Hear the beat of my heart

Биты дают по ушам, раздавая вибрацию всему телу, а сердце билось в такт. Полюбившийся голос начинает рэповать, и всё нутро Тэхёна трепетно отзывается. Душу заполняет солнечный свет, что исходит от Хосока. Тэхён кивает в ритм музыке и проговаривает слова выученной наизусть песни, как вдруг ловит на себе взгляд рэпера. Эта лёгкая улыбка, подаренная Киму, выбивает у того землю из-под ног. В ответ он неловко улыбнулся, не отрывая глаз от подмигнувшего ему парня. Но Джей-Хоуп выступал, поэтому приходилось сосредотачиваться на лирике, метая взгляд по толпе и отдавая им своё внимание. Тэхён привык. Хосок ничем ему не обязан, тем более что толком они не знакомы, а заговорили друг с другом впервые и так только совсем недавно. Тэ стоял у барной стойки, разговаривая о всяком незначительном с барменом, отпивая воду. — Не скучаешь один, малыш? — вдруг раздалось совсем рядом, а плечом к плечу встал Хосок, лучезарно улыбаясь. От неожиданности Тэхён вздрогнул, действительно испугавшись. — Извини, — улыбка сменилась на виноватую. Он окинул взглядом его стакан с водой, изгибая бровь, а после заказал себе пиво. — П-привет, Хосок, — неуверенно произнёс Тэхён, опуская взгляд. Парень, делавший в этот момент глоток, подавился и начал кашлять, скосив взгляд на забеспокоившегося Кима, начавшего хлопать того по спине. — Ты в порядке? — он захлопал глазками, не зная, как помочь тому. Джей-Хоуп вдруг засмеялся, нежно проводя ладонью по щеке обескураженного парня. — Ты милый. А Тэхён от этого покрылся румянцем, чувствуя, как горит место прикосновения. — Не пьёшь? — внезапно спросил Хосок, за несколько глотков уже наполовину опустошив большой стакан. Другой лишь в отрицании мотнул головой. — Да брось, сегодня же пятница, расслабься, — он обворожительно улыбнулся, протягивая парню своё пиво. — Со мной тебе можно пить. Тэхён прикусил губу, переводя взгляд с пива на парня, нервно скручивая в пальцах конец майки. В голове возникло постыдное желание, что было спрятано глубоко внутри. И руки уже было нерешительно потянулись. Однако… Завтра субботние занятия, а если от него будет нести алкоголем и родители узнают? Или в университете? Все ещё подумают, что… — Да забей на всё — пару глотков тебе ничего не сделают, а полегчает сразу. Хосок располагал к себе. Он говорил уверенно, излучая всё то же тепло и свет, к которому тянулся Тэхён. А вот ручки ещё несмело потянулись за стаканом пива. Он сделал один глоток, второй и третий, а после скривился, ставя стакан на стол. Во рту горькое послевкусие, а горло обжигает алкоголь, заполняя нутро и разгоняя кровь. С непривычки в голову дало практически мгновенно. Перед глазами поплыло, музыка на секунды три словно стихла, как и весь посторонний шум, зато потом накатил с новой силой, и парень встряхнул головой. — Тэхён? — напрягся Хосок. — Что-то… душно, — выдохнул тот, нервно улыбнувшись и чуть приподняв кофту, начиная тяжело дышать. Рэпер больше не улыбался, встревоженно рассматривал парнишку. — Точно всё нормально? — Конечно! — заверил Тэхён, ощущая, как расслабляется. Вечные мысли, заполнявшие голову, улетучивались с нарастающим темпом музыки, зажатое тело начало непроизвольно двигаться. На что Хосок одобрительно хмыкнул, и, одним залпом допил содержимое стакана. Тэхен смотрел, как тот запрокинул голову, как при глотании двигался его кадык и как жадно он глотал алкоголь, который Ким хотел вновь ощутить во рту. Только не просто из стакана, а с губ рэпера, видя на них соблазняющие капли. Хосок заметил этот взгляд парня, направленый на свои губы, и, будто бы специально, медленно облизнул их, забавляясь детской реакцией Тэхена. Тот весь встрепенулся, заметав глазами, не зная, куда их деть, а лицо его залилось краской, которую было видно даже в клубе с тусклым светом мигающих световых райдеров. Хосок вдруг резко придвинулся, горячо шепча на ухо растерявшемуся парню: — Пойдём потанцуем, малыш. Не