Минуты тишины

Глубокая ночь заполняет особняк тишиной, тихими скрипами и снами. Занзас неторопливо шагает по коридору, бесшумно - ковролин поглощает звук шагов. От усталости даже глазницы ломит, но он так и не смог заснуть и безуспешно пытался топить бессонницу в стакане виски. Воняет какой-то сладковатой херней - похоже, Луссурия опять жег ароматические палочки. Какого черта он вечно делает это на ночь глядя? Занзас, брезгливо морщась, проводит пальцем под носом и старается дышать неглубоко. Дверь в кабинет Скуало приоткрыта, внутри горит свет - опять торчит над отчетами. Занзас притормаживает. Не вынимая рук из карманов, легонько толкает дверь плечом и проходит в комнату. Скуало сидит за массивным письменным столом из породистого дерева, слегка сгорбившись и оперевшись виском о запястье. Со стороны можно подумать, что он просто задумался или что-то читает, если бы не ручка, которая выпала из безвольных пальцев. На Скуало надет дурацкий домашний свитер, который явно велик ему в плечах и висит на нем бесформенным мешком. Занзас не раз выражал свое мнение по поводу этой уродской тряпки, причем в самых красочных выражениях, но Скуало она нравится. Хер с ним, пускай носит. Не баба, в конце концов, чтобы форсить шмотьем. Занзас подходит ближе, огибает край стола и заходит Скуало за спину. Прямо на бумагах, которыми завалена поверхность стола, стоит ополовиненная кружка с давно остывшим кофе. Волосы Скуало убраны со спины на плечо и скручены в подобие жгута, который почти развалился. Занзас смотрит на выступающий позвонок над свободным воротом свитера, машинально вынимает руку из кармана и протягивает пальцы. По сравнению со смуглой кожей Занзаса кожа Скуало контрастно бледная. Занзас бездумно касается холмика пальцем, проводит им по теплой коже. Глупое мимолетное желание. Сейчас можно позволить себе поддаться ему. А потом он наклоняется к уху Скуало. Обоняния касается слабый горьковатый запах шампуня. - Мусор, - зовет Занзас. Не слишком громко, но и не слишком тихо. Скуало вздрагивает и шумно втягивает воздух носом. - Черт, - шипит он, напряженно оглядываясь. Во взгляде - холодная секущая сталь. Тело - скрученная, готовая к рывку, пружина. Увидев Занзаса, Скуало заметно расслабляется. - Нахуя так делать, а? Занзас кривит губы в ухмылке. - Шагай спать, - бросает он. - А то еще немного, и со столешницей поцелуешься. - У меня еще вот... - Скуало показательно трясет бумагами и бросает их обратно на стол. - Мне насрать. - Босс... - Это приказ. Выполняй. Не хочу смотреть на твою серую от недосыпа рожу с утра. - А сам-то, - как бы между прочим замечает Скуало. - Бухаешь посреди ночи? - Хочешь со мной? - безмятежно спрашивает Занзас, складывая руки на груди. - Не сегодня. - Скуало всегда так отвечает. Широко и громко зевая, он потягивается и со вздохом откидывается на спинку стула - больших и удобных кресел он не признает, говорит, что они слишком расслабляют. - Шел бы ты тоже спать, Занзас, - оглядывается он. Под серьезными уставшими глазами лежат сизоватые тени. Сколько ночей он толком не спал? - Мусор. - В голосе Занзаса проскальзывает чертова пьяная нежность. Скуало медленно моргает. - Я все думаю, когда у тебя кончится запас вот этих вот... - Он делает неопределенный жест рукой, подбирая слова. - Ну, обращений, что ли. - Не ссы, для тебя этого запаса всегда хватит, - заверяет его Занзас и нарочно добавляет, - акулий потрох. Скуало устало усмехается, а потом одним привычным движением руки откидывает волосы на спину и принимается легонько разминать шею. Занзас смотрит на этот застывший поток, чуть окрашенный рыжим светом ночных ламп. - Сядь-ка прямо, - командует он. Скуало, обернувшись, недоуменно приподнимает брови, но повинуется. Занзасу давно хотелось это сделать. Он не уверен, что сумеет, но не раз наблюдал, как это проделывает Скуало. С виду - херня, ничего сложного. Занзас собирает его волосы в кулак, потом проезжается по ним пальцами, разделяя их на пряди - ровно три. Скуало шипит и дергает плечами. - Да не дери ты так, не веревки вьешь. - Он тянет руку к волосам, но Занзас тут же небрежно отпихивает ее. - Убери грабли, - предупреждает он. Патлы у Скуало мягкие, гладкие, по ним приятно скользить ладонью - все равно что по шелку. Таким любая баба позавидует. И сейчас Занзас собственными руками пытается управиться с этим безмолвным напоминанием о гребаной клятве Скуало. Выходит даже неплохо. Коса как коса. Правда, кривовата немного, и пряди в некоторых местах выбиваются, но черт с ними. Осталось только перехватить чем-нибудь. На глаза Занзасу попадается папка с бумагами, лежащая на краю стола. Пальцами одной руки он ловко стягивает с ее угла канцелярскую резинку и закрепляет косу. Порядок. - Ты бы еще шнурком с ботинка перевязал, - бормочет Скуало, забирая за ухо короткие пряди. Тянет здоровую руку назад и оценивающе ощупывает косу. - Шнурком с ботинка я тебе шею перевяжу, если еще что-нибудь брякнешь, - беззлобно говорит Занзас, прислоняясь задницей к столешнице, и смотрит на Скуало. С распущенными патлами ему все-таки лучше. Или просто привычнее? А с этой косой он на домохозяйку похож. Занзас невольно усмехается, подумав об этом. - Над чем ржешь? - спрашивает Скуало. Занзас неопределенно качает головой, давая понять, что это не имеет значения, а потом говорит: - Пшёл спать. Или мне тебя на руках отсюда вытащить? Он вполне серьезен. - Наебнешься еще с пьяных глаз, - подначивает Скуало. - Проверим? - Занзас молниеносно подхватывает Скуало, опрокинув стул, на котором тот сидел, и уверенно несет его к выходу. Скуало худой, но тяжелый, мать его. Тяжесть его веса уже знакома рукам Занзаса, вот только в прошлый раз Скуало лежал на них в отключке, а по ткани его форменной куртки расплывалось зловещее темно-багровое пятно. - Занзас, ты башкой двинулся?! - сердито голосит Скуало. - Да не ори ты, блядь, - морщится Занзас. Но иногда Скуало даже молчит громко и умеет орать взглядом. Занзас не обращает на это внимания и невозмутимо шагает по коридору в направлении своей спальни.