Странная кулинария

      Отношения Франциска и Артура были самой главной темой для обсуждения. Половина считала, что они встречаются, но скрывают это, а другая половина считала, что Бонфуа просто хочет переспать с упрямым Кёрклендом. Были некоторые люди, которые высказывали позицию, что это близкая дружба, но над этим просто смеялись. И понятно почему. В чём заключались повседневные встречи первокурсника и третьекурсника? Ну они любили позлиться друг на друга и также вместе посмеяться. Очень часто француз пытался уничтожить личное пространство парня, из-за чего при всех опять получал по заслугам. Но бывали редкие моменты, когда англичанин сам лез к Франциску. И всегда в самый неудобный момент, а самое главное совершенно не стыдясь. Почему? Он мстил за все смущающие моменты в коридорах или даже в аудиториях, ведь Бонфуа иногда заходил к нему в аудиторию до лекции. Все присутствующие обожали смотреть на их стычки, которые заканчивались или начинались приставанием Франциска. А какая же стратегия у Артура? В этом смысле он всегда был изобретательнее третьекурсника. Что взять случай, когда было собрание президентов клубов.

***

      В тот день первокурсника Бонфуа умудрился опозорить перед куратором академической группы Артура, что не могло не взбесить Кёркленда. Это была среда и сегодня было "важное" для Франциска собрание, там не было преподавателей, кураторов и других. Только президенты клубов, так как это была их личная инициатива, им хотелось пообщаться насчёт того как идут дела и прочего. Президент кулинарного клуба был одним из тех человек, которые должны были присутствовать обязательно и это неудивительно. Каждый раз собрание проходило в разных клубах и на этот раз в кулинарном.       Артур не собирался портить Бонфуа жизнь, потому что он не изверг какой-то. Но отомстить он планировал на славу зная, что в тот момент никто не снимет видео и не позовёт своих друзей. Президенты клубов бережно относились к своим собраниям, даже выключали телефоны и убирали на специальную полку, удивительно. Самое главное там будет находиться Иван Брагниский - офицальный гомофоб их института, в прошлом году этот парень устроил разборки с Франциском, так как тот был тем кто офишировал себя как бисексуала и не стеснялся. Конечно никто об этом больше не говорил, но эти два президента договорились пытаться наладивать отношения. Хотя было понятно, что они слишком по разному смотрят на мир. Так что Кёркленд собирался устроить Франциску лучшее провальное собрание. И нет, эти собрания не влияли на пост президента, поэтому Артур не навредит ничему такому сильно важному. И парень понимал, что ему не будет стыдно, так как проступки Бонфуа похуже будут.