дождавшись его ответа, он взял его за руку и, взяв за талию, повёл вглубь танцпола. Тэхен расширил глаза, почти не веря в то, что происходит. Рука Хосока была такой тёплой и большой, она легко сжимала талию, приближая к себе. Место касания его ладони пульсировало. Тэ не успел даже возразить, сказать, что не танцует, как Хосок сам будто бы вовлёк его в танец. Он двигался под биты музыки, продолжая держать руку на талии неловко переминающегося парня, заставляя того следовать за движениями его тела. Такими плавными, завораживающими и сексуальными. У Тэхена во рту пересохло. Хосок был близко. Слишком близко. И он притягивал к себе Тэхена, опуская свою руку всё ниже, скатывая её на поясницу, ощущая дрожь его тела. Ким тяжело дышал, смотрел в пронзительные глаза, чувствуя себя каким-то беззащитным влюблённым подростком. И, хоть его и пугала вся эта ситуация, признаться, ему это нравилось. Он хотел узнать и одновременно боялся того, что может последовать дальше. Такая близость с Хосоком была чем-то нереальным. Ещё недавно он боялся заговорить с ним, а теперь чувствует на себе его руки, будучи на расстоянии менее сантиметров двадцати. И всё было в какой-то эйфории эмоций, разбавленной непривычной дозой алкоголя, до того момента, пока руки не соскользнули с поясницы на зад. В голове тут же что-то щёлкнуло. Здравый смысл вместе со всеми «нет» вернулся. Ким тут же оттолкнул его от себя, и, прежде чем убежать, проталкиваясь сквозь толпу, Хосок заметил в его глазах испуг. — Проклятье! — прорычал он, запуская пятерню в волосы. — Тэхен, стой! Тэ, подожди! Догнал парня он только на улице, когда тот, сжав голову в плечи от холода, быстрым шагом уходил от клуба. — Пожалуйста, Тэ, послушай, — Хосок задержал его за руку, останавливая и разворачивая к себе. Тот выглядел, как непонимающий котёнок, которого на улице вдруг загнали в угол. — Прости меня, это недоразумение. Я правда не хотел никак тебя обидеть. — Всё в порядке, — неловко улыбнулся Тэхен. — Просто уже поздно, мне с утра вставать на занятия… — Давай я подвезу тебя домой, — тут же вызвался Хосок, чувствуя себя максимально виноватым перед ним. — Не стоит, я лучше пройдусь, но спасибо за беспокойство, — затараторил Ким, теребя края кофты и поклонился в знак уважения. — Я не хочу, чтобы между нами осталось недопонимание и напряжение, Тэ, — искренне говорил Хосок, делая шаг к нему. Киму предоставило огромного труда не двинуться от него назад, чтобы не обидеть его. Поэтому он попытался улыбнуться как можно естественнее. — Не волнуйся, этого не будет, я всё понимаю… — Позволь вызвать тебе такси, раз не хочешь, чтобы я тебя подвёз, -потребовал Хосок, доставая телефон, и, прежде чем Тэхен начал возражать, хмыкнул: — отказа не приму, иначе насильно посажу сзади своего мотоцикла. Он дотронулся до дёрнувшего носика Тэхена, лучезарно улыбаясь. — До встречи, и… — прошептал Хосок, усаживая парня в такси, как вдруг совершенно неожиданно чмокнул его в макушку: — прости за сегодня. Всё утро субботы на дополнительных занятиях Ким Тэхен был сам не свой. Из головы не выходила эта ночь и Хосок. — … он чТО?! — вскрикнул в телефон Чимин, заставляя Тэхена чуть отодвинуть от себя его. — Ага… — И ты снова, как влюблённая девочка-подросток, убежал. — А что мне ещё оставалось делать, Чим? — возмутился тот, отпивая кофе из своей (хосоковой) термокружки, пока он выходил из корпуса, чтобы добраться до другого. — Подождать… — Чего? Ему нравятся девушки. Девушки, Чимин. Сколько раз мы с тобой видели… — Тэ-Тэ, парень, которому «нравятся девушки», не будет заботиться и ухаживать за другим парнем, во время танца держать за талию и лезть своими ручонками в трусы… — …вообще-то, он никуда не лез… — буркнул Тэхен. — Стоп, а ты что, расстроен? — прыснул со смеха друг. — Чимин! — Так вот, я не закончил: таким парням не нравятся девушки. Я тебе, как опытный в этом деле, отвечаю. — И что мне делать? Чим, я не могу просто так спросить: « Привет, Хосок, тебе нравятся парни?»