До голубизны-один шаг "перезагрузка"

      Лучики солнца пробиваются сквозь шторы.       Птицы чирикают под окном.       С первого этажа еле слышны голоса.       И ощущения, что у меня пойдёт чёрная полоса…

Кхм, к чему же это я. Ах да, я лоханулся. Крупно так лоханулся, когда с утра пораньше предложил Нара-младшему сыграть в шоги. Идея, которая казалась такой заманчивой, с каждой потерянной фигурой казалась, как минимум, безнадежной. Потому что кто в здравом уме захочет сыграть с гением, даже если ему всего лишь десять лет. В этом великом клане дети сразу после рождения начинают строить какие-то логические цепочки насчёт появления малышей на свет. По крайней мере, я так это вижу. Иначе как ребенок, который уверял меня, что ни разу даже не притрагивался к шоги, может так легко меня обыграть? Размышляя обо всём этом, я, прикусывая губы, хмуро глядел на доску. Напротив же сидел Шикамару с полузакрытыми глазами, ожидая моих действий. Мы по традиции сидели на полу, посередине комнаты Шикамару. Та самая доска с шоги лежала на низком столике. Если честно, ноги уже болели от непривычной позы, но я мужественно терпел. Тяжело вздохнув, я неуверенно сделал последний ход, и Нара-младший, немного подумав, не торопясь потянулся к своему королю. Последний стук от досок и…       — Шах и мат! Я выиграл! — довольно улыбнулся Шикамару.       — Так не честно! — надулся я, ещё сильнее хмурясь, по-детски так. Хотя мы и есть дети.       — Это точно была твоя первая игра? — недоверчиво глядя на него, я скрестил руки на груди.       — Я правда первый раз играл, только что, — лениво бросил брюнет, потягиваясь.       — Тогда почему ты так быстро выиграл?! — моему возмущению не было предела, я ведь так старался, а вот мой оппонент, кстати, ни капельки.       — Потому что я умнее тебя, —усмехнулся мальчишка.       — Чтобы твои мозги пересохли! — не подумав, ляпнул я и тут же застыл, настороженно глядя на Шикамару.       — И я тебя люблю, — беззаботно произнёс тот, прикрыв глаза. Ксо. Мысли не туда…       — Эй, Ши-тян, а ты точно не гей? — невинно спрашиваю, сразу замечая, как у него расширяются глаза.       — Сдурел? Я же просто так сказал, — недовольно буркнул парень.       — То есть, ты не любишь меня? Неужели ненавидишь? А я вот тебя люблю-ю! — закрываю руками лицо и начинаю театрально плакать.       — Да нет же! Я просто… Ксо! Ну извини, я не хотел тебя обидеть. Люблю я тебя, люблю! — взволнованный Нара аж привстал и, похоже, был готов в случае чего подойти ко мне и обнять. Ну, по крайней мере, мне так кажется.       — Правда? — поднимаю на мальчишку щенячьи глаза, которые ни капли не мокрые.       — Д-да… — заикнулся Шикамару и отвёл взгляд. Бедняга, какой же я плохой и почему мне нисколечки не жаль?       — Я тоже тебя люблю! — кидаюсь на него с обнимашками прямо через стол, чуть не опрокинув доску с шоги. Нара делал вид, что отпихивает меня, но у него с таким темпами, конечно же, нифига не вышло. Поэтому я продолжал безнаказанно сжимать его в своих объятиях. И тут по закону подлости в комнату заходит его отец.       — … Кхм-кхм! В академию опоздаете, — спокойном тоном проговорил мужчина и ушел. Что я могу сказать: он явно привык за эти годы. Как-никак знаком я с этой семьёй больше двух лет. И почти всё это время ночую у них, да и вообще можно сказать, живу тут. Я люблю эту семейку, одна из причин: они принимают меня таким, какой я есть. Хотя думаю, у них просто нет другого выбора. Шикамару может и не верит моим спектаклям, но всё равно боится, что я по-настоящему обижусь. Просто уже было дело. Я не помню, что тогда случилось, но кажется, мы с ним разругались. А после этого мне стало плохо, в результате чего, я почти три недели в отключке пролежал. Ши-тян был не причем, всё произошло не из-за него. Но он считает иначе, вот и боится, что такое может повториться. Если честно, то его беспокойство и забота делают меня счастливым.       — Но не забывай про желание, — как бы невзначай напомнил мальчишка. Я тут же отстранился от него с кислой миной. Такой момент испортил, нет бы ещё немного подождать и наслаждаться теплом моего тела.       — И что же у тебя за желание? — парень задумался и только открыл рот, как вошла его мать.       — Мальчики, в академию опоздаете. Вам же уже говорили! А ну быстро встали! — боевая женщина, однако. А ничего, что после ухода Шикаку-сана и пары минут не прошло?..       — Есть, мэм! — я быстро вскочил с места, а Шика молча встал.       — Завтрака вам не видать! — и, увидев мою грустную рожу, добавила: — Сами виноваты. Если на урок не успеете, то и без обеда останетесь! — с такими громкими и, как по мне, жестокими словами, она развернулась и захлопнула за собой дверь. Без обеда оставаться желания не было, поэтому я начал быстро переодеваться. Белоснежная пижама, вроде туники, из лёгкой и приятной ткани, которая оголяла ножки, тут же сменилась на чёрные брюки. По ночам я, кроме трусов ниже пояса, ничего не ношу. Нравится свобода, если так можно сказать. И дома на мне обычно яркие одежды, нежели на улице. Также были напялены чёрная маечка, а сверху неё тоненькая, коротенькая курточка, с очень глубоким капюшоном. Покончив с одеждой, я направился к зеркалу и стал приводить в порядок свои волосы. Зеркало, которое я захотел в эту комнату к Шикамару не так давно, радует меня каждый раз, когда я в него смотрюсь. Оно сделано по моему заказу. Делали его все мужчины этого дома, точнее сказать, я и Шикаку-сан. Нара-младший как всегда слинял от тяжелой работы. Дизайн, конечно же, придумал я, как любитель всего исторического, зеркало я захотел в стиле восемнадцатого века: большое, из красного дерева, с резными узорами. Прекрасное зеркало, а ещё прекраснее мальчишка, что стоит перед ним. «Свет мой, зеркальце, скажи, я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?» Или как там в сказке говорилось? Уже и не вспомнить точно. Вот смотрю я на себя и понимаю, что это далеко не канон. Я ведь не канонский Наруто. И не только из-за того, что в этом теле чужая душа, а из-за внешности этого сосуда. Бледная кожа, бирюзового цвета глаза, ну на этом впрочем нестыковки закончились. Низкий рост и кожа да кости, вроде так и было, а волосы я сам отрастил. Ну как отрастил, не такие уж они и длинные, всего лишь кое-как дотягивают до плеч. Ах да… Волосы тоже не те: они ведь совсем не торчат во все стороны, а просто слегка непослушные, вроде ровные, а не причёска ежик.       — Хватит красоваться, пошли, — мальчишка, который смог шустро переодеться, несмотря на свою лень, устал уже меня ждать и пошёл первым. Я же, наконец-то покончив со всем, побежал следом. Шикамару, кстати, и вправду одевал одну и ту же одежду. Говоря что, цитирую: «Выбирать так геморно». Ну я с ним, в принципе, согласен. Быстро спустившись, побежал на кухню, откуда пахло ужасно аппетитно. Нара-младший уже получил свой обед и ждал меня. Я с грустной миной подошёл к его матери и взял бенто. Женщина смотрела на меня с укором. Мама Шикамару хоть и строгая, но отличная женщина. Она ведь так потрясно готовит. Но люблю я её не только за это. В первую очередь за то, что она есть. А недобрая она сегодня из-за меня. Если бы не моя идея насчет шоги, завтрак бы мы не пропустили. Ёшина-сан, конечно же, была против. Игра в шоги занимает много времени, да и плюс обучение. Но Шикаку-сан пошёл нам на встречу, сказав жене: «Пусть играют, раз хотят». К тому же, для клана Нара эта игра — как традиция. Ведь в ней нужно включать логику и использовать стратегию. А клан Нара, как известно, самые лучшие в этом. Вот такие вот дела, короче. Не выдержав, женщина вздохнула и ласково улыбнулась:       — Я там вам побольше положила, перекусите на перемене или когда будет свободное время. Я тут же засиял, как самая яркая лампочка, и кинулся её обнимать.       — Спасибо! — счастливо улыбаясь, я поцеловал матушку в щёчку, когда она наклонилась и поцеловала меня в макушку, поторапливая нас:       — Бегите уже! Попрощавшись, мы вышли на улицу, где я тут же натянул капюшон. Он не такой глубокий, как хотелось бы, ведь прикрывает моё лицо только до губ, но если наклонить голову, то норм. Так что обычно я так и хожу, с опущенной головой. Пока мы молча бежали, от нас, точнее от меня, шарахались все жители, которые попадались по пути. Но нам пофиг, привыкли уже, да и плевал я на их отношения ко мне. Не нравлюсь им, ну и пусть. А вообще, пусть целуют мою жопу. Извиняюсь за грубую форму речи.