***

      Президент кулинарного клуба нервно постукивал пальцами по столу, остальные участники этого собрания пили кофе, воду или сок. Чайника, как и Кёркленда на этом мероприятии не было, поэтому все остались без чая. Рядом с французом находился его некий оппонент, а точнее президент клуба о космосе - Иван Брагинский. Ну и Родерих, который каким-то образом стал президентом музыкального клуба, вообще класс. Француз не относился к русскому с ярым негативом, если бы не ситуация произошедшая, когда они были второкурсниками, наверное он бы даже с ним постарался подружиться. Но в итоге между ними оказалось что-то на подобии стены. Сейчас Иван недовольно посмотрел на Франциска и наконец заговорил: - Это наше первое собрание после каникул. Как у всех прошли первые месяца? Проишествия? Как новички? А ты, Бонфуа, я слышал до сих пор за первокурсниками гоняешься. - Не совсем. Я с этим завязал, ты же знаешь, Брагинский, я больше по первокурсницам, - неловко протянул парень, допивая свой кофе. - Зато кое-что не изменилось. Чайника-то так и не появилось, - заметил кто-то на другой стороне стола. - Наш новичок готовит чай в кастрюле, - фыркнул француз, тут же прикусив язык, понимая, что сейчас Иван и прицепится. - О. Это тот самый Артур, за которым ты носишься как за девчонкой, завязав? - холодно заметил Брагинский, делая глоток воды из чашки.       Эдельштейн усмехнулся. Франциск одарил того самым осуждающим взглядом, продолжать тему о Кёркленде не хотелось. К сожалению парень ещё не совсем разобрался в тех самых несчастных чувствах к Арти. Единственное в чём он был уверен, что влюблённость, как и дикое желание - есть. А вот в остальном нет. Будет ли ему достаточно получить его один раз, как это было с остальными? Или он полюбит его всем сердцем? Чёрт, французу было сложно жить с мыслями о том, как ему важно присутствие в жизни этого англичанина. Всё же третьекурсник привык не брать на себя ответственность, а тут взял и появился Кёркленд. - Когда свадьба? - продолжил Иван, прожигая, прямо как Артур в первый раз, дыру в Бонфуа. - После того как с родителями его познакомлю. А свадьбу проведу во Франции, - язвительно ответил Франциск. - Не забудь меня позвать. - Обязательно.       Наступило неловкое молчание. Удивительно то, что русский не устроил тут же Франциску скандал, а просто спокойно, хоть и саркастично, отреагировал. Кстати Брагинский был тем, кто первым пожаловался на отсутсвие чая. Француз начал активно придумывать тему для того, чтобы поменять русло разговора. Но Иван продолжил первее. - У нас появилось в этом году много новичков. Один из них, Джонс, сосед по комнате Артура. Он как-то рассказывал, как ты эпично через окно бывает спускаешься. Так влюбился? Честно, Бонфуа, я не поверю как и многие здесь в то, что ты можешь просто полюбить. Все мы люди, да. Но твои поступки говорят за тебя, - едко усмехнулся Брагинский. - Я вообще-то ради этого придурка не спал ни с кем почти три месяца. Да даже почти перестал с другими флиртовать и целоваться, только за ним ношусь, а он всё недоволен, - вспылил Франциск, опять пожалев, что не умеет заткнуться во время.       Иван уже открыл рот, чтобы ответить ему, а все напряжённо слушали, но тут дверь распахнулась. Все подскачили на своих местах от такого громкого и неожиданного хлопка. На пороге стоял Артур Кёркленд собственной персоной: - Ты кого придурком назвал, мудак?       Бонфуа был готов как-нибудь наехать на первокурсника за то, что тот сейчас сорвёт собрание. Но парень поражённо уставился на англичанина, тот был в шортах, без пиджака, в белой рубашке и с галстуком. Сказать, что француз выпал из пространства от такого образа - ничего не сказать. Это было так непривычно, Артур был во всех смыслах закрытым, всегда, а тут такое. Также Франциск не мог не подметить то, что даже Иван, с искренним интересом и без неприязни, смотрел на Кёркленда. - Э-э. Знаешь, ты пришёл не... Немного не тогда, не тогда когда надо. Можно, э-эм, - третьекрусник очень удивлённо пытался подобрать слова. - Хах.       Англичанин спокойно закрыл дверь, поставил на стол большой термос, а потом сделал то, от чего у Франциска спёрло дыхание и ему казалось, что он уничтожит Кёркленда после собрания. Артур совершенно без стыда, в прямом смысле слова, плюхнулся к Бонфуа на колени и положил ноги на стол. - Прошу прощения, не обращайте на меня внимания. В термосе чай, а то этот идиот всё чайник не купит. Думаю это будет моим пропуском на данное мероприятие, - обаятельно улыбнулся парень и как бы пытаясь удобнее усесться, поёрзал на коленях Франциска.       