Crazy

Pov Мидория Участие в ежегодном фестивале UA является самим по себе волнительным событием, а если к этому прибавить ещё и тот факт, что я, кажется, догадываюсь, кто является моим соулмейтом, и, если моя теория правдива, то, скорее всего, мне предстоит бой с этим человеком, ситуация становится лишь ещё хуже. После того сна я наконец-то понял, что даже несмотря на то, что мне теперь предположительно известен предназначенный мне человек (хотя я очень сильно сомневаюсь, что даже в нашем мире существует ещё один человек, обладающий такими необычными глазами и способностями), а также его отношение не только ко мне, да и ко всему окружающему миру в целом. Итак, что мне известно про Тодороки Шото: помимо того, что он является сыном одного из самых сильных героев, а также студентом, поступившим по рекомендации, у него необычная причуда, которую он использует лишь на половину, а также, помимо сверх силы, он не обделён умом, реакцией и определёнными лидерскими качествами, которые скрываются под маской отчуждённости и безразличия… И если большинство вещей из ранее перечисленного вполне понятны и объяснимы, то тот факт, что он избегает использования своей огненной стороны заставляет задуматься. Вновь и вновь думаю о шраме, располагающемся «красной» стороне его внешности, и о возможной связи между этими вещами. «Нет», ­- одёргиваю себя из раза в раз. — «Нельзя так. Не надо думать о плохом. Я искренне надеюсь, что всё совсем не так, как может показаться на первый взгляд. Хочется надеется, что он просто не любит лишний шум и поэтому выглядит таким отчуждённым и нелюдимым, а на самом деле Тодороки — хороший парень, который просто хочет выглядеть таким, каким он есть, используя свой образ, как средство защиты от окружающего мира…» В конце концов, разве если бы он был злым, пошёл ли Тодороки Шото в геройскую академию? Как никак — он сын Старателя, поэтому вряд ли является злодеем… Так я думал, пока откровенный разговор с главным виновником моего беспокойства всё не изменил. Тогда-то всё и стало на свои места, и открывшаяся правда вызывала лишь одно отвращение и… жалость. Жалость к тому, что Тодороки Шото не повезло в жизни. Жалость, что в своё время никто не спас этого беззащитного ребёнка от жестоких реалий жизни.

There`s a memory of how we used to be That I can see through the flames I am hypnotized as I fantasize Forgetting lies and pain But I can`t go back The ashes call my name

*** Находясь в глубоких тяжёлых раздумьях и переживаниях, я не заметил, как пришло время фестиваля, но я настолько сильно накрутил себя, что по большей части чувствовал вместо радостного предвкушения от сложно-интересных испытаний, по результатам которого я в ближайшем будущем смогу сотрудничать с профессиональными героями, испытывал лишь чрезмерное волнение из-за Тодороки и предстоящих заданий. Плюс ко всему этому прибавился также огромный груз ответственности, повешенный на меня надеждами на благополучные итоги мамой, Всемогущим, а также друзьями. Поэтому в этот день я очень плохо спал: сначала долгожданное действие никак не хотело наступать, а затем пришло время прерывистых, коротких фрагментов непонятных картин, смазанных множеством ярких, местами отвратительных образов, из-за чего с утра я выглядел крайне неважно. От нервов руки тряслись, ранее слипавшиеся от недостатка сна глаза теперь были широко распахнуты, а пальцы то и дело тянулись к волосам. Уж слишком велико было желание вцепиться ими в непослушные волосы и, желательно, выдрать их с корнем. Мама, как всегда, волновалась. Она постоянно обо мне волнуется, и сегодняшний день не стал исключением. Я едва успокоил её, а то чего доброго, она меня вообще из дома не выпустила бы. Придя на место встречи, я ещё больше ощутил давление окружающей обстановки. Крики болельщиков, ненависть и злость других учеников (спасибо тебе большое за это, Каччан), разговоры и высокие ожидания одноклассников: всё это лишь ещё больше заставляло меня нервничать. Не лучше ситуация стала и после брошенного мне вызова со стороны Тодороки. Я только пытался позабыть о нём хотя бы ненадолго, как этот парень решил бросить мне вызов. Нет, я, конечно, рад, что он признал меня за достойного противника, и, несмотря на то, что мы сейчас находимся в самом эпицентре борьбы за место под солнцем, я бы не хотел… ранить его, да что уж там: мне вообще не хочется с ним драться. И хотя сам Тодороки совершенно другого мнения, я остаюсь всё такой же позиции. Но несмотря на это, мне ничего не оставалось, кроме как принять его вызов и вступить в ещё одну схватку с очень сильным соперником.

