Одиннадцать.

      Обнимая подушку и прячась в подогнутые колени, Урарака придвинулась к Изуку, который, наоборот, пристально смотрел на экран телевизора, Шото, сидя рядом с каменным лицом, тоже смотрел в телевизор, но не так заворожено, как Изуку. Иида сидел в кресле рядом с диваном, на котором были эти трое, он время от времени отвлекался от просмотра, строча кому-то смс-ки.       И, конечно же, Катсуки, он сидел на полу около дивана со стороны Урараки, ну да, это же гости, им только самое лучшее. Хотя Катсуки был бы не прочь троих из них выкинуть за дверь и остаться наедине с четвёртым. С Деку.       Но, увы, такие действия только испортят отношения Катсуки и Изуку. Хотя трудно сказать, Бакугоу давно заметил, что Изуку прощает ему всё, то есть абсолютно всё.       Когда Катсуки узнал об отсутствии у Изуку причуды, он назвал его "Деку", Деку не обиделся. Когда Катсуки очень сильно оскорбил Очако так, что та в слезах обиделась на Изуку. и месяц они опять пытались построить дружеские отношения, Деку не разозлился на Каччана. Чёрт возьми, даже когда Катсуки выкинул его телефон с моста в реку (видите ли, Катсуки с ним разговаривает, а он с половинчатым переписывается, так ещё и улыбается экрану с оповещением о новом сообщении), Деку и на это не обиделся, а, наоборот, поняв ситуацию, извинился перед Катсуки за то, что так открыто его игнорировал.       Иногда Бакугоу хотел увидеть, как Изуку злится или хотя бы расстраивается от действий Бакугоу, но тот лишь принимал всё, сделанное им, как за особый знак внимания.       Поднявшись с пола Катсуки направился на кухню, никого особо не волновало, зачем он туда пошёл. Но, когда прошло уже около пятнадцати минут, Мидория заволновался из-за долгого отсутствия друга, поэтому сам направился за ним.       Зайдя на кухню, Изуку немного удивился, Катсуки пил чай. Просто пил чай и смотрел в никуда, даже в телефоне не залипал. — Каччан, почему ты ушёл? — Слепой или как? Пить захотел, да и фильм я ожидал поинтересней. — Ясно, тогда я с тобой посижу.       После своих слов Изуку плюхнулся на стул, который стоял напротив Катсуки, он же, в свою очередь, проклинал себя за то, что хочет сказать. — Нахер ты мне тут нужен, вали к круглолицей и половинчатому. Очкарик там вообще в своей вселенной. — Не, они там и без меня замечательно фильм смотрят. Катсуки в ответ лишь облегчённо раздражённо цокнул. — У тебя есть что-нибудь сладкое? Глаза опять загорелись словно изумруд, да, Катсуки любил этот взгляд, он любит эти глаза и хочет каждый грёбаный день открывать свои очи и видеть напротив себя эти изумрудные глаза, хоть и сомкнутые. — Ещё чё, кормить тебя буду, разбежался. После недолгой тишины Катсуки добавил. — В верхнем шкафчике ближе к холодильнику. Изуку сразу подорвался с места и подошёл к этому самому шкафчику, открыв его, он так привычно улыбнулся.       Сладость, под названием "Моти", красовалась в ещё не распакованной коробке, взяв эту коробку, Изуку поплёлся обратно к столу.       К стати говоря, моти была одна из любимых сладостей Изуку, и Катсуки это знал, хоть он и сам сладкое не ест, всегда прикупает что-нибудь, а чаще всякие разновидности моти в магазине. Ведь, если придёт Изуку, Катсуки сможет его угостить и понаблюдать над тем, как он их уплетает.       Изуку знал об этом, он давно заметил, что Катсуки никогда не ел пирожные вместе с ним, а лишь наблюдал. И Мидория заметил, что Катсуки специально покупает такие невкусные себе вещи для него. Но не стал оповещать Бакугоу о том, что эта система Изуку уже знакома, по крайней мере, Изуку знал то, что у Катсуки есть что-то вкусное. Вот такая смешная система.       На кухне повисла тишина, и эта тишина не была неловкой или неприятной, наоборот, она была спокойной. Изуку ел моти, Катсуки пил чай. — Почему ты называешь меня этим дебильным прозвищем? Вопрос был не в тему, но Катсуки почему-то только сейчас над этим задумался, а Изуку не задумываясь ответил. — На тот момент, когда мы только познакомились, у меня попросту не получилось выговорить твоё имя, вот я и говорил как мог, ну оно и въелось. — Тц, Деку. Сейчас "Деку" звучало по иному, Катсуки не звал Изуку, он оскорбил его. Например, как если бы он назвал Эйджиро идиотом. Только сейчас он назвал Деку бесполезным Деку. Что ж, Изуку это совсем не разозлило или оскорбило, нет, для него теперь это слово значило нечто другое, Урарака дала этому слову иное значение: "Ты всё сможешь".       Наевшись, Изуку закрыл коробку с оставшимися лакомствами и поставил на место. После чего выпил немного воды из фильтра. Вскоре на кухню вошли остальные. — Фильм просто жуть, больше не зовите меня, если это ужастики! Очако стала первой, кто высказал своё мнение, продолжил Тодороки. — А мне не очень понравилось. Шото перебила Очако. — Изуку, ты вообще перед самым страшным смылся! — Ну... Так вышло. — Иида, а тебе как фильм? — Я особо не смотрел, но некоторые моменты уловил, в общем, неплохо. — Рад, что вы согласились прийти. Изуку был счастлив из-за того, что все дорогие ему люди собрались в этот вечер, но, к сожалению, уже было пора расходиться.       Катсуки же было вообще как-то всё равно на происходящее, он просто хотел, чтобы все наконец выметались из его квартиры. Первый, кто ушёл, был Тенья, у него явно были какие-то проблемы, весь вечер он был как на иголках. Через минут пять-десять за Очако заехал отец, та попрощалась с парнями и спустилась вниз. Они остались втроём, Катсуки понимал, что сейчас скорее всего двумордый вызовется провожать Деку, но, к удивлению, обоих Шото тоже забирала машина, отец прислал за ним. Тодороки понимал, что это нехороший знак, если отец делал подобное. — Пока Шото! Изуку махал рукой в сторону уезжающей машины. Да блять! — Пошли, Деку, детское время закончилось.       Наконец-то у Катсуки появился шанс нормально поговорить с Изуку. Ведь если Шото не вызвался провожать Изуку, то Катсуки придумает любой предлог для того, чтобы довести беспомощного Деку до дома. Сейчас этим предлогом было "Детское время окончено". — Спасибо за то, что провожаешь. — Да щас прям, я не провожаю, а довожу тебя, ибо, если с тобой, задрот, что-то случится, мне потом отдуваться. Изуку лишь улыбнулся, принимая такую правду. — Как скажешь.

