Корабль счастья

- Тау, объясни, пожалуйста, чем обуславливалось твое поведение, - попросил Элрест. Андроид посмотрел на него непонимающе. - В смысле? О чем вы, и где мое второе тело? Для выяснения обстоятельств была выбрана одна из кают - сначала хотели пойти на кухню, но потом решили, что ее в случае чего будет жалко, и отказались от этой идеи. На не слишком просторной площади нас собралось шестеро - я, Элрест, Лоя, Тау, Никки и Сом. Последние двое выглядели так, словно мысленно ушли в астрал и общались там с мертвым Клодом. Впрочем, я бы не поручился, что он и вправду мертв или что они и впрямь с ним не разговаривают. Там, где замешан Савел, можно ожидать чего угодно. И вот, чтобы пролить свет на то, какую дрянь подсунула нам судьба на сей раз, мы и собрались здесь, запасшись терпением и приготовившись ко всему. Присутствующие в каюте были подобраны с учетом того, что, возможно, андроида придется мочить. В сумме мы бы точно смогли это сделать. Но пока не было необходимости - Тау не выказывал признаков ни агрессии, ни хотя бы осведомленности, он сидел на кровати и недоуменно смотрел на нас, грозно выстроившихся перед ним. - То есть, ты утверждаешь, что не знаешь, что произошло? - уточнил Элрест. - Я правда не в курсе. Почти сразу, как только вы полетели искать Лою, я потерял связь с собой-другим. Я не знаю, что он натворил. - Так. Ладно. - Нанда шагнул вперед, выходя из строя, и ничтоже сумняшеся присел рядом с Тау. Придурок... как бы потом не пришлось его со стен вытирать, размазанного тонким слоем. Мало ли. Человека убить легко. - Ты хочешь найти Икс? - спросил у андроида этот самый человек, которого инстинктом самосохранения, видимо, обделили при рождении. - Нет, - пожал плечами Тау, и он выглядел абсолютно уверенным в собственных словах. - Зачем она мне? Элрест, не отвечая на риторический вопрос, кивнул чему-то своему. - Хорошо. А теперь скажи, ты по-прежнему хочешь стать человеком? - Ну да. Мы же все решили! И вообще, Нанда, тебе никто не говорил, что такие интимные вещи при толпе не обсуждают? - Тау нахмурился. - После того как ты захотел убить меня, я не рискнул приходить один. Считай это трусостью, если хочешь, - развел руками Элрест. - Убить? - переспросил андроид, задумчиво почесав левую бровь, в которой поблескивал пирсинг. - А я-то думаю, что вы все на меня коситесь... Ну, думаю, второго тела у меня больше нет? - Зато есть голова, - сказала Лоя. - Но она чокнутая. Никто ничего не ответил на эту замечательную реплику, и Лоя, обиженная невниманием, отвернулась. - Ты говорил о Савеле. Каким образом он замешан в суициде Клода? - спросил Нанда. - Знаешь, он мне не отчитывался. Просто попросил стереть из архивов СПВД всю информацию по проекту, в котором был одним из главных фигурантов. Особенно напирал на то, что надо уничтожить файлы-личности. - И? - подал голос Никки, мрачно и впервые осмысленно взглянув на андроида. - Я это сделал. С помощью ресурсов корабля. - Сука! - с этим боевым кличем Никки бросился на него, по дороге задев локтем меня. Тау никак не отреагировал, даже когда озверевший Седьмой, повалив его на кровать, вмазал со всей дури по спокойному лицу. - Хватит! - Элрест полез куда не надо с миротворческими воззрениями и сам чуть не огреб. Но тут уж до меня наконец дошло, что было бы неплохо Никки оттащить, а кроме меня это сделать некому, и я бросился исполнять гражданский долг. Нанда додумался наконец встать и отойти, что упростило задачу - теперь можно было не беспокоиться, что зацеплю его ненароком. Никки с Тау ребята крепкие, их не жалко, а вот Элреста - очень даже. Я схватил Никки за шкирку, он развернулся, метя мне в глаз. - Киблер, не трогай его! - завопил Сом и кинулся в кашу-мала. Я откатился в сторону, Никки - в другую, а Тау опять досталось, но он отнесся к этому философски. И его непробиваемое спокойствие почему-то убедило меня в том, что он не врал, отвечая на вопросы Нанды, а, следовательно, был ни в чем не виноват. Вот только Никки так не считал, глядя на андроида так свирепо, что мне уже начинало казаться, будто в воздухе разливается запах горящих полимеров, подожженных этим взглядом. - Брейк! - рявкнула на нас Лоя, видя, что драка сейчас возобновится и выйдет на новый уровень жестокости. - Я убью его, - прошипел Никки, снова примериваясь к горлу Тау. - Тише, радость моя, - сумрачно сказал Сом. - Этот крендель и так не особо живой. Опять же, он просто сделал то, о чем его просил Клод, но нахрена он просил?! Что ему наболтал Дед?! - Клод говорил, что самое главное - стереть данные о некой девушке по имени Бриджит, - сказал "крендель". - Ну бля-ять, - жалобно протянул Никки, разом потеряв всю злость и сделавшись похожим на обиженного ребенка. - То есть, Мантикору можно было оживить... - Все, выносите меня вслед за мозгом, - вздохнул Сом. - Вообще ничего не понимаю. - Идите пить чай, мать вашу! - раздался из коридора бодрый голос Вельзевулины. - А то чую, вы там уже нервноебнулись от своих допросов! А ну живо все в пизду, ко мне на выход! Сожри пирожок - сделай старому человеку приятно! - Приятно... - проворчал Сом. - Я не педофил. Но, так или иначе, на этом тягостный разговор завершился. Всей компанией мы двинулись на кухню, посмотреть, какой отравой собирается нас попотчевать бабуля. Обещанные пирожки имели фиолетовый окрас, скверный характер и зачаточный псевдоинтеллект. На приближение людей они отреагировали тем, что попытались заползти обратно в печку, но Вельзевулина ловко потыкала в них вилкой, и они прикинулись дохлыми. - Кушать подано, - улыбнулась во все зубы девочка. Одного из верхних резцов в белоснежной обойме не хватало. - Тебе зуб выбили? - поинтересовалась Лоя. - Сам выпал, вчера. Елдобубель внезапный. - Вельзевулина улыбнулась еще очаровательней, чтобы все разглядели дырку. - Я запекла его в какой-то пирожок. Нашедшему - приз! Оглядев наши не выражающие бешеного энтузиазма лица, она насупилась и, недобро оскалившись, крикнула: - Пирожки, фас! Я даже представить не могу, из чего были сделаны эти фиолетовые твари, но когда они ринулись вперед, повинуясь взмаху бабушкиной ручки, украшенной браслетиком с бабочками, и чем-то защелкали, я не стал присматриваться и вслед за Элрестом ринулся прочь. Остальные, не привыкшие к особенностям Вельзевулининой стряпни, сбежать не успели. Ну, сами виноваты. Рот разинули и ждут нанесения тяжких телесных.