Сердце ведьмы

Танцуй так, как будто на тебя никто не смотрит. Пой, как будто тебя никто не слышит. Люби так, как будто тебя никогда не предавали, и живи так, как будто земля — это рай. Марк Твен

      День начался, как обычно. Сабрина избегала Ника, поэтому он сидел в баре у Дориана Грея, попивая крепкий виски. На его удивление, сегодня здесь было не так людно. Что ж так даже лучше. Колдун был глубоко погружен в свои мысли, не замечая ничего вокруг. Он сидел в одиночестве, как в любой другой день, задумчиво глядя на янтарную жидкость. — Николас, все в порядке? Вопрос вырвал Ника из транса. Подняв голову, взгляд Ника встретился с глазами бармена. Дориан Грей собственной персоной. Он являлся одновременно и хозяином и визитной карточкой заведения. Загадочный и порочный. Вот какое описание подходило Грею. Дориан, как всегда приветливо улыбался всем, кто заходил к нему в клуб, вне зависимости от статуса или положения в обществе. Но взгляд не выражал ничего кроме безразличия. Его глаза черные, как ночь, смотрели, поправка, не смотрели, а пронизывали, казалось, выпытывая самое сокровенное, заглядывая в самые тёмные уголки души. — Всё отлично. Немного задумался, — Ник улыбнулся самой обворожительной улыбкой, на которую был способен, и она обманула бы кого угодно, но только не Грея. У него была способность читать людей, словно те были открытой книгой с иллюстрациями. — Я смотрю, ты в последнее время постоянно в облаках летаешь. От чего так? Кто-то смог забраться в твою прелестную головку? Вопрос был задан, как бы вскользь, но заинтересованность Дориана от Ника не укрылась. — А ты у нас мысли читаешь? — Ник усмехнулся, но досада промелькнула в его голосе. — Нет, но я разбираюсь в людях и их желаниях. В конце концов, это часть моей работы. Разве нет? — губы Дориана тронула усмешка. — Ну, так что? Я прав? Что за создание завоевало твое сердце? — на лице Грея был написан подлинный интерес. — Тебе, правда, интересно? Серьёзно? — А почему бы и нет. Неужели я не могу быть искренним, — Дориан захлопал ресницами, при этом специально состроив невинное выражение лица. — Ты и искренность — две противоположные по значению вещи, Грей. — Ладно-ладно, ты меня раскусил. Дьявол, — Дориан поднял руки, будто при капитуляции. Это выглядело очень комично. Колдун не выдержал и прыснул от смеха. — Хорошо. Черт с тобой. И только Ник только набрал воздух, дабы излить душу о безответной любви, как его, не начавшийся рассказ, перебил резкий хлопок двери. Боковым зрением у входа он увидел пепельную блондинку. — Сабрина… Это без сомнений была она. Девушка привлекла внимание не только Ника. Несколько колдунов повернули голову в сторону роскошной красавицы. Её пепельные волосы были закручены в игривые завитки, а платье было поистине умопомрачительным: черное, но вышитое золотым, красным и белым бисером, оно переливалось при тусклом свете и напоминало витражи на солнце. Картину дополняли потрясающие замшевые босоножки на высоком каблуке. Её внешний вид пленил и пьянил. На секунду она замялась, казалось, что Спеллман ищет кого-то конкретного, но только её глаза нашли Ника, она сразу улыбнулась и изящной походкой зашагала в его сторону. Двумя часами ранее. Сабрина сидела в гостиной, смотря дневники Эдварда Спеллмана. В последнее время она всё больше и больше погружалась в учебу. Ведьма могла часами не отрываться от книг, изучая: демонологию, сакральную геометрию и темные заклинания. Темные заклинания специализация Ника. Ник. Не проходило не дня, чтобы она не думала о нём, но при этом старательно избегая его. Почему? Чёрт, его знает. Она так и не ответила на приглашение. И что она могла ответить? «Ник, я схожу по тебе с ума, но я не могу пойти с тобой на праздник, потому что ты хочешь быть только другом, а ещё это будет нечестно по отношению к Харви. С какой стати нечестно? Хрен его знает. У меня нет ответа на этот вопрос». — Опять киснешь, сестрёнка? — Амброуз Спеллман тепло улыбнулся родственнице. Амброуз не понимал, что творится с ней в последний месяц и старательно откладывал разговор, надеясь, что всё уладится само собой, но, похоже, ничего не менялось и становилось только хуже. Сабрина променяла друзей на учебники, а парня на книгу заклинаний. — Я не кисну, а занимаюсь. А ты куда-то собрался? — Да, но сначала я хотел бы поговорить с тобой, — Амброуз нахмурился, на лбу у него образовалась морщинка. — Я понимаю, что твоя жизнь перевернулась с ног на голову, но это не повод закрываться от всех и… — Знаешь, Амброуз, меня сейчас мало, что волнует. Я на определенный срок влезла в вакуум и вылезу оттуда только когда буду готова. «Если вообще буду готова», — мысленно добавила Сабрина. Словно прочитав её мысли Амброуз лишь покачал головой. — А если этого не случится? Ты понимаешь, что можешь потерять людей, которым ты не безразлична? Амброуз озвучил вопрос, которого она боялась. Боялась озвучить его вслух. — В данный момент я эмоционально выжата. Ты не знаешь, что у меня в голове… — Давай, без этого дерьма, Сабрина. «Ой, ты меня не знал. Ты не знаешь, что у меня в душе и т.д.» У всех в жизни были сложные ситуации, все прошли темное крещение, и никто не умер. Соберись, а ещё хватит себя жалеть. Это было сказано не со злостью. Эмброуз правда хотел для неё счастья. Его слова словно, ток прошлись по ней. — А знаешь… Ты прав, — Сабрина сама удивилась своей уверенности и твердости в голосе. — Хватит себя жалеть. Хватит плакать. Я ведь Сабрина Спеллман, дьявол меня забери. И я ещё всем покажу, где раки зимуют. — Вот и правильно! Можешь начать прямо сейчас. Я иду в клуб «Дориана Грея». Ты со мной? Там должен быть и твой чернокнижник, — кузен игриво ей подмигнул. При упоминании Ника сердце сжалось. — А знаешь, хорошо! Но не опаздывай из-за меня. Встретимся там. Амброуз заключил кузину в теплые объятья, а потом круто развернулся на каблуках и вышел вон. — Ну, что Салем? Пора возвращаться к жизни, — заявила я, игриво подмигнув фамильяру.