***

— Слушай сюда, отброс. То, что ты знаком с Граундом зиро лично, не делает тебя неприкосновенным. Из группы, состоящей из четырёх людей, послышался чей-то голос. — Да Граунд зиро по любому с ним общается из жалости, или нет, он с ним общается, чтобы быть ещё более популярным. Остальные лишь поддержали эту теорию. — Точно, точно. Ты для него лишь билет к славе! — Ты просто отброс! — Ребята спокойней, он не отброс. Он выкидыш, просто его мамке не хватило денег на оборот. После этой фразы все поддержали выкинувшего это, потом кому-то в голову пришла мысль, дополняющая предыдущего человека. — Да лучше бы сдох.       Вроде уже почти взрослые, а травят так, будто школьники. Да, то, что Изуку общался Граундом зиро, сильно отразилось на его репутации в старшей школе, кто-то специально к нему подлизывался, дабы тот познакомил их с героем номер один. А кто-то люто возненавидел Изуку, ведь он, беспричудный, дружит с человеком, у которого самая сильная причуда в Токио, да что там, во всей Японии. М-да, местная компания дала ему множество прозвищ, но два самых распространённых "Отброс" и "Выкидыш". Деку было очень больно слышать подобное, несколько раз это доходило до драк, но Изуку никогда никому об этом не говорил, особенно Катсуки. Мало ли какая у него будет реакция. Даже Очако, его самая лучшая и близкая подруга, об этом не знала. — Не смей говорить такое о нём..       Слёзы не прекращали идти, Изуку было больно. Больно морально, но не за себя, а за Катсуки. — Ого, кое-кто решил открыть рот. — Я сказал, не смей говорить такие вещи о Граунде зиро! Ты его даже не знаешь, ему не нужна слава, он геройствует не для вас, он геройствует для себя! И вы отвратительные, если считаете, что он лишь фальшивка!       Последняя капля, Изуку сломался. Он больше не потерпит такого отношения к Катсуки. Плевать на то, как эти люди обращаются с ним, Бакугоу куда важнее.       Шото, этот парень привлекал Изуку ещё с младшей школы. Он был необычайно силён, но не являлся героем, он и не хотел. С первого взгляда можно было подумать, что Тодороки игнорирует весь мир, но следовало узнать его получше, можно было понять, что это один из интереснейших людей.       Когда в младшей школе был небольшой праздник, что-то вроде выпускного, Шото не хотел идти. Ну да, ведь у него были планы куда важнее, но у Изуку получилось его уговорить. Да, конечно, там было не так весело как во всяких фильмах, но для Изуку это был лучший вечер. Тодороки тогда взял его впервые за руку, пускай это длилось пару секунд. Толпа, Изуку мог просто потеряться. Мидория не сталкер, нет. Ему это ни к чему. Ему хватает присутствия Тодороки.       А вот Бакугоу сталкер, конечно у него не обвешана комната фотографиями, но, что у него не спросить об Изуку, ответит, и ответит верно. Катсуки отрицает любую симпатию к Изуку, но глубоко внутри боится, боится своей любви к Изуку. Ведь она бешеная.