…! — Почему не можешь? — Да потому что… — на автомате ответил Тэхен, как замер. Холодок прошёлся по всему телу, ноги готовы были отказать. Ведь последняя фраза, которую он услышал, прозвучала вовсе не из динамика. И принадлежала вовсе не Чимину. Тэхен вжимал голову в плечи, весь сжимаясь, становясь ещё меньше, и медленно повернулся вбок, молясь, чтобы там не стоял тот, о ком они с Чимином говорили. И как же он хотел сейчас, чтобы на него сверху упал это проклятое фортепиано, на занятия по которому он шёл. Потому что напротив стоял Хосок, скрестив на груди руки. Он поджимал губы, с трудом скрывая свою широкую улыбку, но не мог скрыть искрящихся глаз. — Ууууу, — донеслось из телефона, — кажется, я знаю, какой момент попадёт в список «Самые неловкие моменты жизни Ким Тэхена». И даже долго будет держаться на первой строчке до твоей следующей лажи. Конечно, Чимин обо всем догадался и не мог не воспользоваться случаем подстебать лучшего друга. Пожелав удачи, он сбросил вызов, оставляя Тэхена во всех смыслах наедине с изучающим взглядом Хосока. — Возможно, — вдруг сказал он, протягивая Киму завёрнутый сэндвич. — Я знаю, что ты не поел — отказ, опять-таки, не принимается. Тэхен просто машинально взял еду и спросил: — Что «возможно»? А…да… с-спасибо… — желудок действительно изнывал и поедал себя, поэтому, чтобы порадовать его и «заесть» неловкую ситуацию, он дрожащими пальчиками принялся разворачивать сэндвич. — «Возможно» — ответ на твой вопрос, который ты просто не можешь мне задать, — явно хитро и наслаждаясь ситуацией, заулыбался Хосок, идя за парнем в сторону другого корпуса. В это момент Тэ уже откусывал кусочек (очень не вовремя, кстати) потому что он закашлялся, подавившись. Ведь он понимал, какой это был именно вопрос, поэтому его щёки покраснели. Тэхен опустил голову, продолжая кушать и идти на занятия. Изредка он видел направленные на него и на идущего рядом Хосока взгляды ребят из своего университета. Снова подумал о том, что об этом точно будут говорить, ведь рэпер выглядел… как плохой парень. Чертовски красивый плохой парень. Но… Тэхену нравилось, когда он был рядом, когда просто молча шёл с ним. А внутри куча вопросов. Почему только «возможно»? Хосок сам не определился? Не хочет этого принять? Или он сказал так, чтобы не обидеть? Из мыслей его вывел любимый голос. — Сегодня вечеринка в доме у одного из рэперов «Аутсайдэр», придёшь? — Нет, у меня сложная следующая неделя по учёбе… — Ты же и так только и делаешь, что учишься, разве нет? — изогнул бровь Хосок. — Ну… — застопорился Тэхен. Во-первых, да, он действительно только и делал, что учился, от чего было обидно до скрипа в сердце. Во-вторых они уже пришли, но Тэхену не хотелось прощаться с парнем. — Ладно, я не хочу лезть, это твоя жизнь, — пожал он плечами, слыша благодарный выдох. Хосок окинул взглядом красивое и старинное здание, видя в окнах аудитории с различными музыкальными инструментами. Взгляд зацепился за чёрное пианино, а в сознании вспыли длинные тонкие пальцы пианиста. — Так хочется, когда-нибудь, услышать, как ты играешь — уверен, ты в этом хорош, — мечтательно произнёс Хосок, образуя на лице милую улыбку. — До того, как я снова что-нибудь не учудил бы и ты окончательно не разочаровался бы во мне… Тэхен рассмеялся, смущенно прижимая к себе термокружку и свою сумку с нотами и записями. — Я в этом не просто хорош — я самый лучший выпускник своего колледжа, — забавно произнёс Тэ. — Да, конечно, — наигранно, как-то с сомнением сказал Хосок. — В смысле? — вскинул брови тот, думая, что рэпер и вправду не считает его столь отличным пианистом. Почему-то гордость напомнила о себе сейчас, и Тэхен, прикусив губу, выглядывал что-то в окнах здания, не замечая, как парень смотрит на его губы. — Ладно, — выдохнул Тэ и кивнул в сторону входа, — идём. Только тихо и иди следом. Хорошо, что по субботам лишь единицы посещают дополнительные