еще этот дурацкий акцент, она все так же безупречна, как каждый божий день, но сейчас – ломается. Мгновенно, и Баки почему-то рад, что танец скрывает это от окружающих. – Его звали Майкл. – Каким он был? – Ты и сам знаешь. Да, он знает. Баки никогда не видел Майкла, но Баки часто видел, как младшие сестры смотрят на старших братьев. «Хэй, Капитан, как бы сержант не увел ее у тебя!» Дурак ты, Дуган.*
– Счастливого Рождества! Стив хлопает его по плечу, трясет – наконец-то, вы отличные партнеры! – и протягивает выпить. Баки закидывает в себя одним долгим глотком, а когда снова поднимает голову, в глазах лучшей девушки Капитана Роджерса не остается ни следа слез.