***

      — Эй! А желание? — шепчу я, как только подбегаем.       — После уроков скажу, — также тихо отвечает брюнет.       — Что? Сейчас скажи, чтобы я подстраховался, — на это он молча ухмыляется и заходит в здание академии. Тяжело вздохнув, иду следом. Не то, чтобы я боюсь, что он что-то эдакое пожелает, но кто его знает. По-моему, от меня он понабрался многого, включая любовь ко всему эффектному и драматичному. Так что, я даже не знаю, что он там может загадать. Незаметно прохожу в наш кабинет и сажусь, как всегда, рядом с Ши-тяном. Всё как обычно. Орущие о всякой фигне дети, пока не заходит сенсей. И как только начинается урок, мы с другом как по команде засыпаем. Где-то на середине урока, нас всё-таки разбудили. Какое-то время я пытался слушать Ируку-сенсея, но мне это быстро надоело и я снова задумался над своей утренней затеей. Какая только муха меня тогда укусила?..

Flashback

      — Слушай, Ши-тян, ты ведь ни разу не играл в шоги? — спросил я во время утренних процедур.       — Не-а, хоть папа и играет в них всё время. А что? — мальчишка мельком взглянул на меня, почти закончив чистить зубы. В то время, как я даже не начинал, а просто тупо держал зубную щетку в руках и размахивал ей. Меня интересовало кое-что другое.       — Я хочу сыграть. Давай попросим твоего отца нас научить! — во мне откуда-то появился азарт.       — Блин, это же так скучно, — пробормотал мальчишка, ополаскивая рот. «Блин», видимо, он от меня понабрался».       — Ну, Ши-тяян! Будет интересно! Или же боишься проиграть? — решаюсь взять на слабо. «Ну же, ленивая задница, соглашайся».       — Бесполезно, — сказав это, он вышел из ванны. Одно слово, но я понял, что бесполезно его провоцировать.       — А если на желание?! — кричу ему вслед. Он остановился, задумался. А я чуть не прикусил свой язык.       — Хорошо, один раз можно, — вижу, что и у него азарт появился. А у меня как-то погас.       — Что-то не так? Или ты берёшь свои слова назад? — ухмыльнулся он. «Теперь его очередь нападать?..»       — Нет, конечно! Вот прямо сейчас пойдём и поиграем! — только хотел побежать, как вспомнил про гигиену, мы же дети хорошие и за здоровьем своим следим, блин. Так что догнал я пацана только через две минуты. Так мы и пошли к Шикаку-сан и попросили научить нас играть.