занятия, которые совершенно не обязательны. А в зале для фортепиано не бывает даже преподавателей в это время. Наверное поэтому Тэхену и нравится проводить здесь свободные субботние часы. Он ощущает свободу, сидя один за музыкальным инструментом, играя то, чего захочется душе, а не то, что потребует учитель. Но сегодня рядом сидит Хосок. И с ним Тэхен не ощущает той неприязни и напряжения, которое обычно бывает, когда кто-то находится с ним наедине либо в музыкальном зале. Но теперь же ему хорошо. Хосок послушно сидел рядышком, глядя, как тонкие пальцы разминаются по клавишам. — Ну что, сыграешь мне что-нибудь? — тихо, будто бы боясь разрушить идиллию спокойствия и некой нежности, что витала в воздухе. Тэ приподнял уголки губ, немного задумавшись. Но после пальцы сами парили над клавишами, издавая прелестные звуки. Тэхен закрыл глаза, позволяя мелодии вытекать из сердца и пробираться прямо в душу Хосока. Тот, затаив дыхание, не мог оторвать глаз от Тэхена. Его утонченные черты лица были невообразимо красивы. Под дрожащим веком бегали глаза, а губы чутка приоткрыты. Под любимым беретом пианиста виднелись густые темные волосы, а на нос спали очки. Хосоку хотелось поправить их. И дотронуться до милой родинки на краешке его носа. И запустить пальцы в его волосы. И… покрыть поцелуями его длинную шею, на которой пульсировали жилки. Но он не мог пошевелиться, окутанный такой потрясающей и безумно знакомой мелодией. Эти ноты он не перепутает ни с какими другими. Что-то в груди Хосока защемило, внутри всё скрутилось, перевернулось. Парень никогда раньше не ощущал такого. Это было каким-то новым, пугающим, но завораживающим. Как и мелодия,которая в исполнении Тэхена звуча волшебно. Словно искусство производит искусство. Когда Тэхен закончил играть, то ещё немного просидел с закрытыми глазами, выравнивая дыхание. Он медленно поднял веки, но не решился взглянуть на парня. — Н-ну как? — неуверенно спросил Тэ, очень смутившись, исполняя эту мелодию для Хосока. — Это… было прекрасно, — восторженно выдохнул парень. Его голос был настолько искренним, что тот всё же посмотрел на него, встречая пару восторженных глаз. — Это самое красивое, что я когда-либо слышал в своей жизни… и видел, — добавил он, наконец аккуратно поправляя очки парня, возвращая их на переносицу, тепло улыбаясь: — Эта мелодия в твоём исполнениям на пианино звучит намного лучше, чем оригинал. Тэхену стало неловко. Играть сочиненную песню Хосоком ему же было слишком волнительно, но он действительно хотел, чтобы тот это услышал. — Я же говорил… что фанат твоего творчества, — скованно улыбнулся Тэ, опуская вниз голову. — Что ж, — усмехнулся парень, — теперь и я фанат твоего. Хосок не мог удержаться и неожиданно положил ладонь на щёку, покрывшуюся румянцем. Он нежно провёл по ней большим пальцем, видя, как заметались глазки парня, как начала подниматься его грудь от ускорившегося дыхания. Хосок не мог удержаться и медленно начал наклоняться к Тэхену. Ещё только поддаться вперёд, и их губы соприкоснулись бы, однако Тэ вдруг зажмурился и резко отвернул голову. Он почувствовал, как опустилась тёплая рука с его щеки и как отодвинулся парень, усаживаясь подальше на удлинённом фортепианном стуле. — Ну вот, я же говорил: до того, как я бы не учудил и ты не разочаровался бы во мне, — с нотками печали и извинения произнёс Хосок. Он действительно выглядел виноватым, хотя Тэхен знал, что проблема была именно в нем самом. Ким знал, что сам хотел того же, но… он не был готов к этому, как бы глупо это ни звучало и ни казалось. Больше всего Тэхен боялся, что Хосок сейчас уйдёт, что оставит все свои попытки и самого парня, что перестанет с ним общаться. Однако, к радостному облегчению Кима, Хосок положил локоть на край инструмента, опираясь от него и мило склоняя голову, под другим углом глядя на молодого пианиста. — Будет ли это наглостью с моей стороны просить сыграть для меня ещё, малыш?