It`s uncontrollable Such a beautiful desire There`s something sinister about the way it hurts When I watch it burn Because I can`t go back The ashes call my name

*** Испытание за испытанием я проходил в непривычном для меня состоянии. Сначала победа в первом туре, которая принесла мне определённые трудности в следующем этапе, потом эта битва колесниц, в которой моя команда едва не проиграла из-за меня. Мне было крайне сложно сосредоточиться на втором туре состязания, так как Тодороки то и дело пытался вставить палки в колёса, и крайне сложно было справиться, когда твоя родственная душа, человек, с которым я по идее должен прожить всю оставшуюся жизнь в счастье и благополучие, активно пытается сделать всё, чтобы я дальше не прошёл. Пытается отыграться за проигрыш. Также не стоит забывать, что сын Старателя — не единственный противник. Если учесть, что в том туре все дрались не на шутку, и один Бакуго с его сумасшедшим запалом чего стоил, то мне просто не человечески повезло сохранить хоть какую-то позицию в этом фестивале. Хоть я и нахожусь на грани. Ситуацию спас Токоями, за что я ему очень благодарен. И вот я не успел прийти в себя, как один из главных объектов моих проблем вызывает меня на разговор тет-а-тет. Не зная, чего ожидать, я испытываю двоякие чувства, ведь как бы не старался, Тодороки всё так же остаётся таинственным парнем. Тёмной лошадкой, о которой мне известно не более, чем остальным. Видна лишь внешняя оболочка. Всё как у всех и ничего необычного. Когда я шёл вслед за ним, я в тайне надеялся, что мы нормально поговорим. Возможно, мы поднимем тему соулмейтов, ведь я на все сто двадцать процентов уверен, что он догадался обо всём гораздо раньше меня. Поэтому, не будучи уверен ни в чём, я, пребывая в наилучших надеждах, никак не мог ожидать, что все мои надежды будут разрешены. Тодороки Шото — прямолинеен. Я бы даже сказал слишком. Он не стесняясь поделился своими предположениями и спросил о моей связи со Всемогущим. Услышав вариант насчёт своего предполагаемого родства со Символом Мира, я, мягко говоря, обомлел, окончательно потеряв дар речи. Поэтому, пытаясь кое-как собрать ранее унесённые непонятно куда шестерёнки и заставить их работать, я старался оправдаться, но в тоже время не навести одноклассника на мысль об Один-за-Всех. Всё ещё пребывая в шоке от возможной теории парня, он так же нетактично прервал мои попытки оправдаться и начал своё повествование. Рассказ про вечную борьбу между героями, размах и размер пропасти между ними, а также идеи фикс об идеальном оружии. Также он не забыл рассказать про страдания своей матери. Чем больше я слушал своего одноклассника, тем мне хуже становилось. Успев уже привязаться к парню, в тот момент мне казалось, что я словно сам проживаю все эти моменты, эмоции. Его ненависть обволакивала меня постепенно, но неотъемлемо. Казалось, словно я тону в ней. По мере повествования мои ноги подкашивались, и я едва мог на них устоять, а злость, боль, отчаяние подкатывали к моему горлу, сжимая его в тиски. Отвращение и испуг. Эмоций было так много, что ещё немного, и всё станет окончательно испорчено. Хотя, куда уж дальше, ведь всё то, что ему было дорого, было испорчено и потеряно, и теперь ни он, ни я не знаем, что делать. Также родственная душа не забыла поделиться своими идеями насчёт отмщения Старателю. О том, как Тодороки собирается уничтожить отца во всех возможных смыслах этого слова, и его первым шагом станет отказ от всего данного ему этим человеком. Ведь если он сможет победить без использования огня, он докажет, что его слова — не пустой звук. Докажет то, что он не игрушка в лапах тирана, не видящего дальше своей ненависти к Герою номер один. Слушая его, я не видел ни одной причины, чтобы он не мог не испытывать столь сильные негативные эмоции. И даже несмотря на то, что я боюсь, что ненависть может окончательно его захлестнуть и поглотить, сделав столь похожим на человека, которому он пытается отомстить, мне хочется надеяться, что всё то, что он ранее мне рассказал про планы на геройское будущее — правдивы и искренне. Когда он собирался уходить, парень сказал мне следующее. — Самое ужасное в этом мире не столько тот факт, что такие придурки, как он существуют, а то, что Судьба даёт им шанс на мнимое счастье. Даёт его при помощи отсутствия выбора, именуемым «соулмейтом». Ведь нам не дают шанс на выбор. Добровольный выбор партнёра. Всё уже предрешено самой Судьбой, поэтому глупым людишкам остаётся лишь внять указаниям этой поганой системы и искать того самого или ту самую. Точно так же было и в моей семье: мало того, что отец испортил жизнь маме, так ей заранее предрешено было это. Страдания и боль. — И где же в такие моменты эта чёртова справедливость? А рассказы про «жили долго и очень счастливо»? — Знаешь, Мидория, будь моя воля, я бы сделал всё возможное, лишь бы этой поганой Системы никогда не было. Ещё одно немногое, но столь нереальное желание состоит в том, чтобы лично разрушить эту дерьмовую систему, состоящую из лжи и притворства. Ну, а пока я собираюсь забыть о том, что у меня должен быть кто-то особенный. Всё это не более, чем пустая трата времени и чувств. Было бы гораздо легче, если бы я был пустым человеком без обузы в лице лживой любви и мнимого счастья. После этих слов мой мир раскололся на отдельные куски. Куски, которые я вряд ли смогу собрать воедино.