End flashback

На этот раз я устал думать и опять же решил вздремнуть. Как только началась перемена, я, схватив Ши-тяна, утащил его в наше любимое место, где бываем только мы. Это, конечно же, была крыша, где было запрещено находится, но кто мы такие, чтобы слушаться? Я с голоду помираю. Поэтому, как только удалось сесть в укромном местечке, начал быстро раскрывать бенто.       — Слюнки подбери, — хмыкнул Нара и в отличии от меня, двигался как всегда лениво.       — А может я не хочу, — я глядел на еду с влюбленными глазами. Шикамару лишь усмехнулся на это и приступил к еде.       — Ши-тян, — мило улыбнулся я, смотря на него щенячьими глазками.       — Что? — насторожился тот, застыв с поднятыми палочками с едой.       — А-а-а, — я открыл рот, намекая, чтобы он меня накормил. Шикамару пару секунд помедлил и всё-таки, покачав головой, сдался, а я счастливо улыбнулся, принимая еду. Это мои самые любимые мгновения, проведённые в академии. А затем я кормил его, хотя он и был против, но как Шикамару может противостоять такой милашке, как я? Увы, время за едой пролетело слишком быстро и пришлось вернуться обратно. На что я ходил обиженный, надув губы. Почему перерывы такие короткие? Нечестно. Во время занятий я всё ждал обеда, хотя только что завтракал и, чтобы время шло быстрее, я решил всё просто проспать. Обед прошёл также весело, только ещё дольше, что мне нравилось, конечно же. Что может быть лучше, чем проводить время со своим лучшим другом? Ещё больше времени. Последний урок на сегодня — «физкультура». Тц. Не хочу я ничего делать и вообще не люблю этот «урок» и поэтому… Слиняем, пока все заняты. «Куда бы мне пойти?» О! Полезу-ка на высокое место. И это, конечно же это — монументы Хокаге.

