Корабль счастья

О том, что андроиды неплохо умеют разбираться с техническими проблемами (судя по тому, что в свое время они успешно зачистили данные об экспедиции), я вспомнил, еще будучи более-менее дееспособным. И тут же рассказал об этом Вельзевулине, после чего близнецы Тау были спешно отлучены от огнеметов с грибами и усажены пеленговать сигнал, опираясь на пересланные Котом для благого дела данные. А пока андроиды трудились, дамы устроили грызню - видимо, чтобы сбросить напряжение. Правда, на мой взгляд, они его скорее нагнетали. Вельзевулина хотела выгнать Елену с корабля, Лоя защищала ее, а сама Елена пыталась убедить их не ссориться. Я добился от Кота, чтобы он переслал мне ту голограмму, которую ему с такой радостью демонстрировал Савел. И теперь я сидел, притулившись в углу, подальше от сцепившегося женского населения, и невидяще-тупо смотрел перед собой, задыхаясь от злости и бессилия и пытаясь прогнать врезавшуюся в мозг картину - Элрест лежит на каком-то металлическом столе без сознания, с развороченной грудной клеткой, и переломанные ребра выглядят не белыми, а бордовыми от крови. На заднем плане издевательски скалится держащий клещи Савел, весь забрызганный красным, как мясник. По бокам замерли безликие фигуры в черно-фиолетовой форме СПВД. Конечно, такая зрелищная композиция была сделана именно для того, чтобы произвести впечатление на нас - сразу после того как отснять изображение, Нанду наверняка быстро запихнули в регенерационную капсулу. Ведь с такими ранами длительность жизни человека не превышает десятка минут, а урод-Савел вряд ли так быстро натешился, следовательно, позволить Элресту умереть он не мог. Страшно подумать, сколько раз Нанду уже доводили до грани между тем светом и этим... В том, что с ним уже сделали и делают сейчас, виноват я. Оказывается, не только мне нельзя любить, но и меня тоже - за это пытают и убивают. Не явись Элрест за мной в ту лабораторию, ничего бы с ним не случилось... а вообще корни проблемы лежат еще дальше: просто ему не стоило обращать на меня внимание с самого начала, когда я был плененным полицией опасным преступником. Тогда наши пути бы спокойненько разошлись, и не творилось бы этого ужаса. Но судьба распорядилась иначе. - Эй, Изольд! - громкий голос вырвал меня из размышлений. - Да блин, ты оглох, что ли? Ау! Ты вообще здесь? Я с легким удивлением посмотрел на надрывающуюся Лою, пытаясь вспомнить тот момент, когда она подошла. Не получалось. Теряю квалификацию, раньше подобраться ко мне незамеченным было очень непросто. - Чего тебе? - угрюмо осведомился я. - О, вышел из астрала, - обрадовалась Лоя и, чуть понизив тон, предложила: - Пошли, потрахаемся, снимем стресс. Я охренело уставился на нее и переспросил: - Что? - Вынь бананы из ушей и завязочки пришей! Поебемся, говорю, пошли, а то сидишь тут с жалобной мордой, так бы по ней и съездила! - выпалив все это на одном дыхании, она замолчала, выжидательно глядя на меня. А на нее, в свою очередь, немного странно посмотрели враз притихшие Елена и Вельзевулина. - Да пошла ты, - отмахнулся я. Уж что-то, а секс с невесть кем нынче занимал меня в последнюю очередь. Где-то неизвестно где сейчас разделывают самого дорогого мне человека, так что как-то не до озабоченных шлюх. И Лоя с ее предложениями рискует снова схлопотать по морде, и теперь уже - по-серьезному, а не вполсилы, как в прошлый раз. - Мы отследили сигнал, - сказал один из Тау. - Это старый городской морг, который уже несколько лет не используется. Здание, где он расположен, объявлено аварийно опасным, но это больше для отвода глаз. На самом деле это местные бандиты-разбойники организовали себе местечко, чтобы не спеша разбираться с неугодными. - Вышли координаты Коту, - приказал я и обвел взглядом остальных: - С хера стоим? - В самом деле! - заорала Вельзевулина. - Бластер в зубы - и на выход! Спасем Элечку, а там, глядишь, и тот гандон в штанах подвернется, мы его по стенам распиздячим! Я тому козлу лично оторву яйца и заставлю пришивать обратно, а потом снова оторву! Не тратя лишнего времени на раскачивание, мы ринулись вооружаться и занимать места во флаерах - в один толпа не помещалась. До боли сжимая рукоять бластера, я смотрел в окно на проносящиеся внизу здания, дороги, деревья, людей и отчаянно надеялся на то, что Элрест жив. Потому что иначе и я не выживу, сдамся своему сумасшествию и забуду нахрен, что я есть. Мне станет не для кого себя помнить.