Француз почувствовал себя ещё более отвратительно, а другой стороны - странно. Он понял только одно, чёртов Артур заставил его возбудиться за несколько минут. Бонфуа ничего не мог выдавить, он просто уставился на такого желанного Арти. Президент кулинарного клуба понимал, что уже покраснел так сильно, что Ловино Варгас мог бы его сравнить с томатом. - Здравствуй, Артур. Всегда хотел с тобой побеседовать. Меня зовут Иван Брагинский, много о тебе наслышан. Каково это "дружить" с Франциском? - дружелюбно обратился руссский, выделив слово дружить с помощью металлических ноток в голосе. - Ну знаете, он в разговорах всегда флиртует, а вот в общении любит поглубже, - едко сказал Кёркленд, заставив француза подавиться воздухом, так как опять не упустил возможности поёрзать. - Не удивлён. Давай перейдём на ты. Я знаком с Альфредом, можно ли как-нибудь заглянуть к вам, поболтать? Ты кажешься интересным, Арти. В отличии от этого француза, ты хоть принёс нам всем чай, благодарю, - с улыбкой продолжил Брагинский.       Вот в этот момент Бонфуа переполнило возмущение. Так как Артур в ответ улыбаясь кивнул. Он всегда возмущался на это обращение, а тут какому-то Ивану можно? Ну и ещё ревность, так как Кёркленд только его и видимо англичанин это заметил во взгляде француза. - Вообще-то... - Тебе надо помолчать, дорогой, - заткнул его жестом первокурсник.       Франциск, чувствуя себя не в своей тарелке, дёрнул парня за галстук, как бы намекая, что вообще-то тот немного не на своей территории. Артур лишь снял галстук, спрыгнув с колен и кинул его Бонфуа. - Это единственное, что тебе доступно. Так как до меня, тебе далеко, - надменно произнёс он.       Вот тут француз не выдержал, это было совсем уже. Он не позволит Кёркленду выставлять себя в таком свете, да даже Родерих одобрительно кивает. Они все сговорились? К сожалению нет, если бы Франциск встречался с англичанином, то он бы ему такое устроил ночью. Но они в непонятном статусе для друг друга. Убить бы Артура сейчас за такую выходку.       С трудом сдерживаясь, под общее хихикание, Бонфуа вытащил в коридор упирающегося парня, который что-то громко пищал на подобии: "Эй. Я не хочу уходить. Отпусти меня!" Иван вслед крикнул Кёркленду насчёт личной встречи, что только довело Франциска. Вытащив Артура за дверь, не забыв громко хлопнуть ею, он в очередной раз прижал того к стене. - Ты офигел, Арти, чего добивался-то? - в голосе третьекурсника было больше удивление, чем злоба. - Ничего и не твоё дело. Вообще чай занёс, - буркнул парень в ответ. - Какая логика. Ради этого надо было ко мне на колени прыгать и галстук швырять? - закатил глаза француз. - Ну. Галстук отдай, я у Альфреда одолжил, - неловко ответил Кёркленд. - А своего нет? - Нет. - Почему? - А тебе есть дело?       Так они и замерли на пару секунд. Наконец Бонфуа вздохнул и протянул галстук, который был у него в руке, англичанину. А тот молча забрал. Тут не надо было слов. Нужно отпустить сейчас Артура и завтра все будет так, как будто ничего не произошло. Но хочет ли этого Франциск? - Это правда насчёт того, что ты в последние месяца..? - Ага. - Почему? - Бонфуа улышал искреннее удивление в голосе первокурсника. - Да это разве важно? - тихо в ответ спросил он. - Конечно, - также тихо сказал больше сам себе, чем Франциску, Артур и вынурнул из под рук француза, направившись к лестнице. - Постой, - не понимая зачем это говорит, выдавил президент кулинарного клуба. - Чего ещё тебе? - недовольно повернулся Кёркленд. - Je t'aime*.       Казалось бы обычные слова. Сказанные на тупом, как Бонфуа французском. Но они заставили Артура в шоке замереть, а сердце биться чаще, как банально, но правдиво. Франциск же начал проклинать себя за то, что столкнулся в библиотеке с англичанином, наверное он бы не обратил на него такого внимания, приди тот как обычный новичок. Обучение свалил бы на Феличиано или Людвига, отмахиваясь тем, что у него важные дела. Да и при посвящение в кулинары выбрал какой-нибудь скучный ингредиент. Но нет, судьба решила что третьекурснику пора браться за ум и по-настоящему влюбиться. Сейчас чувства как и мысли внутри встали на свои места, поразительно. Надо было только признаться, чтобы перестать сомневаться. Бонфуа уверенно посмотрел Кёркленду в глаза, такие зелёные и прекрасные. Парень же наконец пришёл в себя и пробормотал: - Мне пора.       Франциск знал, что Артур не из тех людей, кто тут же ответит взаимностью, даже если она есть. Поступки француза как и прошлые действия- заставляют Кёркленда сомневаться и это правильно. А Бонфуа подождёт, будет придерживаться пути исправления, хах, но дождётся. Давить на первокурсника он не в коем случае не будет, ему нужна честная взаимность, да и искренний ответ.       Француз долго смотрел ещё вслед Артуру, который уже давно скрылся из виду. Наконец он повернулся в сторону двери, которая была приоткрыта и оттуда все выглядывали. Участники собрания молча, как и сам Франциск вернулись в класс. Никто ничего почти не говорил, но все понимали, что произошло важное событие. Но завтра об этом не будет шептаться весь институт, так как этот момент отношений Бонфуа и Кёркленда никто из присутствующих не будет оглашать, по крайней мере пол года точно.

***

      Сейчас Артур лежал уткнувшись покрасневшим лицом в подушку, слишком много информации, котороую стоит переварить. А Альфред горько вздохнул, так как Кёркленд опять ничего не рассказал. В итоге любопытство взяло вверх и Джонс написал Франциску в вк спрашивая, что случилось, но тот вышел из онлайна и с тех пор не заходил.