***

Вид отсюда такой хороший. Иногда тут вот так можно просто посидеть и лицезреть Коноху. Почувствовав чужое присутствие, начинаю изучать небо, подняв голову вверх, отчего капюшон слегка съехал с блондинистой головы. «Какие красивые облака, в форме животных и вкусняшек», — думалось мне.       — Ирука обещал оторвать тебе голову, — позади раздается тихий голос. Как всегда, находит меня где угодно. Я даже не оборачиваюсь.       — Если ему верить, то он мою голову отрывал миллион раз, если не больше, и при этом приклеивал обратно, — отвечаю я и всё-таки поворачиваю к нему свою голову. Он лишь хмыкает и, присаживаясь рядом, приступает к любимому занятию, то есть смотрит на небо.       — От Саске понабрался? — недовольно спрашиваю у него.       — Типа того, — неохотно отвечает мальчишка. А вот это уже от меня. Тоже хмыкнув, я возвращаюсь к изучению пушистых облаков.       — Знаешь, я утром хотел загадать одно желание, но сейчас, смотря на тебя, решил загадать другое, — через минуту молчания заговорил Шикамару.       — И что же? — с интересом спрашиваю, переводя взгляд с облаков на него, тот повторяет мои действия.       — Моё желание заключается в том… — он будто специально сделал паузу, — что ты покажешь всем истинного себя.       — Чего? — резко вырвалось у меня и я удивлено уставился на него. — В смысле?       — Показать всего себя, не прячась, — как ребенку начинает объяснять Нара. Со стороны извращенца — это звучит пошло, а я тот самый извращуга, так что слова «всего себя»…       — Издеваешься? — всё-таки нахожу силы ответить. Моя левая бровь при этом медленно поднялась вверх.       — Ладно, просто покажи всем лицо, голос, характер и навыки. Покажи им, какой ты есть, — как-то тихо закончил тот предложение. Как мы, блин, заговорили.       — Зачем тебе это? — спрашиваю я, нахмурившись начиная изучать его эмоции.       — Может… — парень запнулся, но я молча ждал ответа. — Может, тогда к тебе будут относиться по-другому? — мальчишка с какой-то грустью посмотрел на меня. В то время, как я пытаюсь понять, что он курил, что до такого додумался.       — Ши-тян, — вздыхаю и смотрю на него с благодарной улыбкой. — Я конечно счастлив, что ты обо мне беспокоишься, но ты пойми. Люди будут относится ко мне как к человеку, только когда я стану героем всего мира, и то сомневаюсь, что они будут искренне. А мне это ни к чему.       — Понимаю… — шепчет, отворачиваясь, и наступает тишина.              — А ревновать не будешь? — спрашиваю через какое-то время, грустно улыбаясь. Отчего-то у меня стало так пусто на душе.       — Что? — удивился парень, вновь оборачиваясь ко мне.       — Ну просто сейчас меня лучше всех знаешь только ты. Но что если потом появится кто-то ещё. Тогда не будешь ревновать? Ведь ты тогда не будешь единственным, — слегка тихим тоном произнес и притих, ожидая его реакции. «Что ты на это ответишь, а, Ши-тян?»       — Если не хочешь, можешь не выполнять, — уклончиво отвечает, переведя взгляд на небо. «Вот как? — я грустно усмехаюсь, задумавшись. — Эх, была не была!»       — Ладно, если такого твоё желание! — я решительно смотрю на него.       — А? — резко поворачивает голову обратно в мою сторону. «Что, удивлён, что я согласился?»       — Но только с двумя условиями! — я вскочил со своего места, выставив вперёд руку и показывая два пальца: указательный и средний.       — Какими? — всё ещё прибывая в шоке, он сидит и растерянно хлопает глазками. «Я заварил эту кашу, мне и расхлёбывать, да? Ну ладно!»       — Первое: я покажусь всем только когда мы окончим обучения, — сгибаю средний палец.       — Что? — мальчишка ещё больше удивился и было видно, что он хочет что-то сказать, но я не дал ему этого сделать: — Подожди, это ещё не всё! — тот притих. Продолжаем.       — Второе: эти два года я и с тобой буду вести себя, как сейчас со всеми! — торжественно закончил я.       — Это ещё почему? — недовольно смотрит на меня, поджав свои губки. В мыслях: «Хочу чтобы ты, мой дорогой, скучал». А вслух только:       — Я хочу тогда и тебя удивить! Или ты будешь по мне скучать? — улыбаюсь, игриво двигая бровями.       — За два года ты для меня не изменишься, — тут же принял он свой обычный «облик». А мой вопрос пролетел мимо его ушей…       — Это мы ещё посмотрим! — слегка надул губы и свёл брови вместе, обиженно глядя на этого ленивца.       — Хорошо, но ты кажется кое-что забыл, — ухмылнулся Нара. А я стал гадать: «Чего это он злорадствует? О чём я там забыл?..» — пока я пытался вспомнить, Шикамару решил сжалиться надо мной и сам сказал:       — Ты не будешь есть мамину стряпню, — уже вовсе ухмыляется и встает.       — Блин! Только не это! — я тут же схватился за голову от отчаяния. «Как я мог забыть?!» — Ну ладно! Проживу как-нибудь, — сразу взял себя в руки и гордо поднял подбородок, показывая, что меня ни чем не сломить.       — А выдержишь ли? — хмыкнул парниша. И мне послышалось или в его голосе прозвучали нотки беспокойства?       — Выдержу! — гордо отвечаю, пристально смотря ему в глаза.       — Тогда, удачи! И за эти два года не забудь про обещание, — сказав это, он ленивой походкой ушёл.       — Не забуду, — кивнул и стал молча провожать его взглядом. А как только его стало не видно, упал на колени и заорал что есть силы: — ЗА ЧТО-О?! — и плевать, что люди обо мне подумают, мой голос всё равно никто не знает. «Наруто, ты ИДИОТ!» — говорило мне подсознание, и я с ним не спорю. Кое-как успокоившись, я встал и стал отряхиваться, а потом подошёл к краю. «Ну ладно, поехали!» — с такими мыслями я бросился со скалы вниз…

Два года спустя

Пустой коридор и, конечно же, ни единого звука. И в этой тишине слышны лишь стук каблуков и легкое шуршание платья. Все на уроках, а я только сейчас иду и не очень тороплюсь, да и будешь торопиться на таких каблуках… Когда уже оставалось недолго до нашего класса, я услышал строгий голос сенсея:       — Нара Шикамару, где пропадает Узумаки Наруто?       — Мне откуда знать? — недовольно бормочет в ответ парниша. «Разбудили его, что ли?»       — Ладно, дети, сидите тихо, я сейчас найду его и вернусь!       — Зачем? Всё равно проспит весь урок, как всегда, он же такой тупица! — тут же захихикали девочки.       — Тихо! Он всё-таки мой ученик! И только Умино хочет открыть дверь, как её открываю я, со словами:       — Извините за опоздание, Ирука-сенсей. Не буду врать, опоздал, потому что красовался у зеркала, последний день перед экзаменом как-никак, — и ослепительной улыбкой. Мужчина отошёл на один шаг и застыл, а в классе наступила ти-ши-на.