Pouring the fuel, fanning the flames Breaking the habit and melting the chains Embracing the fear, chasing the fight The glow of the fire will light up the night The bridges are burning, the heat`s on my face Making the past an unreachable place Pouring the fuel, fanning the flames I know, this is the point of no return I won`t turn around Starset — Point of no return

*** После того, как Тодороки ясно дал мне понять, что ему я совсем не нужен, и что вообще предпочёл быть никем, чем иметь такую обузу, как я, мне лишь оставалось смотреть ему вслед. Так, по крайней мере, я думал. Но надолго меня не хватило. Побежав за ним, я начал что-то говорить про то, что несмотря на все его мотивы и цели, я так просто не собираюсь сдаваться и сделаю всё, что в моих силах, чтобы разрушить его стену из отчуждения и ненависти. Мои эмоции после его рассказа, а также собственной ненужности и никчёмности в его глазах слишком сильны. Они бурлят, выливаясь через край, заставляя меня из последних сил не показывать их на людях. Но ему всё равно, и Тодороки даже не потребовалось этого говорить. Всё и так понятно без слов. Так и не получив никакого ответа, мне лишь оставалось смотреть на то, как, казалось бы, потенциально близкий человек уходит туда, где мне никогда не будет места. В свой мир, наполненный злобой и ненавистью. Теперь же я знаю, что помимо Старателя эти эмоции также распространяется и на родственную душу, то есть меня. Тодороки Шото только что признался, что ненавидит меня всем сердцем. И как бы тяжела не была правда, принять её ещё сложней.