***

— И чё вы забыли на этом пляже?       Тёмные улицы освещали фонари, Катсуки решил "срезать" дорогу, но на самом деле выбрал более долгий путь. — Отец Шото арендовал там домик, но из-за каких то проблем на работе он не смог поехать, поэтому Шото приложил нам с Иидой и Очако поехать с ним и его мамой. — Деку, я, в отличие от тебя, не тупой, это понял. Но что ты там забыл. Катсуки особенно выделил Изуку, на что тот не сильно отреагировал. — Ты что, это же отличный шанс провести время с Шото. И ещё я подумал и решил признаться ему, нельзя же вечно скрывать от него мои чувства. Чёрт, Катсуки чувствовал себя подружкой Деку. Изуку всегда раскрывался ему первому и последнему. В какой-то степени Катсуки это ценил, ведь только ему Изуку доверяет. Только ему. — Меня скоро вырвет от твоих рассказов о двумордом. — Хах! Каччан, точно. Поехали с нами, я уверен, что ребята не будут против! — Что за бред, я не буду тратить свои единственные выходные на тебя и твоих подпевал. — Но как я признаюсь Шото, если Каччана не будет рядом?       Какого хера Изуку может делать такое лицо при таком вопросе? Его глаза вот-вот были готовы пустить слёзы. И, чёрт, это была причина не ехать, как ни как Изуку не сможет признаться Тодороки без Катсуки. — Я не понял, я тебе не черлидерша, чтобы поддерживать тебя! Мидория всё также шёл с молящим лицом. Катсуки немного подождал, после чего разозлился. — Деку бесишь. Если мне что-то не понравится, я сразу свалю.       Изуку загорелся от счастья, он обнял Катсуки. Объятия были чем-то невероятно приятным для Бакугоу, но его отвратительный характер так не думает, Катсуки отцепил от себя Изуку, и они продолжили путь к дому, а Изуку радовался своей маленькой победе. Проводив Мидорию, Катсуки отправился в ХХ, это место его работы. Сегодня у него ночной патруль с Хитоши. С чего бы это самому Граунду зиро заниматься работой обычных героев? В последнее время злодеи опустились на дно, а деньги ведь нужны. Надев уже привычный костюм, Катсуки направился к уже собравшемуся Хитоши. Он застал его с их бывшим учителем, Шота Аизава, среди героев было известно, что они встречаются, но простым гражданам об этом не дают знать, они встречаются на протяжении многих лет, никто из журналистов до сих пор об этом не узнал.       Гомофобия — это иррациональный страх перед гомосексуализмом. Как известно, страх никто показывать не собирается, уж лучше ненависть. И большая разница в возрасте тоже не является чем-то хорошим для многих людей. Шоту и Хитоши это не останавливало. Катсуки терпеливо подождал несколько минут, после чего к нему подошёл Шинсо.

***

      Всё тихо, в общем, как обычно. Катсуки устраивал патруль с Хитоши, потому что тот молчал, но не игнорировал. В то время, когда Денки или Эйджиро болтали бы без умолку.       Тишина и лишь звук работающего холодильника. Магазин, работает 24 часа. Почему бы не зайти в него, если же проходишь мимо? Катсуки так и решил, об его приходе оповестил колокольчик у двери, на что продавец обратил внимание.       Хитоши же остался снаружи. Бакугоу взял с полки маленькую бутылку воды, после чего подошёл к кассе, чтобы оплатить покупку. Когда он открыл кошелёк, его встретило детское фото Изуку, в мыслях Катсуки может и улыбнулся, но вот в реальности он словно не обратил внимания на такое чужое фото.        Интересно, Катсуки умеет улыбаться? Не ухмыляться, а улыбаться. Выйдя на улицу с приобретённой водой Катсуки первым делом открыл бутылку и сделал пару глотков, после чего протянул воду Хитоши, а-ля пей. Тот не стал отказаться, редко такое бывает, чтобы Катсуки делился чем-то кроме негативных эмоций. Бутылка быстро опустошилась и отправилась в мусорный бак. — Как ты принял чувства к Аизаве? Ого, первые слова за часа два. Хитоши было не трудно ответить, и ему не было неловко. Вот такой он. — Не я принимал, а Аизава. Такая медленная и одновременно спокойная речь. Катсуки это немного раздражало, но ответ был уж слишком важен. — Я ему рассказал, но он отверг меня. Мне ничего не оставалось кроме как смириться. Но позже мы начали сближаться.       Конец. Больше Хитоши ничего не скажет, его лимит слов превышен. Но Катсуки хватает этого ответа. Прекрасно хватает.       Катсуки хочет, чтобы Изуку был хоть немного счастлив, и если это был двумордый, то он был против, это недопустимо и отвратительно, Изуку должен, обязан быть с Катсуки, Изуку Мидория ты будешь счастлив, если согласишься быть Изуку Бакугоу, не двумордый, нет должен лишь смириться. Катсуки поможет Изуку признаться Тодороки.