Татуировка

— Что? — переспрашивает Чонгук, не веря своим ушам. Это же шутка, правда? — Когда ему поставили диагноз, он сильно изменился, а потом и вовсе отказался от лечения, родители пытались сделать всё для того, чтобы он изменил своё решение, но нет, — девушка опустила голову, роняя горячие слёзы. — У них ничего не получилось, — заикаясь продолжила та, — А одним утром он исчез, ничего не сказав. Сначала мои родители пытались его искать, но вариантов, куда бы мог уехать мой брат было множество, поэтому у них почти сразу опустились руки. А я не сдалась и как-то увидела вас вместе. И спустя долгий и мучительный месяц, я нашла Вас, — подняла свои заплаканные глаза на Чона.       Девушка еще что-то говорила, но Чонгук её не слушал. В голове была пустота и неприятный писк. Обводя взглядом кафе, его взгляд зацепился за телевизор, который показывал какие-то новости. — Включите телевизор громче, быстрей, — вскакивает со стула, не отрывая взгляд от экрана.       Бармен немедля, прибавил звук. Сначала он хотел усмирить Чона, ведь он делает шум, нарушая правила, но, когда тот увидел состояние Чонгука, то сразу послушался.       Тем временем, Чон, слушая то, что говорит ведущий, оседает на стул, слыша ускоренный стук своего сердца. «Срочные новости. Молодой человек лет двадцати пяти покончил жизнь самоубийством, спрыгнув с моста Пусан-Тэгё. Пока что личность не установлена, полиция делает всё возможное. Если у вас есть какая-то информация, обязательно сообщите нам.»       Дальше пошли кадры с места событий. Там была машина скорой помощи и несколько автомобилей полиции, когда показали, как завозят тело в черном мешке внутрь машины, на секунду показалась, выглядывающая огненно-рыжая макушка.

***

      Прошла неделя после похорон Чимина. Чонгук не хотел в этом участвовать, да, может это решение было неправильным, но Чон бы не выдержал. Ему слишком больно. Он решил уйти тихо, чтобы о нем никто из родных Чимина не узнал, ему это было не нужно. Чонгук только дал денег сестре Пака, для того чтобы та помогла родителям с похоронами, сказав, чтобы она забыла о Чоне.       Чонгук не помнит, когда он в последний раз нормально спал, а как только он закрывает глаза, воспоминания о Чимине — одна единственная вещь, о которой он может думать.       Чон чувствует две дорожки слёз, которые скатываются по вискам, впитываясь в подушку. Вскоре тихий плач превращается в рыдания. Чон переворачивается на живот, уткнувшись лицом в подушку, сжимая наволочку в кулак. Невыносимая боль. Будто тебе прострелили грудь, задев сердце, а потом оставили умирать, истекая кровью.       Осознавать то, что Чимина больше нет, Чон начал только вчера. Он отказывался верить, что Пак мертв. Всё, человека не вернуть. Несказанные слова, не сделанные поступки, останутся гнить где-то в груди, постепенно распространяясь по всему телу, заражая остальные органы.       Зачем Чимин оставил его?       Чонгук начал винить себя, ведь это он не интересовался здоровьем Чимина. Всхлипывая, Чон встает с кровати, пошатываясь на ослабших ногах, идет в ванную. Посмотрев зеркало, он видит свои впавшие щеки, круги под глазами, красные глаза, из которых скатывается очередная слеза. Чонгук закусывает губу, закидывая голову назад, чтобы эти чёртовы слёзы перестали идти.       На кухне стоит противный запах лекарств — успокоительных. Запивая новую порцию таблеток, которые совсем не помогают, Чонгук смотрит в окно стеклянным взглядом, следя за детьми, играющими на детской площадке. На улице дождь, но Чону захотелось почувствовать хоть что-нибудь. Холод, дождь, жару — не важно. Главное — это почувствовать, что-то кроме боли, что его медленно убивает.       Роясь в своем шкафу, чтобы найти свою толстовку, Чонгук натыкается на какую-то книгу, которая оказалась блокнотом. Черный, обычный блокнот, но не Чона.       Сев на диван, Чонгук начинает листать страницы и узнает почерк, которым были заполнены эти листочки. Почерк Чимина. Выдохнув, Чон перелистывает на предпоследнюю страницу, там был портрет. Портрет Чонгука, который спит. Он был нарисован карандашом. Все черты лица были точно изображены на бумаге, будто это было фото. А на последней был написан, аккуратным почерком, список желаний. Слово и напротив него стоит галочка.       Нахмурившись, Чонгук начал читать: — Стать моделью, сделать тату, покрасить волосы, влюбиться, влюбить в себя, — хриплым голосом прочитал Чон. Напротив всех желаний были галочки, где-то ровные и аккуратные, а где-то кривые и нарисованные карандашом, но было три слова, напротив которых не было галочки.       Бросив взгляд на стол, Чонгук медленно направляется к нему. Взяв ручку в руки, Чон ставит галочку напротив, немного эгоистичных, слов «Влюбить в себя» — Я скучаю…